Левое меню

Правое меню

 Сергуненков Борис Николаевич - Гусь 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Крапивин Владислав Петрович

Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях)


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях) автора, которого зовут Крапивин Владислав Петрович. На сайте strmas.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях) в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Крапивин Владислав Петрович - Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях), причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях) равен 88.28 KB

Крапивин Владислав Петрович - Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях) - скачать бесплатно электронную книгу


ТА СТОРОНА, ГДЕ ВЕТЕР
Телевизионная пьесса в двух частях
по одноименной повести Владислава Крапивина

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Действующие лица:
Владик - мальчик одинадцати лет.
Генка Звягин - двенадцати лет.
Илька - восьми лет.
Яшка Воробьёв - десяти лет,
Шурик Черемховский - двенадцати лет,
Антон Калинов - десяти лет - компания "змеевиков".
Серёга Ковалёв,
Витька Ковалёв - "голубятники"
Иван Сергеевич - отец Владика.
Мать Генки.
Отец Генки.
Бабушка Генки.
Тамара Васильевна - мать Ильки.
Мать Яшки Ворбьёва.
Дядя Володя - знакомый Тамары Васильевны.
Вера Генриховна - учительница английского языка.

В эпизодах:
Генка Звягин в возрасте четырёх лет;
ребята занимающиеся с Верой Генриховной;
мальчишки из компаний "змеевиков" и "голубятников";
рабочие в школьном коридоре;
хозяйка огорода.


Лето. В школьном коридоре вдоль стен стоят друг на дружке выта-
щенные парты. Маляры красят дверь. Двое рабочих волокут по коридору
забрызганный известкой шкаф, из которого выглядывает пожилой, видав-
ший виды скелет - житель кабинета биологии. Ремонт...
В одной из классных комнат - тоже со следами известки на полу и
стёклах - четыре парты. За партами маются несколько пятикласников.
Это неудачники, схлопотавшие переэкзаменовку по английскому языку.
Пожилая сухопарная "англичанка" Вера Генриховна раздельно дик-
тует:
ВЕРА ГЕНРИХОВНА: Ай гоу ту зэ ярд... Пишем: ай гоу... Звягин!
Ты опять смотришь в окно! Ты смотрел туда весь учебный год, по край-
ней мере, на уроках английского языка. Потрудись заниматся хотябы
сейчас. Пора понять, что до решающей контрольной осталось всего две
недели.
Генка, лохматый скуластый парнишка, досадливо повернулся к дос-
ке и сделал вид, что слушает. Вера Генриховна, отвернувшись, начина-
ет писать мелом.
ВЕРА ГЕНРИХОВНА: Все пишем без ошибок и запоминаем: Ай гоу ту
зэ ярд... Ай...
Она неожиданно поворачивается. Генка не пишет. Он опять смотрит
в окно. По его лицу видно, что всеми помыслами он там, на солнечной
летней улице.
Вера Генриховна раздосадована. Её можно понять: ради чего она
бьётся с оболтусами вроде Звягина?
ВЕРА ГЕНРИХОВНА: Звягин! В конце концов, если тебе всё равно,
перейдёшь ли ты в шестой класс, можешь отправлятся на улицу! Ступай!
Генка пожимает плечами и для приличия человека, к которому при-
дираются зря. Берёт с парты учебник и тетрадь и степенной походкой
покидает клас. Но в коридоре его сдержанность лопается, он подлетает
к окну. А за окном
АВГУСТ - МЕСЯЦ ВЕТРОВ.
Жёлтые кучевые облака стоят над городом, над рекой. Солнцем за-
литы крыши. На крышах мальчишки. В небе, под облаками парят пёстрые
прямоугольники воздушных змеев.
Маленький Илька промчался по улице, остановился перед тенью
змея, упавшей на тротуар. Весело и прищуренно глянул вверх.
ИЛЬКА: "Жёлтый щит"... "Леонардо"... "Битанго"... "Стрелец"...
Он помахал змеям, как своим друзьям, и помчался дальше.
... Вдоль палисадников, по заросшей лопухами окраинной улице
компания мальчишек тащит странное сооружение на колёсах от детского
велосипеда. Ребята веселы ивозбуждены, словно после победного боя.
Среди них Антон Калинов и Яшка Воробьёв по прозвищу Ворбей - тонко-
шеий и тонконогий веснущатый пацанёнок лет десяти.
МАЛЬЧИШКИ(наперебой): Теперь пускай стреляют!.. Ха, из рога-
ток!.. А как увели! Никто и не моргнул... Теперь поищут!..
ЯШКА (с гордостью): А говорили "не получится"! Я везде пролезу.
Неожиданно компания остановилась: навстречу шагал признаный аф-
торитет и командир - Генка Звягин.
ГЕНКА (стараясь за сдержаностью скрыть досаду, что такое дело
провернули без него): Вот это да... Когда успели?
ЯШКА: Только что. Они все у Серёги Ковлёва на голубятне собра-
лись, а катапульта у забора осталась! Мы верёвку накинули и -
р-раз!..
ГЕНКА: Никто не видел?
ЯШКА: Ха! Ты что! Мы это дело за одну секунду!
ГЕНКА (с прорвавшимся удовольствием): Ну, будут теперь голубят-
ники лапу сосать! Фиг им дострелятся до наших "конвертов"!
И все глянули в небо, где дрожали в потоках воздуха змеи: пря-
моугольники, косо перечёркнутые дранками - конверты.
ЯШКА: Мы её пока у меня за сараем спрячем. Можно? Мамка туда не
заглядывает.
ГЕНКА: Давай... Вобще-то испытать эту штуку надо. Стрельнуть
куда-нибудь.
АНТОН КАЛИНОВ: Ильку уже за Шуриком Черемховским послали. Шурка
в технике разбирается. Придёт - стрельнем.
Генку всегда раздражал непререкаемый авторитет Шурика в вопро-
сах науки и техники.
ГЕНКА: Сами что ли, не разберёмся? Из детского сада, что ли?
Айда!
Они вкатили катапульту в Яшкин двор.
ЯШКА (опасливо косясь на окна): Мамка может увидать...
ГЕНКА: Что ты всё вздрагиваешь! Попробуем разик и запрячем.
Никто не заметит.
Все обступили катапульту. Сложная система требовала, что бы в
ней разобрались. Антон Калинов взялся за рычаг с примотаной поварёш-
кой.
АНТОН: Эту штуку отвести и зацепить. Я видел, как они делали...
А колесо закручивается. Изо всех сил.
Генка перехватил у него рычаг.
ГЕНКА: Взялись! Воробей, крути колесо... Да сильней крути, не
лопнешь... А снаряд где?
АНТОН: Вот, кирпич можно...
ЯШКА: Ага! А если он кому-нибуть по башке сбрякает?
ГЕНКА: Кому он сбрякает? Он же вверх полетит.
ЯШКА: А потом-то вниз!
ГЕНКА: Ну и что? Сразу уж по башке! Метеоритов вон сколько на
землю падает, а ещё ничью голову не стукнуло... Ну-ка, приготови-
лись.
Он взял спусковой шнур. Все отошли в сторону. Посреди солнечно-
го двора грозно темнела катапульта, затаив в себе тугую силу сжатых
диванных пружин и скрученных верёвочных жгутов.
Генка махнул рукой, что бы отошли ещё подальше. Прищурился и
рванул верёвку. Катапульта с лязгом подпрыгнула. Но плохо, когда нет
спецеалистов: кирпич пошёл не вверх, а просвистел через двор и гря-
нул в старый курятник, где хранились пустые стеклянные банки.
Звон, грохот, летящие осколки. Летящие со всех ног ребята - кто
к калитке, кто к забору. Все знают, что с воробеихой - Яшкиной ма-
терью - шутки плохи.
Только Яшка не побежал, заметался у катапульты: надо прятать.
Остался и Генка. Они вдвоём ухватили орудие и сразмаха закатили за
сарай. Яшка поспешно прикрыл катапульту листом фанеры. Потом они
вместе кинулись к забору.
Генка успел перемахнуть. А неудачливого Яшку подоспевшая Воро-
беиха ухватила за штаны, и он брякнулся назад в траву. Из-за забора
Генка слышал шум перепалки.
ЯШКИНА МАТЬ: Ах ты бандит! Дружки - шпана, и сам такой же сде-
лался! Ну подожди, ты у меня сейчас попробуешь лекарства!..
ЯШКА (плаксиво и привычно): Ну чего! Чего дерёшся! Ой, не буду!
Ну чего ты!..
Приникнув к щели, Генка увидел, как Воробеиха тащит сына в дом,
награждая тумаками.
Он огорчённо качнул головой, потёр лохматый затылок. Уколола
совесть: сам спасся, а всегда страдающего Воробья не смог избавить
от неприятности.
Но, в конце концов, кто виноват? Прыгал бы как следует. Да и не
убьёт Воробеиха собственного сына. Она крикливая, но отходчивая...
Генка встряхнулся, сунул кулаки в карманы, поправил за ремешком
учебник и тетрадь. И зашагал к дому.
Генкин отец в сенях дома зашнуровывал стоящий на табуретке рюк-
зак и хмуро поглядывал на дверь. Генкина мать помогала ему.
Отец затянул узел, привычным движением кинул рюкзак за спину.
Бросил на локоть плащ.
ОТЕЦ: Ладно... Пора.
МАТЬ: Минут пять ещё подождал бы... Может, сейчас придёт.
ОТЕЦ: "Минут пять". А самолёт меня будет ждать? Откуда ты взя-
ла, что он сейчас придёт? Каждый день до ночи по улицам свищет, дво-
ечник...
Он решительно направился к двери. Генкина мать, вздохнув, пошла
вместе с ним. Дверь на крыльце распахнулась, прикрыв от родителей
Генку - он стоял, прижавшись к косяку и слушал разговор.
ОТЕЦ: В общем так и передай: не перейдёт в шестой - шкуру спу-
щу.
Он сошёл с крыльца и зашагал к калитке. Мать, вздыхая, пошла
провожать.
Когда калитка закрылась, Генка юркнул в дом.
В комнате он хмуро пнул табуретку, выдернул шнур приёмника, из
которого доносилась дребезжащая музыка. Сел у подоконника и сердито
задумался.
Из кухни заглянула в открытую дверь бабушка, сокрушенно покача-
ла головой и пошла мыть посуду. Загремела кастрюлями и сковородками.
Этот звон раздражал Генку. Он повернулся к двери.
ГЕНКА (громко, что бы слышно было в кухне): Чем каждой тарелкой
греметь, взяла бы все сразу да об пол!
БАБУШКА: Уехал отец-то, оставил ирода на погибель нашу. Не бу-
дет сладу.
ГЕНКА (с мрачным уровольствием): Не будет.
БАБУШКА: Мать-то все глаза проплакала из-за тебя, неуча окоян-
ного. Ни зимой, ни летом учится не хочет, лодырь бессовестный.
ГЕНКА: Не хочет... А если не может?!
БАБУШКА: А чего ты можешь? Только обед спрашивать, да по крышам
шастать. А что бы язык этот английский учить, толку нету.
Генка подошел к двери и встал на пороге, ухватился за косяки.
Вкрадчиво посмотрел на бабушку.
ГЕНКА: Ты в балете танцевать умеешь?
БАБУШКА: Чего?..
ГЕНКА: Спрашиваю, в балете танцевать можешь? Вот как вчера по
телевизору.
БАБУШКА: Иди ка ты от сюда! На старости-то лет... Молодая была
- танцевала не хуже других.
ГЕНКА (спокойно и настойчиво): Я не про то. Я про балет. Как
артистка в "Лебединном озере". Можешь?
БАБУШКА: Не доводи до греха...
ГЕНКА (удовлетворённо): Не можешь. А на скрипке играть? Тоже не
можешь. И картины рисовать... Да не злись, другие тоже не могут, ес-
ли таланта нет. Раз нет, никто с них и не спрашивает. А если для
английского языка у человека нет таланта?! Почему все пристают: учи,
учи?!
БАБУШКА: У тебя, как поглядишь, ни на что таланта нет. Только
дурака валять. Меня бы с детства учили, всё бы успела. И балет твой,
и картины. Может, не возилась бы тут со сковородками, а тоже на
скрипке играла...
ГЕНКА (устало): Ну и играй.
Снова ушёл в комнату, сел у окна. Но погрузится в горькие мысли
не успел. Встревоженно прислушался, Потму что из далека послышалось
частое сухое щёлканье подошв. Это - маленький Илька.
Мчится Илька, мелькают, как спицы, коричневые ноги, трепещет за
спиной расстёгнутая рубашка.
Если щёлкают Илькины подошвы, значит что-то случилось, значит
есть какая-то новость!
Истошно завопили у соседней подворотни перепуганые куры. Илька
с размаха остановился у палисадника, навалился грудью на рейки.
ИЛЬКА (стараясь отдышатся): Гена... Белый змей... Он опять под-
нялся!
Белый "конверт" стоял в голубом воздухе над тополями, крышами и
заборами, как большая квадратная луна.
Шурик Черемховский стоял у забора, жуя травинку, и наблюдал за
змеем. Над Шуриком, на столбе забора, как настоящий воробей, сидел
Яшка.
Змей шевельнулся и взял ещё несколько метров высоты.
ШУРИК: Возможно, он нас просто не понял...
ЯШКА: Чего не понял?
ШУРИК: Наших сигналов.
ЯШКА: Ха! Все понимают а он неграмотный, да? Два дня ему сигна-
лим, а он даже позывные не понял... Вот сшибут его голубятники, мы
ему фиг поможем.
ШУРИК: С такой высоты не сшибут. Да ещё без катапульты...
Защёлкали подошвы. Примчался Илька, с разбега упёрся в шаткий
забор ладонями. Забор закачался. Яшка не удержался и прыгнул вниз,
отбив о тротуар пятки.
ЯШКА: У, козёл бешенный! Тормоза не держат, чьо ли? Как тресну!
Он замахнулся, но Илька ловко присел.
ШУРИК: Оставь его в покое... (повернулся к Ильке): Узнал?
ИЛЬКА: Что? ШУРИК (движений бровей указал вверх): Чей он?
ИЛЬКА: Я не знаю...
ШУРИК: (разочарованно): А-а... Я думал, ты узнавать бегал.
ИЛЬКА (слегка виновато): Я бегал. А там, на Якорной, сидят
Витька и Серёга Ковалёвы. А на улице Чехова ещё какие-то голубятни-
ки. Они ведь тоже знают про катапульту.
ШУРИК: Ты маленький, не тронули бы.
ИЛЬКА: Сам ты маленький.
ЯШКА: Станут они разбиратся! Они теперь из-за катапульты злющие.
Некоторое время ребята внимательно наблюдали за белым змеем.
ЯШКА: Я ему вчера своим "Шмелём" три раза сигналил. Гордый, не
отвечает...
ИЛЬКА: Знаете что? Вот по-моему, это он нарочно, вот и всё. Ду-
мает, раз он выше всех, значит, плевать на всех.
ЯШКА: Гляди-ка, "выше"! У меня "Шмель" ещё выше поднимался.
ИЛЬКА (с изумлением и даже восхищённо): Ух и врёшь!
ШУРИК (хладнокровно): Кроме того, твой "Шмель" упал.
ЯШКА: Это он случайно! Потому что ветер зашёл!
ШУРИК (с еле заметной насмешкой): А этот третий день стоит и не
падает. Ни случайно, ни нарочно.
Подошел Генка и, незамеченный, остановился в тени, в двух ша-
гах от ребят. Некоторое время молча слушал разговор, а после слов
Шурика неожиданно вмешался.
ГЕНКА: Что бы упал, сделать не трудно.
ЯШКА: Ой, Генка!... А как это, чтоб упал?
ГЕНКА: А катапульта?
ШУРИК (с легким пренебрежением): Мы кто? Такие же пираты, как
голубятники.
ГЕНКА (взвинченно): Причём здесь пираты?
ШУРИК: И вообще... По своим стрелять...
ГЕНКА: По своим? Если свой, тогда чего не отвечает? А может,
как раз голубятники запустили, чтобы нас дразнить.
ШУРИК: Запусти своего "Кондора", он у тебя ещё выше может под-
нятся. Тогда и дразнить будет некого.
ГЕНКА: Вот ещё!
Шурик пожал плечами. Он остался при своём мнении, но понимал,
что спорить с командиром Генкой бесполезно.
ИЛЬКА: Ген... А что тогда делать?
ГЕНКА: Я же сказал - сбить.
ИЛЬКА (стараясь, видимо, убедить не столько ребят, сколько се-
бя): Вообще конечно... Раз он не отвечает... Он ведь сам виноват,
да, Гена? Ему сигналили, а он не отвечает. Конечно, надо сбить, на-
верно...
ЯШКА (жалобно): Только, чтобы мамка не видала, а то мне опять...
Осторожно передавая с рук на руки катапульту, они перетащили её
через забор. Яшка нервничал и опасливо оглядывался на крыльцо. Нако-
нец катапульта оказалась на улице.
Среди кустов, растущих вдоль тротуара, было укрытое местечко.
Там и установили орудие.
Генка отогнул конец шеста и начал крутить маховик, взводя пру-
жины.
ШУРИК: Могут подумать, что мы сбили его потому, что завидуем.
Лучше бы сначала поднять "Кондора".
ГЕНКА (продолжая крутить): Сначала собьём, потом поднимем "Кон-
дора".
ШУРИК: Но это глупо.
ГЕНКА (с натугой, сквозь зубы) Не всем... быть умными...
Пружины сжимались, и шест дрожал от натуги.
ЯШКА (жлобно и опасливо): Хватит. А то сорвётся.
Генка, сжав челюсти, продолжал вертеть маховик.
ШУРИК (спокойно): Хватит. Пружины лопнут... Планку передвинте,
а то вдоль улицы полетит... Ну-ка пустите...
Он не одобрял пиратских действий, но положение "технического
специалиста" вынуждало помогать приятелям. Да и просто тошно было
смотреть, как неумело они обращались с катапультой.
Шурик закрепил шест и установил над ним деревянный брусок -
планку прицела.
ШУРИК: Надо в платок земли насыпать. Это будет снаряд, вместо
камня. А то стукнем кого-нибудь...
Яшка взял у Шурика платок, наколупал земли. Вместе с Илькой они
свернули тугой снаряд. Шурик в это время поглядывал то на ката-
пульту, то на змей.
ШУРИК: Отсюда не достанет. Надо выкатить ближе, до перекрёстка.
ЯШКА: Ну вас... Опять увидит кто-нибудь. Не обрадуемся.
ГЕНКА: Быстро выкатим. Раз! - и обратно.
ЯШКА: Ага! Жить надоело? Заряженую выкатывать, да? Как сор-
вётся, да как даст!
ГЕНКА: Сам выкачу. Нитку готовте и снаряд... Ну-ка отойдите все.
Яшка и Шурик отошли.
ГЕНКА: Ильа, в сторону!
Он взялся за "хвост" катапульты. Илька в сторону не ушёл. Он
встал рядом и даже налёг на катапульту животом.
ГЕНКА: Кому я говорю!
ИЛЬКА (не обратив внимания на его сердитый тон, тихонько):
Ген... Если собьём, можно я его себе возьму? А то у всех есть а у
меня нет.
ГЕНКА: Ладно, возьмёшь. Отойди, а то сорвётся.
ИЛЬКА: Я не боюсь.
Это было похоже на лихой налёт тачанки. Катапульта вынеслась на
перекрёсток. Яшка нескалькими взмахами уложил на земле длинную нить
- кругами. А в поварёшку на шесте - "снаряд". Шурик, захваченный об-
щим азартом, отпихнул Генку.
ШУРИК: Пусти, наведу, ты не так делаешь... Готово.
Илька ухватил спусковой шнур.
ИЛЬКА: Можно, я дёрну?
Генка - сердитый, с обострившимися скулами, с закушеной губой -
прищуренно глянул на змей. Может быть, ему казалось, что сейчас он
сводит счёты со всеми своими неудачами: с английским языком, с оби-
дой на отца...
ГЕНКА: Дёргай!
ИЛЬКА: Огонь!
И дёрнул шнур!
Удар был крепкий! Шест выбил поперечный брусок и ударил концом
по земле. Катапульта подпрыгнула и опрокинулась. Маленькое колесо
отскочило и, вихляя, покатилось по траве.
Но выстрел получился. Нить, стремительно вытягиваясь в спираль,
уходила вверх, вслед за тряпичным снарядом.
ЯШКА: Есть!
Нить катапульты захлестнула нитку змея. "Конверт" качнулся,
мотнул хвостом, дёрнулся будто хотел сбросить аркан. Но не сбросил и
начал медленно падать.
Ребята молчали, следя за его падением.
ЯШКА: Идём?
ГЕНКА: Я пойду один.
ШУРИК: А если за змеем прибегут несколько человек? Тебя отлу-
пят.
ГЕНКА: Пойду один.
Он сунул кулаки в карманы и, не оглянувшись, зашагал по дороге.
Илька бросился следом.
ИЛЬКА: Я с тобой, Гена!
ГЕНКА: Не надо Илька. Помоги Воробью катапульту собрать.
Илька отстал.
Был яркий день с солнечными облаками. И пёстрые конверты стояли
в небе, подрагивая в потоках тёплого воздуха. От этого же ветра ка-
чалась и высокая трава у ни зкого уличного штакетника.
В траве лежал сбитый змей. Он оказался цел.
Генка подошёл и остановился над змеем. Не то, что-бы его мучила
совесть, но было как-то не спокойно на душе.
Встряхнувшись, Генка поднял голову, глянул по сторонам, Готовый
встретить хазяина змея и его друзей. Драки захотят? Ладно, посмот-
рим.
Но улица была пуста. Генка сел на штакетник и снова стал смо-
теть на змей.
В конце яркой улицы появилась тёмная, словно тушью нарисован-
ная, фигурка. Подходил мальчишька - в чёрных тренировочных брюках,
тёмной майке-безрукавке. Тёмноволосый и тонкий.
У Генки мелькнула пренебрежительная улыбка: драки не будет,
мальчишка - хлюпик. Наверно, третекласник.
Генка уселся по удобнее и стал смотреть выжидающе.
А мальчишка шёл неспеша, с опущенной головой. Словно что-то ис-
кал на дороге. В пальцах его скользила поднятая с земли нитка. Генку
он явно не хотел замечать.
ГЕНКА: Мы не торопимся? Ну-ну...
Он подошвой прижал к земле хвост змея.
Мальчик на Генку так и не взглянул. Сдёрнул змей с газона,
опустился на колено и стал осторожно ощупывать планки. Затем оборвал
нитку и, по-прежнему не обращая внимания на Генку, рензко встал.
Прижатый генкиной ногой хвост натянулся, треснула дранка, бумага
лопнула и белый "конверт" развалился на две части.
Генка вскочил.
ГЕНКА (со сдержанной яростью): Харктер показываешь. да? Взбе-
сился? На всех тебе наплевать? А змей-то причём? Ты что, ослеп? Не
видишь, что я... держу?!
Мальчик выпрямился и прижал порваного змея к груди. Он взглянул
вроде бы на генку и в то же время чуть мимо. Лицо на секунду сдела-
лось растерянным. Но тут же он снова стал спокоен. Опустил голову,
отбросил змей.
МАЛЬЧИК (тихо и жёстко): Не вижу. Ну и что?
Что это он? Генкин взгляд, сперва сердитый, потом недоуменный,
потом растерянный, метнулся по щуплой фигурке мальльчишки. Было в
маленьком незнакомце что-то вызывающее и в то же время беззащит-
но-тревожное.
Сжатые кулаки - и в одном нитка (она пролегла вдоль улицы - от
крышы до змея). Глаза, исподлобья смотревшие на Генку и в то же вре-
мя как бы сквозь него.
Неужели?..
Генка на миг даже зажмурился. Это было похоже на короткий мыс-
ленный стон.
ГЕНКА: Извини... Я же не знал...
Круглые тугие облака стояли над городом...
Яшка, Илька и Шурик устроились на крыше Яшкиного дома. Ждали
Генку.
Яшка лёг и закинул руки за голову. Он сейчас был немного не та-
кой, как на земле - суетливый остроносый воробей. Он казался спокой-
нее и чуть взрослее.
ЯШКА: Облака похожи на дым от старинных пушек. Которые на ко-
раблях...
ШУРИК (не с насмешкой, а скорее удивлённо): Да ты, Яшка, прямо
поэт.
ЯШКА (рассеянно): Ну и что...
Илька сидел выше всех, у самого гребня. Он был настроен более
прозаично и, кроме того, имел к Яшке кое-какие счёты.
ИЛЬКА: Не-а... Поэты не такие бывают. Они смелые. Пушкин и Лер-
монтов на дуэлях дрались из пистолетов. А Воробей - боязливый.
ЯШКА: Я!
ИЛЬКА: Конечно. Чуть чего - "Ой, мама увидит! Ой, попадёт!"
ЯШКА (с неожиданной серьёзностью и без обиды на неразумного
Ильку): Я и не боюсь, что попадёт. Я боюсь, что мамка расстраивает-
ся. Она сперва раскричится, а потом болеет... Два раза стукнет, а
потом за серце держится.
ИЛЬКА (с некоторым смущением): Два раза... А всегда вопишь,
будто убивают.
ЯШКА (убеждённо): Дак все вопят. Ты, что ли, не орёшь, если от
матери попадает?
ИЛЬКА: Меня мама никогда не стукает. И папа ни разу в жизни не
трогал.
ШУРИК: Передача на тему "Для вас, родители"... А Генки нет. Не-
ужели влип в историю? Придётся, наверно, ребят собирать и на развед-
ку...
ЯШКА: Думаешь, он спасибо скажет? Если сказал, что пошйдёт
один, значит - один, хоть помирать будет. Он сегодня злющий.
ШУРИК: А что за муха его укусила?
ИЛЬКА (с явным сочувствием к Генке и гордостью, что посвящен в
такие дела): У него с ангийским худо. Гроб - дело. Совсем увяз.
ШУРИК: Увяз... Он, по-моему и не старался выбратся.
ЯШКА: Не старался! А ты знаешь? А чего старатся, если всё равно
бесполезно? Если человек не может.
ШУРИК (примирительно): Ну... может быть. Я не знаю, я немецкий
учу. Он, говорят, легче.
ЯШКА: У разных людей голова по разному устроена. У одного языки
легко учатся, у другого - никак. У Галки, у моей сестры, в медецинс-
ком институте английский язык да ещё латинский на котором рецепты
выписывают. И она хоть бы что. А я в этот латинский заглянул - ну ни
капельки не понятно.
ШУРИК: А ты сразу понять хотел? Ты хоть английские буквы зна-
ешь?
ЯШКА: Знаю... "Рэ" - как "я", только на оборот. "Лэ" - как "гэ"
вниз головой. "И" - палка с точкой.
ШУРИК (со вздохом): Сам ты палка с точкой.
ИЛЬКА (вскакивая): Идёт! Генка идёт... Только без змея...
Генка вскарабкался к ребятам, шагнул, грохотнув листами железа,
хмуро сел рядом. Молчал.
ИЛЬКА: Ген, ты подрался?
Генка не ответил.
ИЛЬКА: Подрался, да?
ГЕНКА: Сиди уж... "Подрался". Делать мне больше нечего, как
дратся...
ЯШКА: А где змей? Ты ведь Ильке обещал.
ГЕНКА: Самому надо делать...
ИЛЬКА (обиженым шёпотом): А если не получается...
ГЕНКА: "Не получается"... (он вдруг сердито вскинулся. Видимо
для того, что бы заглушить собственное смущение). А у того парнишки
как получается? Ему в миллион раз труднее, чем нам!.. Заладили: "Не
отвечает, чужой"... А если он про нас и не знает! Если он слепой...
Шурик внимательно посмотрел на Генку и протяжно свиснул. У Яшки
шыроко открылись глаза. Илька съехал с гребня крыши прямо к Генке.
ИЛЬКА (тихо и встревоженно): Ой... Совсем?
ГЕНКА (морщась как от боли): Совсем.
ШУРИК: Ну и влипли мы...
ГЕНКА: Вы-то причём? Это я влип. А я тоже... Откуда знать. Он
ходит как... ну, как обыкновенный человек. Потом уж оказалось, что
он по нитке дорогу к змею нашел. А так ничего даже не заметно. И
глаза... Ну, совсем как обыкновенные.
ИЛЬКА (с напряжением): И нисколько не видят?
ГЕНКА: Да, ничего.
Илька слегка отодвинулся. Встревоженно оглядел небо и землю.
Неужели всё это можно не видеть?
ИЛЬКА (одними губами): Как это "ни-че-го"?
Он медленно поднял и прижал к глазам ладони. Навалилась тьма. И
в этой тьме стала с каждым толчьком серца нарастать тревога... А
вдруг это навсегда?!
ИЛЬКА: Нет!
Он раскинул руки с такой силой, что содрал о железо костяшки.
Машинально слизывая с суставов капельки крви, он жадно смотрел
на облака, на деревья, на пёстрый город. На празник летних солнечных
красок...
Генка молчал, а ребята смотрели на него, ожидая подробностей.
ШУРИК: А почему мы про него ничего не знали? Его как зовут?
ЯШКА: Он с какой улицы?
ГЕНКА: С улицы Чехова... Владик... Он недавно с отцом приехал.
Отец - инженер на судоверфи.
ШУРИК: Ты Гена возьми у меня бумагу. Надо ему сделать новый
"конверт".
ГЕНКА: Само собой...
ИЛЬКА: И голубятникам сказать, что б его не трогали. Надо всё
же совесть иметь.
ГЕНКА: И так не тронут. Без катапульты на такую высоту закидуш-
ку не бросишь.
ЯШКА: Я что то не понимаю. Если он не видит, как у него получа-
ется, что выше всех? Как он научился так строить?
ШУРИК: Да в самом деле.
ГЕНКА: Я спрашивал. Когда его домой провожал, мы маленько пого-
ворили... Он говорит, что сам не знает, как научился строить. Нао-
щупь как-то.
ШУРИК: Ну, это понятно. А как запускает
ГЕНКА: Он говорит, что ветер чуствует. Он лицом стоит к той
стороне, где ветер.
ИЛЬКА: Как это? Спиной к змею?
ГЕНКА: Ему всё равно, он же змея не видит. Зато - лицом к вет-
ру... А змей он через нитку чуствует. Пальцами и плечом.
ИЛЬКА: Как это - плечом?
ГЕНКА: Ну вот, смотри... (подвинулся к Ильке, согнул ему руку,
сжал пальцы). Вот будто ты держишь катушку в кулаке. А нитка сюда,
через плечо идёт. А другой рукой он её как струну трогает...
ШУРИК: Как нерв...
Генка осторожно приложил пальцы к тоненькой Илькиной ключице.
ГЕНКА (тихо и осторожно, словно боясь, что там, далеко, Владику
станет больно): У него вот здесь рубец от нитки)...
Утро следующего дня. Генка на подоконнике укладывает в стопку
учебник английского языка, тетрадь и свёрнутую по формату книги бу-
магу. Сложил приготовился выскочить в окошко.
МАТЬ: Двери для тебя нет?.. Ты куда это с утра? У вас занятия с
двенадцати.
ГЕНКА: Сегодня с девяти. Я пошёл.
И выпрыгнул в окно.
Во дворе он оглянулся на крыльцо, на окна: не следят ли мать и
бабушка. Подошел к поленнице и мстительно запихал учебник с тетрадью
в щель между забором и дровами.
Через несколько минут Генка подошел к калитке Владика. Калитка
была заперта. генка нерешительно потолкал, посмотрел на окна и - де-
лать нечего - погремел кольцом.
Калитка распахнулась, появился Владик. И опять Генка увидел его
напряжонное, беспокойное лицо.
ГЕНКА (торопливо, что бы Владик сразу понял, кто пришел): Вот,
я принёс бумагу.
Владик улыбнулся обрадованно и чуть растерянно.
ВЛАДИК: Здравсвуй! Ты проходи. Калитку не захлопывай, ладно?
Может быть скоро папа придёт. А калитку захлопнеш - сразу щеколда
запирается. Каждый раз ходить, открывать... Это тётка наша придумала
такую автоматику. Воров боится, что ли...
ГЕНКА (уловив в тоне Владика явное осуждение в адрес тётки):
Она придумала а ты открываешь?
ВЛАДИК: Она уехала, на целых две недели. Мы с папой вдвоём хо-
зяйничаем... Ну, пошли?
ГЕНКА: Пошли.
Владик зашагал в впереди - по узкому тротуарчику, ведущему че-
рез двор к сараю. Лёгонький и тонкий, он шёл, безошибочно ступая по
узким доскам.
ГЕНКА: Бумага помятая немного. Придётся намочить, что бы расп-
равилась.
ВЛАДИК: Намочить? Разве она не порвётся?
ГЕНКА: Если аккуратно, не порвётся. Ещё лучше натянется, когда
высохнет. Ну, вместе сделаем...
ВЛАДИК (обрадовано): Правда, вместе? Ты не торопишся?
ГЕНКА (с легкой досадой): Куда мне торопится...
ВЛАДИК: Ну, мало ли... У каждого человека всякие дела есть.
ГЕНКА: Что там мои дела. По сравнению...
Он хотел сказать "посравнению с твоей бедой", Но спохватился и
махнул рукой.
Владик подошел к сараю и точным ударом ноги распахнул дверь.
Помещение было прорезано тонкими лучами. По углам громоздились
сломаные стулья и разная рухлядь. У двери на чурбаке стояли слесар-
ные тиски.
На стене висел велосипед.
ВЛАДИК: Ты подождёш минутку? Я тут винт для наушника ищу... Ты
садись.
Сам он присел на корочки перед большой картонной коробкой.
ГЕНКА: Какой винт? Давай помогу.
ВЛАДИК: Я сам. Ты тут не разберёшся в моём хозяйстве.
И правда, погремев железками, он вытащил из гвоздей и мотков
проволоки болтик с гайкой. Взял со старого стула наушники с тонкой
металической дужкой. Один наушник едва держался, и стал его привин-
чивать. Винт входил в гнездо туго. Владик закусил губу, низко накло-
нил голову.
Генка стоял рядом и мучился. Ему ничего не стоило закрепить на-
ушник, но он не решался вмешатся.
ГЕНКА: Зачем тебе наушники?
ВЛАДИК: Нам с папой, для телевизора. Вечером, если громкий
звук, тётка ругается. А наушники включишь - и хорошо...
ГЕНКА: К телевизору а как...
Он тут же замолчал и треснул себя кулаком по лбу. Но Владик уже
понял. Он не обиделся.
ВЛАДИК: Конечно, что на экране, я не вижу. Папа расказывает. Да
и по словам можно догадатся, если кино... Мне телевизор и радио
вместо газет и книжек...
ГЕНКА (пытаясь сгладить неловкость): Я хотел... телевизор ка-
кой? Какая марка?
ВЛАДИК: Да старенький, "Рекорд". Есть ещё новый, но у тётки в
комнате.
ГЕНКА: Ничего, что старый. Старые иногда даже лучше... А хочеш,
я Шурке Черемховскому скажу, он тебе пульт сделает для дистанционно-
го управления. Лежишь в кровати и телевизор регулируешь!
ВЛАДИК: У нас есть. Папа сделал. Он всё, что хочешь, может сде-
лать.
ГЕНКА: Он у тебя кто?
ВЛАДИК: Инженер... Понимаешь, он такой инженер - по оборудо-
ванью. Его специально на сдешнюю судоверфь перевели, там новый цех
пускать должны. Вот он там и хозяйничает. И ругается.
ГЕНКА: Почему?
ВЛАДИК: Ну, он объяснял... Что-то не так построили, станки не
размещаются. Он даже по вечерам работает, считает что-то. Всё равно
построит, как надо.
ГЕНКА: А у меня отец тоже инженер. Только по лесной промышлен-
ности. Всё ездит, ездит.
ВЛАДИК: А мы в Воронеже жили... (он пошатал наушник). Крепко
держится... Ну, пойдём? Бумагу мочить.
ГЕНКА: Сначала же её на каркас наклеивают. Неужели ты про это
не знаешь?
ВЛАДИК: Нет, не слыхал.
ГЕНКА: А такие змеи делаешь. Выше всех стоят.
ВЛАДИК (нерешительно): А правда?.. Выше, чем у вас?
ГЕНКА (виновато): Конечно... Потому и сбили. Не знали ведь, что
ты... Ну, в общем думали, что дразнишся... Теперь твой змей никто не
тронет, даже голубятники.
Они остановились в дверях сарая.
ВЛАДИК: А сегодня, сейчас вот... ваши летают?
ГЕНКА (посмотрел в небо): Есть... Вон "Шмель" Яшки Ворбья. Да
не шмель он, а корова неуклюжая... "Битанго" Антошки Калинова. "Ва-
силёк". Это уж девчёнки придумали... А вон "Желтый щит" поднимает-
ся... (он посмотрел на Владькино напряжонное лицо, спохватился): Ну,
пошли! А как твой "конверт" назовём? Надо, что бы имя было и позыв-
ные.
ВЛАДИК: Можно "Фрегат"?
ГЕНКА: Конечно, можно. Хорошее имя... Значит, он опять белый
будет, как парус?
ВЛАДИК: А бумага белая?
ГЕНКА: Конечно.
Владик шагнул во двор. Генка, выходя за ним, крутнул у висящего
рядом с дверью велосипеда колесо. Оно завертелось с лёгким треском.
ВЛАДИК (тут же оглянувшись на звук): Хорошая машина. Лёгонький
на ходу, сам едет... А у тебя есть?
ГЕНКА: Обещали купить... В этом году уж не купят.
ВЛАДИК: Если хочеш, бери, катайся.
ГЕНКА (не сдержав радости): Можно? А твой отец не заругает?
ВЛАДИК: Что ты! Он ничего не скажет. Он всё равно не ездит, это
же мой велосипед.
ГЕНКА: Твой?!
Он тут же прикусил язык.
ВЛАДИК: Не веришь? А знаешь как я на нем гонял, когда в Вороне-
же жили! Там вокруг двора асфальтовая дорожка была, я на ней каждый
поворот знал.
ГЕНКА: Да я верю.
ВЛАДИК: Я ночью катался, когда никого нет... Мне-то всё рав-
но... Только один раз на какого-то пьяницу налетел. Вот.
Он подтянул штанину и ткнул пальцем в белый рубец у колена.
ВЛАДИК: Даже зашивали. А ты не веришь.
ГЕНКА: Да ты что! Верю я! Только... отец-то тебе разрешал?
ВЛАДИК: Он разрешал. Он меня сам учил... И ходить учил так, что
бы незаметно было, что я не вижу.
Он поправил штанину, распрямился. И вдруг забеспокоился.
ВЛАДИК: Ой, надоел тебе, наверно, мой разговор? Я тут всё один
да один. И вдруг ты пришел...
ГЕНКА: А я ещё... можно приду?
Владик улыбнулся смущенно и благодарно.
Это уже другой день. Вернее, утро. Генка, насвистывая, шел к
Владику.
Мимо с криками и топотом промчались ребята. Среди них Илька и
Яшка. Илька слегка задержался, оглянувшись на Генку.
ИЛЬКА: Яшкин "Шмель" упал! Кажется, голубятники сбили!
И бросился догонять ребят. Генка секунду раздумывал. Потом до-
садливо плюнул и побежал следом: что делать, долг требует выручать
товарища-змеевика.
"Шмель" висел, зацепившись мочальным хвостом за палисадник в
чужом переулке.
Генка и его друзья подоспели почти одновременно с голубятника-
ми. Но всё-таки чуть-чуть раньше. Яшка схватил своё детище. Две ше-
ренги, разделённые обычаями давней уличной войны, остановились друг
против друга.
ГЕНКА (голубятникам): Зря бежали, запыхались бедненькие. Добычи
не будет.
Голубятников меньше. Им остаётся одно - принять равнодушный
вид.
СЕРЁГА КОВАЛЁВ (вожак голубятников): Добыча! Кому-то нужен та-
кой гроб с хвостом.
ЯШКА (оскорблённый за "Шмеля"): Если не нужно, зачем сбивали?
Пираты драные!
ГОЛУБЯТНИКИ (наперебой): Да кто его сбивал! Он сам каждый день
кувыркается! Не "Шмель", а утюг!
К сожалению, это правда. И Яшка решает отомстить язвительным
напоминанием.
ЯШКА: Не сбивали! Конечно! Чем сбивать-то? Катапульта тю-тю!
Уехала!
ВИТЬКА КОВАЛЁВ (брат вожака): Мы тебя, Воробей, когда нибудь
поймаем. Все перья повыдергаем.
ЯШКА (явно пользуясь безопасностью, которую обеспечивает чис-
ленное превосходство друзей): Чего меня ловить? Вот он я!
СЕРЁГА КОВАЛЁВ: Успеется. Чирикай пока.
ГЕНКА: Ладно, гуляйте, детки. Привет вашим птичкам... Между
прочим, мы их не трогаем. А вы за наши конверты только и цепляетесь.
МАЛЕНЬКИЙ ГОЛУБЯТНИК (вроде Ильки): А чего ваши змеи наших го-
лубей пугают?!
ИЛЬКА: Врёте вы всё! Просто вам их сбивать охота! А если мы ва-
ших голубей из рогаток?
СЕРЁГА КОВАЛЁВ: Они же живые!
ИЛЬКА (тихо и убеждённо): А наши змеи тоже живые...
Они возвращались на свою улицу. Генка отстал, занятый своими
мыслями. Впереди него тащил своего неуклюжего и тяжёлого "Шмеля" Яш-
ка.
ГЕНКА: Ты, Воробей, хотя бы отрегулировал его, если нового сде-
лать не можешь. А то, правда, каждый день кувыркается. Только и бе-
гай, выручай.
ЯШКА: И вовсе не каждый день! Просто ветер сегодня резко изме-
нился.
ШУРИК: Ветер для всех один, а змей только у тебя падает.
Илька отстал и пошел рядом с генкой.
ИЛЬКА: Ген, давай твоего "Кондора" поднимем. Он-то не упадёт.
ГЕНКА: Некогда мне сейчас.
ИЛЬКА: К Владику идёшь, да?
ГЕНКА (неохотно): Ну... иду. Тебе-то что?
ИЛЬКА: А моно, я с тобой?
ГЕНКА: Ещё чего! Лети-ка в другую сторону.
ИЛЬКА: Ну, Ген...
ГЕНКА: Зачем тебе?
ИЛЬКА: Я же не буду мешать.
ГЕНКА: А что ты будешь делать?
ИЛЬКА: Смотреть.
ГЕНКА (рассердившись): Что тебе там, кино?
ИЛЬКА: Змея смотреть. Вы будете делать, а я учится буду.
ГЕНКА: В другой раз.
ИЛЬКА: Жалко тебе, да?
ГЕНКА: Причём тут я? Ты не ко мне просишся. Может ему не хочет-
ся, что б толпой приходили. Спросить же надо сперва.
ИЛЬКА: А ты спроси! Спросишь, а? Ген...
Что-то шевельнулось у Генки в душе. С усмешкой он взглянул на
Ильку, взерошил малышу затылок.
ГЕНКА: Спрошу. Беги пока.
Владик вёл Генку через двор, к крыльцу. Обрадованный новой
встречей, говорил быстро и немного возбуждённо.
ВЛАДИК: А я уже давно жду. Ты не идёшь, не идёшь. Я думал ты
раньше соберёшся...
ГЕНКА: Я хотел раньше, да пришлось Яшкин змей выручать. Его
чуть-чуть голубятники не зацапли.
ВЛАДИК: Выручили?
ГЕНКА: Успели.
ВЛАДИК: А я уже всё склеил, на каркас натянул. Хочешь посмот-
реть? Сейчас принесу.
Он скрылся в доме и тут же вернулся с большим белым змеем, к
которому ещё не был привязан хвост.
ГЕНКА: Ух ты, здорово! Дай-ка... Отлично получилось. Теперь на-
мочим. Когда высохнет, станет тугой, как барабан. Звенеть будет.
ВЛАДИК: Я сам хотел намочить, да не знаю как. Не в бочку же ма-
кать?
ГЕНКА: Что ты, в какую бочку! Надо брызгать. У вас есть кран?
ВЛАДИК: Пошли.
Он повел Генку в угол двора, где был разбит не большой огород:
кусты и грядки. Здесь из земли торчала загнутая труба с краном.
ГЕНКА: Ты встань по дальше, а я брызги пущу. Повыше змея подни-
ми, а то и тебя забрызгаю.
ВЛАДИК: Ну и брызгай, я не сахарный.
Он встал в трёх шагах и поднял змей над головой.
Генка открутил кран, прижал струю ладонью, и брызги пошли в
сторону Владика широким веером, ударили по змею, заблестели на голых
Владькиных плечах. Он засмеялся и затанцевал на месте.
Генка убрал руку.
ГЕНКА: Хватит, а то клей размокнет. Поставим на крыльце, пускай
сохнет.
Владик кивнул, безошибочно повернулся к крыльцу и зашагал через
высокую траву. Но запнулся за что-то и едва не упал. Генка стреми-
тельно прыгнул к нему и подхватил.
ВЛАДИК: Вот чёрт... Тётка шланг бросила, не сказала.
Он отдал Генке змей и вытянул из травы черную резиновую кишку.
Её наконечник с краном - рычагом был примотан к деревянной рукоятке,
похожей на игрушечный автомат.
ГЕНКА: Это зачем такая штука прикручена?
ВЛАДИК: Это папа сделал, что бы удобней поливать было... А тёт-
ка обрадовалась: говорит, как ружьё. Если кто за ягодами полезет -
струей сразу - трах! Струя знаешь какая тугая.
ГЕНКА: А разве лазят?
ВЛАДИК: По-моему, нет. А она всё равно боится. Когда уезжала,
меня уговаривала, что бы я караулил. Как кто сунется - чтоб сразу
как из пулемёта... А я кто, полицейский разве? Это полицейские в
Америке людей из шлангов разгоняют.
ГЕНКА (забывшись и с возмущением): Она что, сумашедшая? Как
ты?..
И осёкся, опять испугавшись, что напомнил Владику о слепоте.
ВЛАДИК: Да не сумашедшая. Просто жадная... С папы и с меня
двадцать рублей за комнату дерёт, будто мы чужые. Сумашедший небось
не догадался бы... А, ты вот про что! Как я караулить буду?
ГЕНКА: Да нет, я просто...
ВЛАДИК: Если бы я захотел, никто бы не пролез! Не веришь? Папа
тоже не верил, потом пожалел.
ГЕНКА (осторожно): А он что, через забор лазил?
ВЛАДИК: Зачем через забор... Ну, пойдём на крыльцо, покажу, ес-
ли не боишся.
И он двинулся к крыльцу, волоча за собой шланг. Генка тоже по-
шел.
ВЛАДИК: Подожди. Шланг присоедини к трубе, пожалуйста.
Генка послушно надел задний конец шланга на трубу водопровода.
Владик поднялся на крыльцо, прислонил к стене змей. Взял "водянной
автомат" на изготовку. Нажал рычаг. Сверкающая струя поднялась над
кустами.
ВЛАДИК: Действует! А теперь попробуй неслышно пройти к калитке.
Хоть каким путём. Ну давай, давай.
Генка, нерешительно улыбнувшись и пожав плечами, сделал нес-
колько шагов к калитке. Тугая струя отбросила его назад.
ВЛАДИК (весело): Ты что как стадо бизонов? Ты разведчик, а я
часовой. Неслышно пробирайся.
Генка понял, что дело не простое. Ему стало слегка досадно, что
попался, и интересно: неужели не сможет пробратся?
Он, пригнувшись, индейским шагом двинулся вдоль забора. Но Вла-
дик безошибочно вёл за ним ствол. Струя опять ударила в Генку, а по-
том перед ним, в забор.
ВЛАДИК: Назад, путь отрезан.
Генка прыгнул в сторону и припал к земле не дыша.
Владик ждал. Генка тоже ждал. Владик вдруг засмеялся и угостил
Генку ещё одним точным "выстрелом".
ВЛАДИК: Чего ты сидишь на одном месте? Ты пробирайся!
ГЕНКА: Ну тебя! Сдаюсь!
ВЛАДИК: А может, ещё?
ГЕНКА: Куда ещё-то? И так насквозь мокрый. Как домой пойду?
ВЛАДИК: Высохнешь! Полезли на крышу, там разденешся и всё высу-
шишь.
И он первым легко забрался на крышу дома по приставной лестни-
це.
Генка расстелил на ребристом шифере брюки и рубашку и сел у
печной трубы, обхватив колени.
Владик встал у самого края, покачиваясь и запрокинув лицо.
ВЛАДИК (тихо и немного смущенно): А небо сейчас синее, да?
ГЕНКА: Да...
ВЛАДИК: А облака жёлтые от солнца... Я чувствую. Потому что ве-
тер такой, солнечный... Да?
ГЕНКА: Да... (и, что бы переменить тяжёлый для него разговор,
говорит сердито): Отойди от края, а то как брякнешся... Мало тебе
одного шрама?
ВЛАДИК (рассеяно): У меня не один... А правда, что на высоте
лучше, чем внизу?
Он легко взбежал на гребень крыши и остановился, взявшись за
тонкий железный шест с жестянным флажком.
Генка лишь сейчас обратил вниманее на этот высокий флюгер. Он
встал, подошел к Владику. Слегка покачал шест.
ГЕНКА: А это для чего? Зачем твоей тётке ветер узнавать?
ВЛАДИК: Это не тётке. Это я сделал вместе с папой... Тётка нао-
борот, ругалась, что крышу продырявили.
ГЕНКА: А... если тебе, то зачем высоко? До флажка ведь не дотя-
нешся.
ВЛАДИК: Мне и не надо дотягиватся, я и так...
Он вдруг замолчал, повернул на секунду к Генке, на котором не-
было теперь ни напускной беззаботности, ни веселья. Он что-то хотел
сказать и не решался.
ВЛАДИК: Я когда маленький был... ну, лет семь... папа хоел,
чтобы я на баяне учился играть. А я не стал. Обидно как-то. Если че-
ловек ничего не видит, все почему-то думают, что ему надо музыкой
заниматся... А у меня, может, и способностей нет. И я не хочу...
я... знаешь, чего хочу?
ГЕНКА (негромко и встревожено): Чего?
ВЛАДИК (после некоторого молчания): Пойдём, покажу...
И он направился к входу на чердак. Генка за ним.
Чердачный полумрак был прорезан солнечными лучами. Они падали
на медь и никель приборов: на чердачных балках висели старый баро-
метр-анероид и будильник. Шест, проходивший сквозь крышу, нижним
концом был закреплён в подставке с подшипником и мог вращатся вокруг
оси. К нему в полуметре от пола была прикреплена длинная стрелка.
Она ходила над круглой шкалой с розой ветров.
Циферблаты приборов были без стёкол, а цифры и деления - выпук-
лые, вырезанные из картона.
Это был обжитой, оборудованный чердак. Его внутренность напоми-
нала не то метеостанцию, не то каюту...
Генка понял, что для Владика всё это очень важно. Он уважал чу-
жие тайны и знал, что их нельзя задевать ни любопытством, ни самой
лёгкой шуткой.
ГЕНКА: Здорово устроенно. Будто на корабле.
Владик чуть улыбнулся. Подошёл к будильнику, легко коснулся
пальцами циферблата и стрелок.
ВЛАДИК: Девять минут одинадцатого... Он знаешь какой точный! За
десять дней всего на полминуты отстаёт.
ГЕНКА: Флюгер здорово устроен. Не надо на крышу лазить, чтобы
ветер узнать... Только, Владька... Стержень ведь железный и стрелка
тоже...
ВЛАДИК: Конечно. Никакой ураган не обломит.
ГЕНКА: Но тогда надо хоть заземление сделать. А то как притянет
молнию...
ВЛАДИК (с преувеличенной беззаботностью): Да ерунда. Ничего не
притянет. Это только так говорят... А барометр видел?
ГЕНКА: Видел... У Шурки Черемховского такой есть. Мы по нему
всегда погоду узнаём.
ВЛАДИК: Я тоже. Только он врёт часто. Да я могу и без баромет-
ра. Думаешь, не могу? Мне бы только ещё термометр придумать со
стрелкой, чтобы на ощупь температуру узнавать. От неё погода очень
зависит.
ГЕНКА: Я Шурку попрошу. Он в технике разбирается, придумает.
ВЛАДИК: Тогда всё будет в порядке... Пойдем, у меня там компас.
Тоже сам сделал.
В бачке для проявления фотоплёнки плавала на пробковом кружке
длинная сапожная игла.
ВЛАДИК: Я её намагнитил. Такой компас очень точным считается.
Только его надо подальше от железа держать, а то получится, как в
"Пятнадцатилетнем капитане". Помнишь, там пират Негоро под компас
железный брус сунул?
ГЕНКА: Топор.
ВЛАДИК: Это в кино топор. А в книге брус...
ГЕНКА: А ты разве...
И опять прикусил язык. Но Владик понял. Улыбнулся немного
грустно.
ВЛАДИК: Мне папа читал... Сам я ребко читаю.
ГЕНКА: Есть такие... специальные книги, да?
ВЛАДИК (недовольно): Есть. Я их не люблю, я обыкновенные буквы
люблю... Меня учительница Нина Сергеевна учила писать по линейкам.
Это ещё в Воронеже. Нарочно ко мне домой приходила, занималась. Хо-
рошая.
Владик забрался верхом на чердачную балку, сел, подперев ладо-
нями щёки. Заговорил, словно советуясь о чём то важном.
ВЛАДИК: Конечно, почерк у меня как курица лапой. Но ведь не
обязательно, чтобы красиво, верно? Главное, чтобы понятно. Чтобы
после дежурства все могли эти записи разобрать.
ГЕНКА: Какие записи?
ВЛАДИК: Ну, направление и сила ветра, температура, давление.
Всё, что полагается... Правда, есть ещё разные внешние признаки.
Например, цвет неба, форма облаков. Облака - это ведь важно: перис-
тые, кучевые, слоистые... Да я почти всегда чувствую, какие они. А
если нет, то ведь скажут, если надо, верно? Не один же я там буду.
Генка напряжённо моргал и морщил лоб, стараясь уловить мысль
Владика.
ГЕНКА: Где?
ВЛАДИК (словно преодолевая внутреннее сопротивление: ведь он
идёт на полную откровенность, доверяется до конца): Ну, где... На
станциях. На зимовках. Где метеорологи работают. Ты же знаешь...
Генка наконец догадался. Глянул на Владика, на приборы. На
светлый прямоугольник чердачного окна, где виднелись солнечные обла-
ка... На стрелку, дрожащую над розой ветров.
Владик тоже сидел, повернув лицо к окну, и облака отражались в
его глазах.
Генка подошёл, положил подбородок на чердачную балку. Снизу
вверх внимательно посмотрел. Значит, в этом слабосильном на вид
мальчишкеживёт такая крепкая мечта? Это ведь не на велосипеде гонять
в слепую и не из шланга пулять по звуку. Это в сто раз труднее. Это
- по-настоящему.
ГЕНКА: Это интересная работа, только трудная. Опасная даже.
ВЛАДИК: Ну и пусть трудная... А почему опасная? Не очень. Не
опаснее других.
ГЕНКА: Илькин отец был метеорологом. Он погиб в экспедиции два
года назад. Обвал был...
ВЛАДИК: Чей отец?
ГЕНКА: Ильки... Ну, есть тут один малёк. Во второй класс пере-
шел. Везде самый первый поспевает со всякими новостями новостями,
прыгучий такой... Сегодня со мной просился к тебе.
ВЛАДИК (сильно оживившись): Ну и что?
ГЕНКА: Я сказал, что пускай подождёт.
ВЛАДИК: Почему?
ГЕНКА: А чего ему здесь? Он же маленький.
ВЛАДИК: Что же, что маленький?

Крапивин Владислав Петрович - Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях) => читать книгу далее


Надеемся, что книга Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях) автора Крапивин Владислав Петрович вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях) своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Крапивин Владислав Петрович - Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях).
Ключевые слова страницы: Та сторона, где ветер (Телевизионная пьесса в двух частях); Крапивин Владислав Петрович, скачать, читать, книга и бесплатно