Левое меню

Правое меню

 Дуарте Джуди 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Бабкин Борис Николаевич

Хочешь выжить - убей!


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Хочешь выжить - убей! автора, которого зовут Бабкин Борис Николаевич. На сайте strmas.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Хочешь выжить - убей! в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Бабкин Борис Николаевич - Хочешь выжить - убей!, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Хочешь выжить - убей! равен 404.85 KB

Бабкин Борис Николаевич - Хочешь выжить - убей! - скачать бесплатно электронную книгу




Борис Бабкин
Хочешь выжить – убей!
1
– Помогите! – раздался женский крик над темной гладью воды небольшого озерка.
– Заткнись, сучка! – ответил мужчина. Послышался всплеск и снова крик.
– Не трожьте ее! – крикнул кто-то третий. Раздалось несколько звучных ударов. – Кья-а! – Ответом на короткий крик-выдох был болезненный стон.
– Петр! – отчаянно позвала женщина.
– Маг врубите! – крикнул кто-то.
В стоявшем за лесополосой у свекольного поля «КамАЗе» открылась дверца.
В кабину забралась молодая женщина. Положила между сиденьями сумку и дотронулась до плеча лежащего на койке за сиденьями мужчины.
– Чего тебе? – недовольно спросил он.
– Слышишь? – Она кивнула в темноту ночи, откуда доносились приглушенные голоса. – Там…
– И что? – раздраженно перебил он. – На трассе порой такого наслушаешься. Если на все внимание обращать…
– Убивают! – Ему не дал договорить отчаянный мужской крик. – На помощь!
– И тут, заглушая его, громко запел Кучин: «…красный бан выйдет из-за ширмы, сразу видно – консультант иностранной фирмы».
– Вообще-то, – сказал водитель, – надо сваливать отсюда. – Он соскользнул на сиденье и, доставая ключ, спросил:
– Они нас видели?
– Не знаю, – тихо ответила женщина. – Я купалась, когда подъехали на «Жигулях» мужчина и женщина. Перед этим к ним…
– Ясно, – кивнул мужчина. Он всматривался в темноту, откуда слышались приглушенные звуки ударов и отрывистые вскрики.
– А эти, – негромко продолжала она, – на двух машинах. Когда с трассы свернули, «КамАЗ» фарами осветили.
Мужчина хотел что-то сказать, но в этот момент песня прервалась. Они услышали громкий голос:
– Там «КамАЗ» стоял! Туда! И кончайте с водилой!
С коротким матом водитель завел «КамАЗ». Тяжелая машина тронулась. В свете фар водитель и женщина увидели три легковых автомобиля и бегущих к лесополосе троих мужчин. Взревев двигателем, «КамАЗ» выехал на трассу. Выровняв тяжелую машину, водитель нажал на педаль газа.
– Они тоже выезжают! – воскликнула женщина. «На кой я остановился? – мысленно упрекнул себя водитель. – Из-за нее». Он покосился на пассажирку. В зеркальце заднего вида он увидел четыре пучка света от фар быстро приближающихся машин. Водитель увеличил скорость. Но легковушки стремительно приближались.
– Догоняют! – закричала женщина.
– Заткнись! – рявкнул водитель.
Он повел «КамАЗ» по середине дороги. Одна из машин, прижавшись к обочине, попыталась обойти его махину справа. Водитель усмехнулся. Вильнув пустым прицепом, «КамАЗ» заставил идущую справа «девяносто девятую» сбавить скорость. Слева начала обгон «десятка». Ощерившись в злой усмешке, водитель чуть притормозил и повернул руль влево. Резко взвизгнули тормоза, и «десятка» со смятым передом развернулась, вылетела на обочину и, скользя по травянистому пологому спуску, перевернулась. И еще раз. «Девяносто девятая» проскочила вперед метров на двадцать, остановилась и тут же двинулась задним ходом.
Затормозила у перевернутой «десятки». Из машины выскочили четверо и бросились к «десятке», из которой доносились зовущие на помощь голоса. Высунув голову в открытое окно, женщина видела только габаритные огни остановившейся «девяносто девятой». Повернувшись к водителю, до половины подняла опущенное стекло и нерешительно спросила:
– Ты будешь в милицию обра…
– Вот что, – резко перебил ее он, – ты забудь обо всем, что видела и слышала. Если где хоть слово вякнешь… – Не договорив, взглянул на нее.
– Но ведь они могут гаишникам сообщить.
– У них около озера минимум пара трупов, – снова перебил ее водитель. – Им ни к чему милицию в это втягивать. Конечно, если что-то про озеро вякнуть, – он криво улыбнулся, – то можешь запросто где-нибудь на трассе остаться. В такие дела лучше не лезть – здоровее будешь. Хотя что я тебе это разжевываю, ты и сама в курсе событий на трассе.
– Давно работаешь?
– Недавно, – опустив голову, отозвалась она.
– Ни хрена себе, – весело удивился он. – Она еще и смущаться умеет. – Снова быстро взглянул на нее, вздохнул.
«Зачем остановился? – мысленно уже не в первый раз спросил себя водитель. – Впрочем, тормознуться нужно было. Вымотался до предела. До столицы без перекура шел. Выгрузился – и назад. А тут еще она». Сунув в рот сигарету, он щелкнул зажигалкой.
– Дай закурить, – вздохнула женщина.
– Интересно, – пробормотал он, – кто были те, на озере, которых эти любители Кучина пинали? Вообще-то они были на «девятке» и на «десятке», значит, не совсем крутые. – Он пренебрежительно усмехнулся. – Но почему тогда догнать пытались? Впрочем, чего удивляться. Любой бы на хвост сел.
– Дай закурить, – снова попросила женщина.
– Тебя где высадить? – не поворачиваясь, спросил водитель.
– Ты же говорил, что в Воронеж едешь, – встрепенулась она, – и обещал меня подвести.
– Короче, вот что, – бросил водитель, – в Ефремове выйдешь. И запомни, – угрожающе добавил он, – если где вякнешь…
– Подожди, – сказала женщина. – Ты же обещал, что до Воронежа довезешь.
У меня там… – Она вдруг замолчала.
– Ладно, – нехотя согласился водитель, – но как только в Воронеж въедем, выходишь.
– Да я раньше сойду, – обрадованно проговорила женщина.
– Держи. – Водитель протянул ей пачку сигарет.
– Спасибо, – кивнула женщина и спросила:
– Как думаешь, живы те, которых на озере били?
– Хватит! – зло бросил он. – Забудь об этом.
– Хорошо, я на малой шел! – возбужденно говорил невысокий толстый мужчина в спортивном костюме. – Под шестьдесят. Ночью боюсь ездить. – Смущенно улыбаясь, он вздохнул:
– Мать заболела…
– Где ты ее подобрал? – нетерпеливо спросил человек в потертых джинсах.
– Я же говорил. – Толстяк кивнул на стоявшего у милицейских «Жигулей» старшего сержанта ГАИ. – Какое-то село проехали, и километров через пять, смотрю, – прямо посередке баба! Я думал, кто-то сшиб. Остановился, а сам вокруг смотрю. Ведь сейчас на дорогах часто бывает: баба тормознет, а из кустов добры молодцы с…
– Давайте по делу, – негромко попросил его подошедший седоватый мужчина в штатском.
– Я, конечно, сразу вылез, – поспешно проговорил толстяк, – и к ней.
Она в крови вся. Я, значит, аптечку взял…
– Она что-нибудь говорила? – перебил его человек в джинсах.
– Хотела, – кивнул толстяк, – но не могла. Я ее на заднее сиденье посадил. Чехлы жена только купила. Теперь в крови все. Но помочь женщине, – увидев, как переглянулись седоватый и молодой, поспешно исправился он, – надо…
– Навстречу какие-нибудь машины попадались? – безнадежно спросил молодой.
– Да я, – стушевался толстяк, – как-то запамятовал. Вроде как…
– Вы можете показать место? – спросил седоватый.
– Разумеется, – энергично согласился толстяк. – Всегда рад помочь правосудию. Ведь сейчас что делается! – Он взмахнул руками. – Сейчас только и слышишь – то там…
– Что с женщиной? – спросил молодой человек гаишника. – Ты был, когда ее забирала «скорая». Она что-нибудь говорила?
– Так я, – смущенно проговорил гаишник, – не особо вслушивался. Уж больно здорово она изранена была. Но, кажется, Петю звала, – нерешительно сказал он. – Да, – уже увереннее добавил гаишник. – Точно, Петя. Именно так и говорила.
– Вот что, капитан, – вздохнул седой мужчина, – возьми товарища. – Он кивнул на толстяка. – И пройдись до Языкова. Километрах в пяти от него есть озерко. Помнишь, там один делец хотел место отдыха устроить?
– Конечно, – кивнул молодой. – Единственное, что успел сделать, – песок привезти и нырялку поставить. Его за наркоту взяли.
– Вот туда и двигай, – буркнул седой. – Скорее всего там и…
– Товарищ майор! – выглянув из окна поста ГАИ, крикнул старший сержант.
– На трассе между Архангельским и Языковым найден убитый мужчина.
– Дуй в темпе! – приказал майор. – И пусть закроют выход на Симферопольское шоссе. Правда, это ничего не даст, – чуть слышно пробормотал он. – Единственное, на что можно рассчитывать, – что у преступников при виде проверки машин сдадут нервы. Но в любом случае отмечать все машины. – Взглянув на часы, сделал шаг к посту ГАИ.
– Товарищ майор, – испуганно обратился к нему побледневший толстяк, – там…убитый мужчина… Надеюсь, мое имя не будет фигурировать нигде.
– Не будет, – отрезал майор.
2
Рослый мужчина с тонкой полоской светлых усов, недовольно поморщившись, вздохнул.
– Катя! – положив сотовый телефон, громко позвал он.
– Екатерина Игоревна уехала десять минут назад. – В кабинет заглянул плотный широкоплечий мужчина.
– С кем? – раздраженно спросил рослый.
– Ей звонила какая-то подруга, – ответил плотный.
– Черт бы побрал ее подруг, – буркнул рослый. Порывисто выдохнув, взял из коробки сигару. Ножницами отрезал конец и прикурил. Плотный выжидательно стоял у двери. – Может, она хоть примерно сказала, куда едет? – после довольно продолжительной паузы спросил рослый.
– Нет, – покачал головой тот, – не говорила.
– Как только даст знать о себе, скажи, чтобы немедленно связалась со мной.
Кивнув, плотный вышел.
– Комод! – окликнул его мускулистый. – Свяжись с Губой! Он мне нужен.
– Все нормально, – подкрашивая губы, проговорила молодая симпатичная женщина. Всмотревшись в свое отражение, она поправила пышно взбитые темно-рыжие волосы и повернулась к сидевшей на кожаном диване молодой блондинке.
– Но я слышала, – взяв сигарету, блондинка внимательно всмотрелась в лицо рыжей, – что у тебя с Арсентием совсем недавно был скандал. – Прикурив, замолчала.
– Интересно, – натянуто улыбнулась ее собеседница, – от кого ты могла это слышать?
Блондинка улыбнулась.
– Ну, – отгоняя дым, помахала перед глазами рукой, – о романе Арсентия с…
– Хватит! – зло прервала ее рыжеволосая.
– Катька, – насмешливо улыбнулась блондинка, – как ты могла уступить?..
– Я сказала, перестань! – Екатерина порывисто шагнула вперед. – Ты, Лорка, постоянно лезешь в чужие дела, и когда-нибудь это может плохо кончиться.
Лариса вскочила.
– Не смей говорить со мной таким тоном! Ведь ты бесишься потому, что знаешь…
– Хватит! – снова крикнула Екатерина. – Я знаю, что ты хочешь сказать, – немного тише проговорила она, – но напрасно думаешь, что я… – Екатерина замолчала. Достав сигарету, вздохнула.
– Ну, – не слыша продолжения, улыбнулась Лариса, – говори, что ты?
Не отвечая, Екатерина обожгла ее взглядом и, подхватив сумочку, шагнула к двери.
– Все знают, – громко сказала ей в спину Лариса, – что у Арсентия роман с Татьяной Розовой! Надеюсь, для тебя это не новость?
– Теперь нет, – не поворачиваясь, отрезала Екатерина.
– И что же? – насмешливо спросила Лариса. – Что думаешь?..
– Знаешь что, Лорка, – повернув к ней голову, вздохнула Екатерина, – прими добрый совет: забудь об этом разговоре. Потому что повторять я больше не стану.
– Господи, – насмешливо испугалась Лариса, – конечно, забуду. – Не выдержав, громко рассмеялась. – Ты бы так с Розовой поговорила, – ехидно посоветовала она.
Екатерина хотела что-то сказать, но сумела сдержаться и, не прощаясь, вышла.
– Тварина, – после того как громко хлопнула дверь, прошептала Лариса. – Надеюсь, Розова тебе развалит семейную жизнь.
– Хорошо ты поговорила с подружкой! – С коротким смехом из спальни вышел молодой мужчина с длинными кудрявыми волосами.
– Как могла, – все еще зло прошептала Лариса.
– Я давно хотел узнать, – не обращая внимания на ее раздраженный тон, улыбнулся кудрявый, – почему у тебя такое… – подыскивая подходящее слово, замолчал.
– На это есть причина, – быстро ответила Лариса.
– Это я понял, но хотел бы знать, из-за чего.
– Тебя это не касается, – отрезала она.
– Я так не думаю. Хотя бы потому, что Арсентий мой, если так можно сказать, деловой партнер. К тому же я сообщил тебе о…
– Ошибаешься, – рассмеялась Лариса. – О романе Арсентия с Татьяной знают все. Да и для Катьки мои слова не явились неожиданной новостью. Я и позвала-то ее только для того, чтобы позлорадствовать. А насчет того, что Арсентий твой, как ты сказал…
– Этого тебе лучше не касаться.
– Вот как? – взглянула на него Лариса.
– Арсен – мой приятель, – достав сигареты, сказал он. – Может, даже чуть больше. В общем, не надо тебе совать свой нос туда, куда не положено.
Вскинув голову, Лариса обожгла его злым взглядом.
– Не надо поз, – улыбнулся он. – Просто пойми меня правильно. Да и вообще зря ты это сделала. Катька наверняка скажет про это Арсену. Мол, видишь, какие разговоры идут. И скажет это не как ревнивая жена, а с обидой за него. И Арсен вполне может разобраться с тобой. Я, конечно, переговорю с ним, – увидев мелькнувший в глазах Ларисы страх, кивнул он, – но внушение он тебе наверняка сделает.
«Гадина, – думала сидевшая на заднем сиденье „мерседеса“ Екатерина. – Впрочем, я зря стала ее одергивать. А что было делать? – криво улыбнулась она. – Играть роль обиженной изменой мужа женщины?»
– Екатерина Игоревна, – повернулся к ней сидевший рядом с водителем охранник, – Комод просил передать вам, чтобы вы срочно связались с мужем.
– Позвони.
Охранник набрал на сотовом телефоне номер, протянул ей.
– Это я, – сказала Екатерина, услышав голос мужа. – Ты просил…
– Немедленно приезжай – у Кешки неприятности.
– Что случилось?! – взволнованно воскликнула Екатерина.
– Приезжай, – повторил муж.
– Домой, – приказала Екатерина.
* * *
– Господи! – Молодая женщина крепко сжала побелевшими пальцами телефонную трубку. Покачав головой, вздохнула. – Я приеду, – тихо сказала она, положила трубку и села на стоявший у стола стул.
– Зоя, – в приоткрытую дверь заглянул пожилой крепкий мужчина с загорелой лысиной, – я сейчас на часок уйду. Мне… – Замолчав, всмотрелся в лицо женщины. Подошел к ней и негромко спросил:
– Что случилось?
Подняв голову, она растерянно посмотрела на него.
– Папа, Таня Розова в больнице. Мне ее мама позвонила.
– Что с ней? – спросил отец.
– Не знаю. – Зоя пожала плечами. – Мария Андреевна плачет. Я и поняла только, что Таня в больнице, где-то в Тульской области. Я поеду к ней, хорошо?
– Конечно, – кивнул отец.
– Ты извини, папа. – Зоя виновато улыбнулась и поцеловала его. – Я только что приехала и сразу…
– Если бы ты на какой-нибудь сабантуй шла, – обняв ее за плечи, проговорил отец, – тогда конечно. А если со знакомым человеком плохо… – Отпустив дочь, он, ободряя ее, добавил:
– Но я уверен, что с Таней все нормально будет. Кстати, я ее знаю?
– Да. – Дочь смутилась и, бросив на него быстрый взгляд, опустила голову.
– Розова… – потерев лысину, пробормотал он. – Татьяна. Подожди, это не ее в прошлом году за…
– Ее, – перебила дочь. Он кашлянул. – Но это была ошибка, – поспешно проговорила Зоя. – Ты же помнишь…
– Как не помнить, – сказал отец. – Нервов потрепали вы мне с этим. – Поморщившись, кашлянул, потом взглянул на дочь. – А что с ней, с Розовой, случилось-то?
– Ты уже спрашивал, но из слов Марии Андреевны я знаю только, что с Таней что-то случилось и она в больнице. Ей позвонили из Ефремова. Правда, я не поняла кто. Но…
– Извини, – снова обняв Зою, тихо проговорил отец. – Просто вспомнил, как тогда ты за эту Розову просила. Впрочем, знакомым, а тем более друзьям помогать надо всегда. Разумеется, при условии, что они порядочные люди.
– Папа! – Зоя с упреком взглянула на него. – Ну как можно так говорить?
По-моему, любой друг для человека уже порядочен тем именно, что он друг.
– Ну, знаешь ли, – покачал головой отец, – уж слишком ты…
– Папа! Я знаю Таню и уверена в том, что в любом случае могу положиться на нее и рассчитывать на ее помощь.
– Дай-то Бог, – чуть слышно заметил отец.
– Что? – не расслышала Зоя.
– Ты когда поедешь? – спросил он.
– Завтра утром. Мария Андреевна заболела. У нее сейчас медики. В общем, завтра утром я поеду к ней. Узнаю все о Тане. Может…
– Зоя, – мягко сказал отец, – давай пока остановимся на этом. Ты поедешь к матери своей подруги и все узнаешь. Потом сообщишь мне о своем решении.
– Ты у меня самый хороший папка в мире. – Как в детстве, она повисла у него на шее.
«Но сначала я все узнаю сам, – мысленно добавил он. – И только потом мы будем решать».
– Нет, – чуть слышно сказала Екатерина, – не может быть. Увидев насмешку в глазах сидевшего у стола Арсентия, шагнула вперед. – Ты врешь!
– Комод! – усмехнувшись, крикнул Арсентий. – Давай сюда пострадавших!
Екатерина повернулась к двери. В комнату вошли двое парней. Голова одного была перевязана. На правой щеке виднелась широкая засохшая ссадина.
Второй аккуратно поддерживал правой рукой загипсованную левую. Со стуком костылей через порог шагнул третий. Его левая нога до колена была замотана толстым слоем бинта.
– Расскажите ей, – кивнул на Екатерину Арсентий, – что случилось. В общих чертах. – Нерешительно переглянувшись, парни молча опустили головы. – Ну!
– раздраженно поторопил их Арсентий.
– Где Кешка?! – громко спросила Екатерина.
– В больнице, – тихо ответил парень с перевязанной головой. – Его машину «КамАЗ» зацепил. Мы в Воронеж решили съездить, то есть Кешка решил, – торопливо поправился он. – И перед Архангельским машину «КамАЗ» прицепом зацепил. Кешка за рулем был. На обгон пошел, тот его…
– Как он? – взволнованно прервала его Екатерина.
– Перелом пяти ребер, – взглянув на Арсентия, ответил парень. – Голова разбита. – Он дотронулся до бинта на своей. – Черепно-мозговая травма, – вспомнил он услышанное в больнице. – Без сознания.
– В какой больнице? – громко спросила Екатерина. – Город какой?
– Сначала в поселковую отправили, – испуганно пробормотал парень. – Затем в Ефремов. Это Тульская область, – поспешно добавил он. – Но я слышал, что…
– Я немедленно выезжаю. – Екатерина взглянула на мужа. – Ты поедешь со мной. – Она перевела взгляд на парня.
– Не спеши, – спокойно проговорил Арсентий. Он взял со стола небольшой листок, протянул его жене.
– «Деньги получены, – прочитала она. – Иннокентия самолетом отправят в областной центр». – Она недоуменно взглянула на него.
– Сразу, как получил известие о твоем братце от его шестерок, – Арсентий бросил насмешливый взгляд на парней, – я связался с главврачом. Узнал сумму и выслал деньги. Это записано на автоответчике. Можешь послушать.
– Спасибо, – удивленно глядя на него, тихо сказала Екатерина. – Но, зная ваши отношения, я, признаться, поражена твоей неожиданной заботой.
– Он как-никак брат моей жены, – пожал плечами Арсентий. Екатерина бросила быстрый взгляд на парня с перевязанной головой. Тот на мгновение закрыл глаза. Увидев это, Екатерина облегченно вздохнула. – С Кешкой все будет хорошо, – по-своему поняв ее вздох, уверенно проговорил муж.
– Спасибо, – снова, на этот раз искренне, поблагодарила его Екатерина.
– Перестань. – Он шагнул к ней и, обняв за плечи, легко поцеловал в губы. – Ведь, чай, не чужие мы с Кешкой.
– Наконец-то ты это понял, – шепнула она.
– Не надо начинать все снова, – поморщился Арсентий.
– Я сегодня была у Лорки Чуркиной, – сказала Екатерина. – Она мне стала сообщать о твоем романе с…
– Катя, – муж посмотрел ей в глаза, – ради Бога, не надо. Сейчас нужно думать о Кешке. Если хочешь, я отправлю в Тулу какого-нибудь медика. Сейчас позвоню…
– Я поеду туда, – перебила Екатерина, – и все узнаю. На месте все понятнее. И сообщу, что нужно Кеше.
– Хорошо, – легко согласился Арсентий. – Ты полетишь или поедешь?
– Предпочитаю дорогу, – вздохнула она. – Хотя одинаково боюсь и самолетов, и шоссе. А до Тулы совсем недалеко. Так что поеду на машине.
Пожалуй, – она посмотрела на висевшие на стене часы, – сейчас и тронусь.
– Ну что же, – кивнул он. – Как доберешься, сразу позвони. Ты поедешь к Мадлен или к Володину?
– Лучше к Ритке, – немного подумав, решила Екатерина-у нее полно знакомых, связанных с медициной.
– Тоже правильно, – ответил он. – Я ей сейчас звякну.
– Подожди, – быстро проговорил невысокий плешивый мужчина, – как не доехал?
– Самуэль позвонил, – пожал плечами крепыш с по-боксерски вдавленным носом, – и спросил, когда Таракан выехал. Я сказал, позавчера. Он уже должен…
– Я ему, суке, – сорвался на крик плешивый, – пасть на портянки порву!
Падла!
– Зря ты возбухаешь, – заметил крепыш, – не будет Таракан шкурой рисковать. Он мужик башковитый. Тем более что ему популярно объяснили, что почем и зачем.
– Думаешь, менты накрыли? – встревожился плешивый.
– В этом случае они бы уже давно надели тебе на лапы браслеты, – усмехнулся крепыш.
– Тогда где Таракан?! – снова разозлился плешивый.
– Скорее всего на дороге застрял, – предположил крепыш. – Может, в какую аварию попал. Хотя в этом случае парни сообщили бы.
– Какие парни? – раздраженно спросил плешивый. – Таракан один поехал.
Взял старенькую на вид «шестерку» и укатил.
– Тогда чего ты уши ломаешь? – пожал плечами крепыш. – Если отпустил его одного, сам и расхлебывай. А понты колотишь, – криво улыбнулся он. – Как не доехал? – передразнил он плешивого. – Самуэль узнает, точняком жбан тебе отвернет.
– Но Таракан сказал, что так безопаснее, – выдохнул плешивый.
– Это Самуэлю объяснять будешь, – буркнул крепыш и шагнул к двери.
– Валек! – крикнул плешивый. – Погоди! Давай…
– Вот что, Голубь! – резко развернулся к нему Валентин. – Самуэль серьезный мужик и наверняка за свое спросит. Если бабки за товар он не получит, считай, ты жмур. Сейчас тебе надо искать Таракана. Если, конечно, сумеешь убедить Самуэля в том, что крайний – Таракан. Просто выплатишь сумму с процентом за опоздание и будешь дальше воду мутить. Не получится – заказывай деревянный макинтош.
– Но ты тоже будешь крайним, – ткнул в его сторону Голубь, – ведь…
– Меня в столице, когда ты гонцом Таракана посылал, не было. Так что думай сам на сам. Меня по делу не бери. Не советую.
– Нормально выходит, – криво улыбнулся Голубь. – Я тебя с зоны встретил, в дело взял. Бабки делали вместе, делили. А теперь, когда неувязка получается, жопа об жопу, и кто дальше прыгнет. А если Таракан уже привез бабки Самуэлю? – внезапно спросил он. – Тогда как?
– Ты меня встретил, – с насмешкой заметил Валентин. – Благодетель. А то, что я тебя по делу не взял и на срок один пошел?! – Стремительно шагнув вперед, схватил побледневшего Голубя за грудки и, тряхнув, чуть приподнял.
– Валек! – испуганно завизжал тот. – Да я ничего…
– Сука, – выдохнул Валентин и толчком отправил плешивого на пол. Тот взвыл от боли.
– Ты, падла, – наклонившись и поднося к носу вконец перепуганного Голубя кулак, прорычал Валентин, – про свое участие в моей жизни базаришь.
Сука! – коротким сильным ударом в лоб впечатал его затылок в пол. Голубь потерял сознание. – Паскудина! – Не удержавшись, Валентин пнул его в бок, коротко выругался и быстро вышел.
– Привет, – кивнул вошедший в кабинет высокий молодой мужчина в камуфляже. Верхняя раздвоенная шрамом губа придавала его грубому лицу трагикомический вид. – Чего звал? – усаживаясь в кресло перед столом, небрежно спросил он.
– Работа есть, Губа, – спокойно сказал стоявший у окна Арсентий.
– Понятное дело, – насмешливо согласился Губа, – когда кто-то дорогу перейдет, меня вспоминают. Кого? – Сунув в рот сигарету, взглянул на Арсентия.
– Клин все правильно рассчитал, – возбужденно говорил сидевший рядом с Екатериной парень с перевязанной головой. – Мы…
– Зачем за «КамАЗом» погнались? – глухо спросила она.
– Так он же был там и все видел. Клин догнать хотел и…
– Почему Иннокентия вы называете Клином? – сердито спросила Екатерина.
– Ему не нравится имя, – вздохнул парень. – Он себя Клином и прозвал.
Почему – не говорил, а мы не спрашивали.
– Что Кеша говорит об Арсентии? – спросила Екатерина. Парень молча дернул плечами.
– Такого не может быть, – рассердилась она. – Ты, Костя с ним постоянно, и я уверена, он не станет молчать о своей неприязни к Арсентию.
Итак, что говорит Иннокентий?
– Да так, говорил, что не срастается у него с мужем сестренки. Тот строит из себя крутого, а на деле благодаря вашему отцу наверх пробился.
– А про Розову он что-нибудь говорил? – немного помолчав, задала следующий вопрос Екатерина.
– Что он говорил, – хмуро проговорил Костя, – то и сделал.
– Ты уверен, что с ней… – не договорив, опустила голову. – Но Арсентий не сказал о ней ни слова, – чуть слышно, скорее себе, пробормотала она.
– Может, еще не знает, – сказал Костя.
– Кеше плохо было?
– Он без сознания был, – напомнил ей Константин.
– Ты говорил, что вы были на «Жигулях», – сказала Екатерина. – Почему?
– Клин говорил, что для маскировки. Если кто номера и заметит, то будут искать…
– Тогда зачем он хотел догнать этот «КамАЗ», если был не на своей машине?
– Он говорил, что боится – водитель мог слышать имя или кличку, – ответил Константин.
«Спасибо, Кешка, за то, – мысленно поблагодарила брата Екатерина, – что помог мне сохранить семью. Впрочем, семьи не было с самого начала. Жаль, отец погиб – он бы все это решил давно. Но все равно, – благодарно вспомнила она брата, – спасибо. Я, впрочем, до последнего не верила. Уж слишком много и часто обещал Кешка что-то. А потом находил множество причин, почему не смог сделать обещанного. Но сейчас сделал. Впрочем, было бы гораздо лучше, – подумала Екатерина, – если бы он сумел убить Арсентия». Поражаясь этой неожиданно появившейся мысли, нахмурилась.
– С ним все в порядке будет, – по-своему понял выражение ее лица Константин.
– У тебя есть знакомые, которые могли бы… – Она, не договорив, испытующе всмотрелась в его лицо.
– У меня разные знакомые есть, – сказал парень.
– Поговорим потом, – решила Екатерина. Немного помолчав, спросила:
– Сколько вас было там?
– Восемь, – сказал Константин. – Кроме нас, еще четверо парней из Тулы.
Машину какой-то знакомый Клина дал. И обе машины его были.
– А парни из Тулы, – встревожилась она, – не проговорятся?
– Не должны, – усмехнулся Константин. Что-то в его голосе не понравилось женщине, и она вопросительно вскинула брови, но промолчала.
– Скоро приедем? – Екатерина дотронулась до плеча водителя.
– Через полчаса будем въезжать в Тулу, – ответил за него сидевший рядом с ним сутулый широкоплечий мужчина, в спортивной куртке. – Куда ехать, – спросил он, – сразу к клинике или в Хомяково?
3
– Даже не знаю, – игриво улыбаясь, посмотрела на стоявшего перед дверью подтянутого мужчину молодая женщина в коротком цветастом халате. – Он сразу же, как приехал, куда-то умотал. Вы чаю или кофе не желаете?
Мужчина оценивающе взглянул на нее.
– Ты смотришься, крошка, но, к сожалению, – он развел руками, – я на работе. Если не против, – оглянувшись на стоявшую у калитки «ауди», он понизил голос, – я загляну. Как?
– Конечно, – согласилась женщина, – зайди, не пожалеешь.
– Вечерком, – негромко пообещал мужчина и начал спускаться по ступенькам высокого крыльца, потом остановился и обернулся. – Передай Стахову – есть работа.
– Если увижу, – по-прежнему улыбаясь, отозвалась она, – обязательно передам. А к кому обратиться, он знает?
– Знает, – кивнул мужчина. – И передай ему совет: пусть примет предложение. К нему иск небольшой имеется, так что лучше отработать. До вечера, кошечка. – Помахав рукой, он быстро пошел к калитке. Усевшись рядом с водителем, снова помахал рукой и закрыл дверцу. «Ауди» тронулась.
Женщина проводила автомобиль взглядом, достала из кармана халата пачку сигарет, закурила и вошла в дом. Закрыв дверь на засов, она прошла в кухню.
– Ну, – выдыхая дым, спросила она. – Как я?
– Шлюха, – смеясь, кивнул стоявший у занавешенного марлей открытого окна рослый человек с короткими темными волосами. Виски были заметно посеребрены сединой.
– Слышал, что он говорил? – спросила женщина. Он кивнул. – Что это за иск?
– Да так, – отмахнулся он.
– Что будешь делать? – поинтересовалась женщина.
– Валить отсюда надо, – с сожалением проговорил он. – Думал погостить у тебя с недельку. Потом снова смотался бы куда-нибудь. Бабки сделал бы и…
– Значит, я тебе не больше чем на недельку нужна? – сухо поинтересовалась она.
– Брось, Валюша. – Шагнув к ней, он положил руки ей на плечи. – Ты баба видная. Но чтобы жить, бабки нужны. Не могу же я…
– И что, – перебила она его, – ты всю жизнь собираешься так прожить?
Украл, выпил, в тюрьму? – Валя повторила слова героя популярной комедии.
– Положим, насчет тюрьмы, – глухо проговорил он, – вязка. Я свое отсидел. Ну а украл… – Его губы тронула насмешливая улыбка. – Будет плохо лежать – не упущу. Пить… – Он пожал плечами. – Если есть место, время и возможность – пью. А так, – вздохнул он, – если только пиво.
– Олег, – сказала Валентина, – я уже говорила и повторю: я согласна терпеть все твои выверты, если только ты…
– Утешила, – засмеялся он. – Особенно насчет вывертов. Только сначала разжуй, что это такое?
– Твои отсутствия по неделе, а то и больше, – вздохнула она. – Думаешь, я не знаю, что ты на дела ездишь? Попадешься – напишешь, ждать буду. Но как подумаю, что ты по бабам гуляешь, убить готова.
– Знаешь, – серьезно сказал он, – я рад этому. Говорят, если женщина ревнует, значит, ты ей нужен не только как любовник. Но понимаешь, – он посмотрел ей в глаза, – не умею я, да и не хочу жить семейной жизнью. Я помню, – заметив, что она хочет что-то сказать, кивнул Олег, – мол, расписываться необязательно. Но, если два человека живут вместе, это уже семья. А вот этого я никогда не хотел. Может быть, когда перегорит во мне страсть к дорогам, жажда постоянного движения и риска… Но не сейчас, это точно. Так что, Валюша, извини. – Олег виновато улыбнулся. – Я понимаю, что неприятно слышать такое, но что поделаешь. Лучше сразу точки над i поставить.
– Ox ты и гад, Стахов! – гневно воскликнула Валентина. – Значит, приехал, переспал – и все?! А я-то дура… – Не договорив, махнула на дверь. – Убирайся! Чтоб глаза мои тебя больше не видели! Никогда даже близко не подходи!
Сволочь! Вали отсюда! И никогда, никогда даже близко не подходи ко мне! – И порывисто шагнула к ведущей в комнату двери.
– Нормально расстаемся, – одобрительно заметил Олег. – Без слез и горестных объятий. Таким манером и уходить гораздо легче. Вещички отдай! – громко попросил он. Из комнаты вылетел небольшой желтый рюкзак. Следом второй, светло-зеленый, туго набитый. – Термос! – в прыжке поймав большой рюкзак, крикнул Стахов. Нащупав в рюкзаке термос, усмехнулся и шагнул к выходу. Открыл дверь, остановился и сказал:
– Ты уж извини. Но не вздумай чего ляпнуть этому, который приходил. Он вечером обязательно нарисуется. Ты уж держись прежней версии, а то наживешь неприятностей.
– Сволочь! – крикнула Валентина, и из комнаты вылетела пустая бутылка.
– Уматывай!
– Узнаю Валюху. – Ногой пнув отколовшееся горлышко, Олег вышел.
Аккуратно прикрыв дверь, достал сигареты, закурил и пошел к калитке. – Так… – Выйдя на улицу и вздохнув, бросил быстрый взгляд на дом. – Теперь куда? – Посмотрел на часы, неторопливо пошел по асфальтированной улице. – Гобин, конечно, за прицеп получить хочет. Понятное дело. Вот скупердяй старый. А может, занырнуть к нему? – Стахов задумался. – А чего, если пошлет куда, вычтет за прицеп. Точно, – решил он. – Поеду к Гобину.
– Манька, – чуть слышно проговорила лежавшая на узкой деревянной кровати худая бледная старуха, – ты вовремя заявилася. Мне ужо помирать скоро.
Ежели доктора с больницы списали, значится, смертушка совсем рядом.
– Перестань. – Возле кровати села молодая симпатичная женщина с воспаленными от недосыпания глазами, в старом чистом халате. – Мы с тобой еще…
– Дом я на тебя оставила, – сказала старуха. – И все, что ни есть, твое. Светке, значится, ничего, окромя денег, не оставила. Ведь у ей все есть.
Но ты Светку все одно вызови. Похоронить поможет. И не серчай на нее, – со вздохом тихо попросила она. – Уж такая, видать, ейная доля. Я ведь, как только разузнала все, ей нагоняй дала. Но вы все едино сестры. Ты уж дай ей телеграмму. А то соседи судачить начнут. И так про тебя незнамо что мелют. – Мария осторожно сжала сухую ладонь матери, уткнулась в нее лицом и заплакала.
– Не нужно, дочка. – С трудом приподняв свободную руку, мать сумела погладить Марию по длинным светло-русым волосам. – Жизнь я неплохо прожила.
Сильно не грешна. Бывало, конечно, не все правильно. Но тяжких грехов не делала. Вас двоих на ноги поднять сумела. Ты вон санитаркой работаешь. Про Светку и говорить неча. Какими деньжищами ворочает! Ты уж помирилась бы с ней.
– Мама, – плача проговорила Мария, – я все сделаю, как ты хочешь. Ты только не умирай, мама! – Она умоляюще посмотрела на висящую в углу икону. – Господи, – прошептала она, – ну пожалуйста, не забирай маму. Я никогда тебя ни о чем не просила, сейчас умоляю. В монастырь пойду, всю жизнь о тебе молиться буду. Пусть мама живет. Господи. – Она опять прижалась лицом к материнской руке.
– Ты надолго? – войдя в комнату, спросила высокая, модно одетая женщина средних лет.
– Тебе-то что? – опустив на грудь книгу, недовольно спросил лежавший на диване плечистый мужчина.
– Я спрашиваю! – повысила она голос. – Надолго приехал?
– Завтра исчезну, – поднимаясь, бросил он. Выщелкнул из пачки сигарету, взял зажигалку. – Я бы еще вчера уехал, – добавил он. – Увидел бы Аленку и укатил. Ты сама…
– Дочь ты не увидишь, – сухо проговорила женщина, – ей этого не нужно.
Дочь стыдится такого папу. – Она насмешливо взглянула на мужчину. – Ты приперся одетый, как…
– Я в рейсе был! – раздраженно перебил он. – Тебе же деньги зарабатывал! А ты…
– Не мне, – спокойно поправила его женщина, – а дочери. Но видеть ее тебе совсем необязательно. Деньги ты должен ей привозить. Я не стала подавать на алименты. Поверила, что будешь сам присылать. Правда, те суммы, которые ты привозишь, деньгами можно назвать только условно. А так…
– Давай прекратим, – попросил он.
– Кури на балконе, – помахав перед лицом ладонью, – сказала она.
Подойдя к балконной двери, открыла ее.
Вздохнув, он прошлепал босыми ногами по полу и вышел на балкон.
– Тебя Гобин спрашивал, – вспомнила она.
– Ты сказала, что я здесь? – заволновался он.
– Я даже не сказала, что видела тебя.
– И на том спасибо.
– Что-то случилось? – испытующе взглянула на него женщина.
– Ничего особенного, – стараясь говорить безразлично, бросил он.
– Впрочем, я узнаю у Якова, – ответила женщина и вышла.
– Змея подколодная, – глядя ей вслед, с ненавистью прошептал он, – всю жизнь на обочину спустила. Ты-то мне, Элька, на хрен не упала. Аленку жалко.
Ведь сделает ее такой же стервозой. Но что делать-то? – безнадежно спросил он себя. – И Гобин этот… Сколько запросит?
– Значит, не видел ты их, Алик, – сказал толстый мужчина, обращаясь к тому человеку, который спрашивал у Валентины об Олеге. Вытерев потный лоб носовым платком, толстяк чертыхнулся. – Даже воздух горячий, – обреченно пробормотал он и посмотрел на тихо жужжащий в углу вентилятор.
– Яков Юрьевич, Валька рассказала, что не видела Олега, – проговорил Алик.
– И ты поверил? – усмехнулся Яков Юрьевич. – Ага, – кивнул тот. – Вела она себя так, что…
– Валька еще та стерва, – тяжело вздохнул Яков Юрьевич, платком провел по волосатой потной груди.
– Какая бы она ни была, – улыбнулся Алик, – в присутствии мужика, который спит с ней, она себя так не вела бы. К тому же вечером я точно узнаю, видела ли она Олега.
– В гости напросился? – взглянул на него Яков Юрьевич. Алик засмеялся.
– Ловелас ты, Алик, и бабник. И не боишься, ведь сейчас запросто можно подхватить заразу. Вон передавали, – толстяк кивнул на телевизор, – сифилиса полно кругом.
– Яков Юрьевич, – засмеялся Алик, – береженого Бог бережет. К тому же, сами знаете, Валька – баба аккуратная. Олег у нее часто бывал. Да и работа у нее такая, что проверяют на все эти дела.
– Смотри, Алик, – погрозил ему пальцем Яков Юрьевич, – дошляешься, оторвет тебе яйца какая-нибудь красотуля. Или муж чей-нибудь подловит и башку открутит. Ведь ты похаживаешь и по бабам новых русских. Смотри, если на меня надеешься, то зря. Я за такие дела сам всех блудливых котов за яйца подвешивал бы.
– Все нормально, – сказал Алик.
– Ну смотри, – буркнул Яков Юрьевич. – Ты вот что, – вернулся он к делам, – разыщи обоих. Ведь договаривались, да? – Он взглянул на лежавшие на столе бумаги. – В случае поломки двигателя ремонт за мой счет. Ежели что-то с корпусом и нет справки от ГАИ о том, что виноват другой, ремонтируют сами. А тут как сговорились. У обоих прицепы повреждены. Стахов, конечно, лихач, но договор есть договор. Так что найди его и пусть съездит до Харькова. С суммы, за которую договоримся, я и вычту за ремонт и покраску. И с Рудаковым так же. Я его в Питер пошлю. Заказ есть, и платят неплохо. Да, кстати, с белгородскими разобрались?
– Конечно, – кивнул Алик, – там только один делец три машины в Рязань посылал. Я ему популярно объяснял, что нехорошо дорогу переходить. Он понял.
– Яков Юрьевич, – в приоткрытую дверь заглянула молодая девушка в мини, – к вам Элеонора Борисовна.
– Немедленно пригласи. – Встрепенувшись, толстяк вскочил. – И сколько раз можно говорить, – подойдя к двери, упрекнул он секретаршу. – Ведь есть список людей, которых…
– Перестань, Яшка, – засмеялась вошедшая женщина. – Я могла позвонить.
Просто твой офис по дороге, вот и заглянула. Какие у тебя претензии к Семену? – Она пристально взглянула на Якова Юрьевича.
– Да особо никаких, просто он где-то прицеп слегка помял.
– Странно. – Она недоверчиво покачала головой. – Он из-за такой мелочи волноваться так не стал бы. Ему в удовольствие все эти ремонты, – насмешливо добавила она. – Может, все-таки скажешь мне так, как есть?
– Честное слово, только прицеп. Может, чего по дороге случилось. Он сразу, как приехал, поставил машину в гараж, деньги получил и ушел. Я его уже два дня разыскиваю. Ведь согласись, – вздохнул Яков Юрьевич, – что делать ремонт…
– Гобин, – прервала его женщина, – скажи, сколько стоит, и я отдам тебе деньги. Семена не трогай.
– Так я хотел, – поспешно проговорил Яков Юрьевич, – рейс ему до Питера предложить. Он сам заработает неплохо, ну и рассчитался бы.
– Вот что, – вздохнула Элеонора Борисовна, – работу ему дай. За ремонт я рассчитаюсь. Я достаточно ясно сказала?
– Конечно, – кивнул Гобин.
Не прощаясь, она вышла. «Крутая баба, – мысленно усмехнулся по-прежнему стоявший у двери Алик. – Яшка перед ней на полусогнутых ходит. Но чего она так за Семена переживает? Наладила его сама, а теперь, видите ли, в ней чувства проснулись».
– Видал, – довольно улыбаясь, кивнул на дверь Гобин, – как Элька за Семку переживает? Он ей в подметки не годится. Она сама свое дело создала. У нее филиалы во многих городах имеются. А партнеров… – Он завистливо вздохнул.
– И люди все солидные.
– С чего это ей вдруг Семена жалко стало? – задал мучивший его вопрос Алик.
– Черт ее знает, – равнодушно отмахнулся Яков Юрьевич. – Баба – она вечная загадка природы. И с Семкой Элька уже года три не живет. Развелась лет пять назад. Два года его как лакея при себе держала. Точнее, жил он в ее коттедже. Дочь ихняя, Аленка, говорят, любит отца, но сейчас подросла, и Элька, видать, хочет отучить ее от папани. Семка просто работяга. Всю жизнь под машинами пролежал да за рулем отсидел. Ему скоро сорок стукнет, а в кармане вошь на аркане. Но водитель он, конечно, опытный. Считай, весь Союз бывший исколесил. Когда Элька в гору пошла, он вроде приревновал ее. Ну и все. Она его в суд – и развелась. Потом у нее роман с каким-то москвичом был, но недолго.
Сейчас, кажется, одна осталась. Хотя хрен ее на самом деле знает, – усмехнулся Гобин. – Баба молодая, в теле. Наверняка с кем-то встречается. Просто аккуратничает. Ведь ее модели скоро куда-то за рубеж поедут. А была просто заведующей ателье. Поймала момент и выбилась.
– Я слышал, у нее покровитель высокий был, – сказал Алик.
– Так без этого сейчас невозможно, – согласился Гобин, – сразу слопают.
Крыша всем нужна, начинающим особенно. Ладно. – Он посмотрел на часы. – Пора перекусить. Ты теперь Рудакова не ищи. Элька просто так не обещает. А вот Стахова разыщи. Ну, конечно, не наезжай сразу, как ты любишь. Я с ним сам поговорю.
– А если он на этот самый разговор не захочет прийти? – усмехнулся Алик.
– Тогда и решать буду, – напомнил ему, кто есть кто, Гобин.
– Лады, – кивнул тот. – Я ему просто объясню все, и пусть думает.
– Не забудь сказать ему, что есть рейс до Харькова.
– Привет, – кивнул Олег Стахов открывшему дверь квартиры молодому, мощного телосложения мужчине в майке.
– Здоров, – буркнул тот.
– Можно у тебя пару-тройку дней отсидеться? – спросил Олег. – Ментов на хвосте нет. Просто…
– Заруливай, – кивнул мужчина.
– Если мешать буду, – не двигаясь с места, сказал Олег, – говори, уйду сразу.
– Да хорош тебе, – недовольно бросил хозяин, – не первый день знакомы.
Да и не один пуд соли схавали. Заходи. – Олег подхватил большой рюкзак, шагнул вперед. – С Валюхой не срослось? – закрывая дверь, спросил хозяин.
– Да мне и не хотелось, чтобы что-то срасталось, – признался Олег.
– Понятно, – усмехнулся хозяин.
– У тебя как дела? – поинтересовался Олег.
– Как сажа бела. – На губах хозяина мелькнула короткая улыбка.
– Что-то ты, Колобок, невесел, – усмехнулся Олег.
– Зато ты, Страх, само веселье, – поддел его тот.
– Да с Валькой тары-бары ненужные развел. А еще Алик Хват шарит. Чего надо? – Он пожал плечами.
– Наверное, Гобин работу предложить хочет, – предположил Колобок.
– Это понятно, – кивнул Олег. – Но Хват не наниматель. Он Вальке тоже про рейс говорил. Но лично мне не в жилу с бойцами Алика бодаться. У них кулаки каменные. То кикбоксеры, то каратеки. Помнишь, наверное, как «зверей» на рынках окучивали? Это парнишки Хвата порядок наводили. Если бы Гобин просто работу предложил, он бы…
– Ты, Страх, может, машину покорежил? – прервал его Колобок. – Ведь не секрет, что ты любишь гонки на трассе устраивать.
– Вообще-то было дело, – нехотя признался Олег. – Но я шкуру свою спасал, а не гонки устраивал. Поэтому и не пошел к Гобину.
– А мне мозги канифолишь, – разозлился Колобок. – Помял, видно, что-то, вот Гобин и послал Хвата. Юрьевич внешний ремонт за счет водил делает, это все знают.
– Я другое подумал, – буркнул Олег. – Что Хвата хозяин тачки послал.
– Значит, уделал ты кого, – покачал головой Колобок. – А теперь поджилки трясутся.
– Было дело под Полтавой, – кивнул Олег. – Только моей вины там нет.
– Я не мент, – усмехнулся Колобок, – чтобы ко мне с повинной являлись.
Я с ходу въехал, что ты не в гости притопал. Короче, вот что – если есть желание, разжуй, в чем дело. Ломать понт корявый не стоит. Мы не малолетки, чтобы лапшу на уши друг другу вешать. Если…
– Короче, – усмехнулся Олег, – дело к ночи. Я переторчу у тебя пару-тройку деньков. А там видно будет, как масть пойдет.
– Лады, – легко согласился Колобок, – дрыхнуть будешь в зале на раскладушке.
– Я на пол лягу, – сказал Олег. – Игорек, я сейчас при бабках. Может, организуем легкий сабантуй с телками? Помнишь, как…
– С памятью нелады, – зевнул Колобок. – Мне ее на Петровке здорово подпортили, когда убиенного мусора из Подольска клеили. Насчет телок базару нет, будут.
– Ты, Игорь, какой-то другой стал, – заметил Олег. – После зоны как бы что-то сломалось в тебе.
– Точно, – катая желваки, согласился тот. – Но давай не будем на эту тему базар разводить. Пойдем трошки похаваем. Потом я на часок смотаюсь и с телками вернусь.
– Жрать я не особо хочу, – немного помолчав, проговорил Олег, – но компанию поддержу. Тем более у меня винцо классное есть. – Нагнувшись, вытащил из большого рюкзака бутылку, похожую на гроздь винограда. – Градусов немного, но пьется ништяк. И балдеж средней величины ловишь.
– Богатенький Буратино, – ухмыльнулся Игорь.
– Ну, – поднимая бокал с шампанским, улыбнулся Хват, – может, пора на боковую? – Жадным взглядом он осмотрел сидевшую напротив хорошо одетую Валентину.
– Ну что же, – пригубив из бокала, с деланным сожалением вздохнула она, – если пора, до свидания. Мне, собственно…
– Не понял, – нахмурился Хват.
– А чего тут непонятного? – улыбнулась она. – Спасибо за компанию, за танцы – и до свидания. Неужели ты думал, что меня этим, – она обвела глазами стол с выпивкой и закуской, – можно до постели довести? Нет, милок, за стакан и пару шоколадок снимай девочек на вокзале.
– Не понял, – уже зло повторил он.
– Ну, уж тут я не виновата, – весело сказала Валентина, – что у тебя понималка слабая. Посидели, – вдруг сердито проговорила она, – и хватит. Ты же не столько ко мне пришел, – вызывающе взглянула она на него, – сколько чтобы об Олеге разузнать. Так вынуждена тебя разочаровать – не видела я его и ничего о нем не знаю. Да и знать не хочу.
– Ты! – вскакивая, крикнул Хват. – Шкура! Чего ты мне мозги канифолишь?!
Стремительно шагнув вперед, он сильно ударил ее кулаком в нос.
Взвизгнув, Валентина отшатнулась и прижала сложенные лодочкой ладони к мгновенно распухшему носу, из которого обильно потекла кровь.
– Паскудина! – Ухватив разрез на платье, Хват рывком поддернул Валентину к себе, коленом ударил в низ живота и свалил согнувшуюся, закричавшую женщину на пол.
– Сучка! – Он с коротким выдохом пнул ее ногой. Потом вышел на веранду.
Призывно свистнув, махнул рукой.
4
– Я все сделал, – простонал лежавший на больничной кровати мужчина с забинтованной головой. Заостренное бледное лицо, воспаленные глаза и черная щетина не позволяли определить его возраст. – «КамАЗ», – промычал он. – Шестьсот тридцать девять тридцать шесть. Воронеж. Он все видел.
– Не волнуйся. – Екатерина ласково погладила его бледную руку. – Он ничего никому не скажет. А за то, что сделал с тобой, – ее глаза вспыхнули ненавистью, – он ответит. Он заплатит мне за то, что сделал с тобой! – громко повторила она.
Сутулый мужчина в камуфляже усмехнулся. Видимо, вспомнив о его присутствии, Екатерина резко повернулась. Успев увидеть усмешку, зло спросила:
– Ты чего скалишься?
– Да так. – Он пожал плечами. – Просто не понимаю, зачем об этом нужно кричать.
– Горбун, – по-прежнему сердито, но гораздо тише сказала Екатерина, – тебе иногда нужно напоминать, чтобы ты знал свое место. Надеюсь, больше повторять об этом мне не придется? – Снова усмехнувшись, но теперь усмешка была в глазах, он кивнул. – Понимаю, – насмешливо заметила Екатерина, – ты можешь сообщить об услышанном Арсентию. Но за молчание, а тем более за помощь, я умею очень хорошо платить.
– Катька, – услышала она голос брата, – номер «КамАЗа»…
– Ты уже говорил, – негромко напомнила она. – Не волнуйся, Кешка. Этот водитель за все получит.
– Я сейчас, Екатерина Игоревна, – тихо проговорил Горбун, – работаю на вас, так что на меня можете рассчитывать.
– Ну, что сказал врач? – Екатерина обратилась к вошедшему в отдельную палату Константину.
– Перевязку сделали. – Он осторожно коснулся свежего бинта на голове. – Да вот тут, – указал на замазанную чем-то ссадину на щеке, – какую-то штуку наложили. Клин-то как?
– Ты номер «КамАЗа» точно назвал? – спросила Екатерина.
– Конечно, – вздохнул Константин, – я эти цифры теперь всю жизнь помнить буду.
– Если я найду этого водителя, – спросила она, – ты убьешь его?
Константин заметно растерялся.
«Эх, Кеша, – мысленно упрекнула брата Екатерина, – с кем же ты на такое дело пошел?»
– Чего ты испугался? – гневно обратилась она к Константину. – Когда Кешка сказал за… – Бросив быстрый взгляд на Горбуна, осеклась.
– А вот это зря, – заметил Горбун. – Я уже много чего слышал. Тем более согласился на тебя за хорошие деньги пахать. – Мне все ваши секреты как шли, так и ехали, поэтому смелее.
– Катька… – Слабые пальцы Иннокентия слегка сжались на запястье сестры. – Я боюсь. Он, водила, наверняка заметил номер машины.
– Перестань, – мягко прервала его Екатерина, – все будет хорошо. Я сама проконтролирую это. Не волнуйся.
– Вообще-то, – нерешительно начал Константин, – я не боюсь, просто…
– Вот и хорошо, – весело сказала она. – Я знала, что могу положиться на тебя.
– Да. – Он кивнул. – Я…
– Перестань, – вздохнула она. – Я все понимаю. Ты зол на водителя «КамАЗа», но в то же время… – Подыскивая нужное слово, замолчала.
– Вы не правильно поняли меня, просто как-то…
– Перестань, Костя, – попросила Екатерина, – мы обо всем поговорим потом.
Горбун поспешно отвернулся.
– Я сам найду, – не отрывая взгляда от лица Екатерины, проговорил парень, – этого…
– Потом, – перебила она его нетерпеливо. Растерянно замолчав, Константин взглянул на Горбуна.
– Жди на улице, – негромко бросил тот. Константин шагнул к двери.
Остановившись, обернулся и взглянул на тихо говорившую что-то брату Екатерину.
– Топай, – услышал он голос сутулого и, бросив на него испуганный взгляд, быстро вышел. Едва дверь закрылась, Екатерина внимательно посмотрела на Горбуна. Снова коротко усмехнувшись, тот тоже вышел.
– Катька, – всхлипнул Иннокентий, – я умру?
– Да ты что! – засмеялась Екатерина. – Ты будешь жить долго-предолго и только так, как хочешь. – Она осторожно погладила брата по щеке.
– Как захочу, – поправил ее брат.
– Ну вот, вспомнил. А ведь тебе всего девять лет было. Мы на похоронах деда были, в Астрахани.
– Мне было десять, – простонал Иннокентий. – Я говорил, что буду жить очень долго и так, как захочу.
– Отлично, – обрадовалась она. – А то все плачешь, что умрешь. Насчет шофера «КамАЗа» не волнуйся – его очень скоро найдут и убьют. Хотя, – пожала она плечами, – я не понимаю, зачем ты погнался за ним. Он не обратился в милицию даже после того, как понял, что за ним гнались. Впрочем, здесь ты поступил правильно, что не заявил в ГАИ о том, что тебя «КамАЗ» с дороги кинул. Шофер этого не сделал, а значит, будет молчать и дальше. Эти дальнобойщики понимают, что на трассе может случиться что угодно и лучше держать язык за зубами. Не волнуйся. – Она снова коснулась кончиками пальцев его щеки. – Все будет хорошо. Его убьют только за то, – с ненавистью проговорила она, – что он сделал с тобой. – Воспаленные, влажные глаза Иннокентия как-то мгновенно стали серьезными. Губы шевельнулись.

Бабкин Борис Николаевич - Хочешь выжить - убей! => читать книгу далее


Надеемся, что книга Хочешь выжить - убей! автора Бабкин Борис Николаевич вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Хочешь выжить - убей! своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Бабкин Борис Николаевич - Хочешь выжить - убей!.
Ключевые слова страницы: Хочешь выжить - убей!; Бабкин Борис Николаевич, скачать, читать, книга и бесплатно