Левое меню

Правое меню

 Грэм Хизер - Золотой плен - 1. Золотой плен 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Ламур Луис

Перестрелка на ранчо


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Перестрелка на ранчо автора, которого зовут Ламур Луис. На сайте strmas.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Перестрелка на ранчо в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Ламур Луис - Перестрелка на ранчо, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Перестрелка на ранчо равен 162.18 KB

Ламур Луис - Перестрелка на ранчо - скачать бесплатно электронную книгу



Сборники рассказов –

Library of the Huron: gurongl@rambler.ru
Луис Ламур
Перестрелка на ранчо
БАНДИТЫ ИЗ МЕСКИТА

Предисловие автора
Город Мескит, о котором я написал в этом рассказе, совершенно не похож на большинство городов Дикого Запада. Это город похитителей скота и налетчиков.
Обычные города Дикого Запада состояли из двух частей. В одной располагались салуны и заведения под красными фонарями, словом, кварталы, которые мы называем «веселыми» и в которых нередко случались перестрелки. В другой части работали церкви и школы и жили добропорядочные граждане, ведущие нормальный образ жизни.
Время от времени до слуха законопослушных граждан долетали звуки стрельбы, и они догадывались, что в «веселых» кварталах кто-то снова схватился за пистолет. И только несколько дней спустя они узнавали, кто в кого стрелял и почему.
* * *
Милт Когар ловил в коррале своего коня, когда из магазина вышел Тэкер и подошел к нему.
— Убирался бы ты отсюда поскорее, парень. Спенсер и его дружки точат на тебя зубы.
Милт повернулся и посмотрел на большого неуклюжего Тэкера. Рубашка его была заправлена в брюки, подпоясанные вместо ремня веревкой. Щеки покрывала жидкая бороденка, которая никак не хотела оформиться в настоящую бороду, отчего лицо Тэкера производило впечатление небритого. Его водянистые голубые глаза глядели без всякого выражения. Тэкер перекатил кусок жевательного табака из одного угла рта в другой и сплюнул.
— Я тебя не обманываю, сынок. Ты меня выручил, теперь моя очередь.
— А что им от меня нужно? — спросил Когар. Это был худощавый молодой человек с темным от загара лицом, кожа которого напоминала выдубленную шкуру. У него были черные живые глаза.
— Спенсер хочет заполучить твоих лошадей, и ты это знаешь. Стоит ему увидеть хороших коней, как он начинает из кожи вон лезть, чтобы присвоить их. Ты только появился в нашей долине, а ему уже засвербило отнять у тебя твой табун. Ты здесь человек чужой, и тебе никто не поможет.
Милт Когар застегнул ремни, на которых висели револьверы, и посмотрел на Тэкера.
— Спасибо, Тэкер, я этого не забуду. Но между нами говоря, здесь, на Западе, стоит опасаться чужаков.
Тэкер отвел взгляд.
— Об этом не принято говорить вслух. По крайней мере, в этом месте. И смотри не проговорись никому, что я предупредил тебя.
Тэкер двинулся к своей лачуге, а Милт Когар, задумавшись, остался в коррале. В его планы не входило уезжать сегодня, кроме того, ему не хотелось, чтобы люди подумали, будто он сбежал с перепугу. Однако, общаясь с жителями Мескита, он чувствовал недоброжелательное отношение к себе и задерживаться здесь не собирался.
Население Мескита в основном занималось угоном скота. Грабеж был здесь привычным делом, а Милт появился в Меските с целым табуном диких мустангов. Поймав пегого, он надел на него седло и затянул подпругу. Мысли его унеслись к Дженни Льюис, из-за которой он и задержался в Меските дольше, чем предполагал.
Милт Когар был по натуре человеком миролюбивым и ни с кем не искал ссор. Он еще раз сказал себе, что ему не нужны неприятности, хотя он и так это хорошо знал. Скоро ему исполнится тридцать; сколько он себя помнит, он только и делал, что кочевал с места на место, но ему всегда удавалось избежать участия в перестрелках, хотя он нередко попадал в опасные ситуации. Милт не был трусом и, когда драки избежать было нельзя, вел себя достойно, но драться не любил и предпочитал решать дела миром. Однако сейчас, похоже, наступил как раз тот самый момент, когда стычки не миновать.
Дэн Спенсер держал весь город в постоянном страхе, фактически он был здесь некоронованным королем. И Милт видел, каким взглядом проводил его Спенсер, когда он ехал по пыльной дороге, выполнявшей роль главной улицы Мескита. На этой улице стояло всего шестнадцать домов. Дженни жила вместе с Джо и Мом Петерсами в доме, спрятавшемся в тени тополей.
Спенсер был грубым человеком огромного роста и при этом невероятно скользким. Впрочем, по его внешнему виду этого нельзя было сказать, но, пообщавшись с ним, Милт сразу понял, какая гнусная у него душонка. Милту не было равных в умении читать следы, и он легко расшифровал, какие пороки оставили свой след на лице Дэна. Милт хорошо знал этот тип людей и, кроме того, прекрасно понимал, чего можно ожидать от подручных Спенсера, Рекорда и Мартинеса.
Долина, в которой стоял Мескит, казалась Милту довольно унылой. Сам городишко представлял собой скопление невзрачных каркасных домишек, которые никто никогда не красил, а склоны долины поросли соснами и можжевельником. Дорога, по которой Милт приехал в город, была обыкновенной пыльной тропой, петляющей среди сосен и огромных плоских валунов. В долине бил ключ, вокруг которого и вырос Мескит, а где-то неподалеку среди скал, поросших кустарником, лежал каньон, где Спенсер и его дружки прятали украденный скот.
Конечно же Тэкер прав: самое умное, что он может сделать в сложившейся ситуации, — это сесть на своего коня и убраться отсюда подобру-поздорову. Если он останется, стычки не избежать, а ведь он не такой опытный стрелок, как Спенсер или Рекорд, и не привык убивать людей ударом ножа в живот, как Мартинес. Надо уезжать отсюда, пока не поздно… но что тогда станется с Дженни Льюис?
Дженни исполнилось восемнадцать; это была стройная миловидная девушка с мягкими серыми глазами и пепельными волосами. Она была так изящна, что казалось, ее сдует первым порывом ветра, но ее быстрый, рассыпающийся колокольчиком смех затронул самые сокровенные струны Милтовой души. Иногда во взгляде Дженни светилось что-то такое, перед чем не могло устоять сердце мужчины.
Дженни оказалась в этом городе совершенно случайно. Вся ее семья умерла от холеры. Джо Петере нашел ее, десятилетнюю девочку, испуганную и одинокую, и привез к себе домой. Прошло восемь лет, она стала взрослой и красивой, и Спенсер не мог не обратить на нее внимания. Она нравилась ему, а он привык брать себе все, что ему понравится.
Никто в этом городе не посмеет остановить Спенсера. В Меските всего двадцать семь человек жителей, из них — несколько грабителей, заправляющих всеми делами в городе, а остальные — робкие, напуганные люди, живущие (тихо и незаметно. Они старались как можно меньше говорить между собой, опасаясь, что любое неосторожное слово привлечет к ним внимание Дэна Спенсера.
Так обстояли дела в Меските, когда Милт Когар приехал в этот город с табуном мустангов. Это были прекрасные лошади, большей частью уже приученные ходить под седлом. Милт не собирался задерживаться в этом городишке, но ему нужно было напоить свой табун. Он подвел лошадей к источнику и пока они пили, разговорился с Дженни.
— Какие у вас красивые лошади, — задумчиво сказала она. — Я никогда не видела лучших. Даже у Спенсера лошади хуже.
— Да, это красивые лошади, — согласился Когар — ему странно было слышать звук своего собственного голоса, ведь он почти всегда жил один и разговаривать ему было не с кем. — Именно поэтому я и ловлю их — люблю работать с лошадьми.
Дженни стояла рядом с черным мустангом. Тот потянулся к ней мордой, и она дотронулась до его носа. Мустангу, похоже, понравилось ее прикосновение.
— Никогда бы не подумала, что это дикие лошади! — с изумлением воскликнула девушка. — Они такие ласковые!
— Лошади в большинстве своем прекрасные создания, мэм, — сказал Милт. — Они как люди — стоит только научить их не бояться тебя, как они становятся ужасно любопытными и преданными. Первые несколько дней я просто подхожу к ним и стою среди них, не делая резких движений и конечно же не совершая над ними никакого насилия. Просто кладу им руку на спины и хорошо кормлю. Напуганная лошадь, как человек, теряет всякую способность соображать, но когда она поймет, что ей нечего бояться, она начнет тебе доверять и пойдет за тобой куда угодно.
Дженни задумчиво взглянула на Милта.
— Вы, наверное, очень добрый человек, — мягко сказала она. — Мужчины здесь укрощают коней в основном силой.
Милт вспыхнул и отвел взгляд, чувствуя, как его шею и лицо заливает краска, и презирая себя за чрезмерную застенчивость.
— Я об этом не знал, мэм.
Он сказал эти слова и тут же поторопился сменить тему разговора:
— А вы живете здесь с родителями?
На лицо Дженни набежала тень.
— Нет, мои родители давно уже умерли. Я живу с Джо Петерсом вон там, на склоне. Он и его жена Мом взяли меня к себе еще ребенком. — Ее глаза снова обратились на Милта. — А вы не собираетесь жить в Меските?
— Нет, я хотел проехать через него, не останавливаясь, — ответил он. — Я еду туда, где много каньонов. У меня там домик, и я рассчитывал немного отдохнуть.
— Как хорошо ездить куда хочешь, — медленно произнесла Дженни, перекладывая тяжелое деревянное ведро из одной руки в другую. — Хотела бы и я уехать куда глаза глядят! Мне здесь так плохо!
Милта поразила тоска, прозвучавшая в голосе у Дженни.
— Тогда почему же вы не уезжаете?
— Я не могу. Дэн Спенсер догонит и вернет меня, даже если мне и удастся каким-то образом ускользнуть из города.
— Спенсер? А какое он имеет к вам отношение? — Милт Когар сдвинул на затылок свою черную шляпу и взглянул на девушку.
Глаза ее смотрели мягко, но в них затаилось беспокойство. Нет, даже не беспокойство, а самый настоящий страх.
— Он управляет Мескитом как король, и жизнь всех зависит от его прихоти. Он… он хочет заполучить меня.
— А вы хотите стать его женой?
Дженни снова вспыхнула.
— Об этом лучше не говорить. Но скажу вам одно — если Спенсер захочет взять меня, никто в городе его не остановит. А о женитьбе, кстати, не было сказано ни слова.
Милт Когар почувствовал, как в нем поднимается холодная ярость.
— Что это ваш Спенсер о себе воображает? — воскликнул он. — Никто не может принудить девушку жить с ним, если она сама этого не захочет! У нас свободная страна!
— Но Мескита это не касается! Это город Дэна Спенсера, и он делает здесь все, что заблагорассудится. Кстати, держите своих коней подальше от него, а то он увидит и заберет!
— Пусть только попробует! — отрезал Когар. Он посмотрел Дженни в лицо. — Почему бы вам не сесть на коня и не уехать отсюда, мэм? Если вы захотите, я помогу вам добраться до реки Ферри. А переправившись через нее, вы можете ехать в Прескотт или в любое другое место, где будете в безопасности.
— Эх, если бы я только могла… — начала было Дженни, но не закончила, и Милт поднял голову.
На противоположной стороне стоял грузный широкоплечий мужчина с двумя револьверами на бедрах.
— Что именно ты бы могла? — спросил незнакомец.
Взгляд его переместился на Милта, а потом на его лошадей. Он долго не сводил с них глаз, и на лице его появилось оценивающее выражение. Потом он снова посмотрел на Когара.
— А вы кто такой?
Милт изучающе посмотрел на него — этот человек был опасен, но Милт уже не раз сталкивался в своей жизни с опасностью, и она его не пугала.
— Я еду через ваш город, — ответил Милт, — а вы кто такой?
Спенсер весь напрягся.
— Меня зовут Дэн Спенсер, и я управляю этим городом.
Милт поглядел на покосившиеся лачуги жителей Мескита и с вызовом сказал:
— Должно быть, дел у вас по горло.
— Не беспокойся, я найду время, чтобы научить тебя, как надо себя вести! — резко прозвучал в ответ голос Спенсера.
Он обошел источник и приблизился к Милту, уперев свои ручищи в бока.
— Дженни, марш домой!
Девушка на мгновение заколебалась; в ее глазах Когар прочел восхищение своим поступком. Потом ока потихоньку пошла домой.
Спенсер остановился метрах в четырех от Милта и опустил руку на револьвер, но тут же рука его застыла, а глаза полезли на лоб от изумления. Прямо в лицо ему глядело дуло винчестера 44-го калибра.
— Расстегни свой оружейный пояс, да смотри не делай лишних движений! — велел ему Милт.
Лицо Дэна Спенсера посерело. Его рука передвинулась к пряжке и расстегнула ее. Оба кольта упали на землю.
— А теперь сделай шаг вперед, — скомандовал Когар.
Великан подчинился, но лицо его побагровело от ярости: как посмел этот лошадник так унизить его на глазах у Дженни! Однако он ничего не мог поделать — его револьверы лежали на земле позади него.
— А теперь вот что я тебе скажу, Спенсер. — Когар говорил спокойно, но в тоне его слышались ледяные нотки. — Не трогай меня. Я еду через Мескит и, может быть, захочу задержаться здесь на пару дней, но не вздумай напасть на меня и не зарься на моих лошадей, не то я убью тебя! А теперь убирайся!
Когда Спенсер ушел, Милт наклонился и вытащил патроны сначала из его револьверов, а потом из пояса. Он сунул патроны в карман, оставив несколько штук у себя в руках. Стоя рядом со своими лошадьми, он вытащил нож и поковырял им в патронах, а потом снова зарядил ими кольты Спенсера. Он уже собирался сесть на коня и ехать прочь, как вдруг из кустов его тихонько окликнула Дженни.
Он сел верхом и, оставив своих лошадей, связанных по четыре, у источника, подъехал к тому месту, где стояла девушка.
— Уезжайте отсюда поскорее! — сказала Дженни. — Он вас убьет! Он ведь здесь не один — у него есть подручные. Одного из них зовут Джон Рекорд, а другого — Пабло Мартинес. Оба они — убийцы и постоянно крутятся возле Спенсера. Есть еще и другие.
Когар посмотрел на девушку. Он был высокий, худощавый мужчина со спокойным лицом, покрытым загаром.
— Девушке здесь делать нечего. Так вы поедете со мной? — спросил он.
В ее глазах вспыхнула надежда.
— О, я бы с удовольствием уехала! Но мне некуда податься, и даже если бы и было куда, Спенсер все равно меня не отпустит. Мом просила Джо увезти меня куда-нибудь, но он боится гнева Спенсера.
— Тогда сделаем так. Вы вернетесь к себе домой и соберете все, что хотите взять с собой, но только не очень много. Захватите с собой немного еды. На рассвете выходите тихонько из дому и ждите меня вон у того белого валуна за городом. Я подъеду туда и довезу вас до места, где вы будете в безопасности. Надеюсь, вы меня не боитесь?
Дженни кинула на него быстрый взгляд.
— Нет, думаю, что нет. Вы не похожи на негодяя. И мне запомнилось, с какой добротой вы относитесь к своим лошадям. Я верю вам. К тому же, — добавила она, — мне больше не на кого рассчитывать.
Милт улыбнулся.
— Ну, тогда все в порядке. Значит, ждите меня у валуна. Может быть, нам придется ехать очень быстро.
Когда табун Милта Когара улегся на склоне холма на ночь, он принялся тщательно изучать город. На главной улице находились салун, магазин, кузница и ресторан. Спрятав свой карабин в зарослях мескитовых деревьев, Милт поправил револьверы, чтобы они были под рукой, и направился в город. На крыльце салуна показался крупный мужчина с давно не бритой щетиной. Милт решил не заходить в салун, догадавшись, что там может наткнуться на Спенсера. Он зашел в ресторан.
Толстый мужчина, лицо которого было усыпано веснушками, а светлые волосы окаймляли небольшую лысину на макушке, готовил еду на железной плите. Услыхав шаги, он поднял голову.
— Дайте мне поесть, — попросил Милт. — Помираю с голоду.
Рыжий мужчина коротко кивнул и, взяв большую тарелку, положил на нее толстый кусок говядины, черных бобов и несколько картофелин. Потом он налил в чашку кофе из помятого кофейника и добавил ко всему этому несколько кусков хлеба домашней выпечки.
Несколько минут Когар молча ел, а потом посмотрел на владельца ресторана.
— Вы — один из людей Спенсера?
Рыжий насторожился.
— Нет, я живу сам по себе. Если Спенсер заходит ко мне поесть, я его кормлю. Больше мы с ним не общаемся.
— Я слыхал, он здесь у вас всем верховодит.
— Да, это так. Но я ему не подчиняюсь.
В эту минуту открылась дверь, и в ресторан вошел Тэкер. Он тяжело опустился на стул напротив Милта Когара.
— У тебя прекрасные кони, — сказал он неуверенным голосом.
Милт посмотрел на него, пытаясь понять, к чему он клонит.
— Да, хорошие, — согласился он.
— Тебе не нужен помощник? Одному не так-то легко справляться с шестнадцатью лошадьми.
— Мои лошади смирные, я с ними легко управляюсь.
Лицо Тэкера стал заливать румянец, он посмотрел на повара, а потом тихо проговорил:
— Мне нужна работа, не хватает денег на жизнь.
Милт Когар догадался, как трудно этому большому человеку признаваться в своей бедности, и, будучи великодушным, решил ему помочь.
— Я могу одолжить вам немного денег, — сказал он, не повышая голоса. — Десять долларов вас устроят?
Лицо Тэкера так и пылало, но в глазах у него Милт прочитал удивление и благодарность.
— Неловко брать у тебя деньги, — сказал Тэкер. — Ведь ты уедешь, и я не смогу их вернуть. — И с сомнением в голосе добавил: — Но другого выхода у меня нет.
Когар щелчком подтолкнул золотую монету к Тэкеру.
— Возьмите эти деньги и ни о чем не думайте. Мне самому не раз давали взаймы, зная, что я не верну долг, так что забудьте об этом. А когда у вас появятся деньги, выручите еще кого-нибудь.
Когда Тэкер ушел, владелец ресторана повернулся к Милту.
— Слыхал ваш разговор, — сказал он, а потом мотнул головой вслед Тэкеру. — Дрянной человечишко, но у него на руках сын, которого он боготворит. Он купит на эти деньги еды для ребенка, можете не сомневаться.
Позже Тэкер пришел к Милту в корраль, чтобы предупредить его о намерениях Спенсера. Но в этом не было никакой нужды, ибо Милт знал, что Спенсер никогда не простит ему обиду. И еще он знал, что должен уехать отсюда вместе с Дженни Льюис, не то в Меските прольется кровь. Однако он не любил воевать и вступал в перестрелки только тогда, когда этого нельзя было избежать. Милт хотел увезти Дженни без стрельбы, но когда подумал о том, что этот наглый верзила заставил беспомощных горожан подчиняться себе, в душе закипел гнев. Его бесило, что Спенсер чувствовал себя здесь некоронованным королем. Надо указать ему на его место, подумал Милт.
Когар тщательно осмотрел своих коней, проверяя, не поранил ли кто из них ногу. Каждому коню сказал несколько слов и каждого приласкал. Это были прекрасные кони, и он сумеет выгодно продать их, но сама мысль о том, что ему придется с ними расстаться, огорчала Милта — ведь у него еще никогда не было такого прекрасного табуна.
Он увидел, как в салуне зажглись огни. Милт разомлел от сытной еды, однако он знал, что расслабляться нельзя, и проверил еще раз свой винчестер. Спенсер, Рекорд и Мартинес, а с ними и добрая половина горожан только и ждали случая, чтобы расправиться с ним, а ему помощи ждать было неоткуда. Рассчитывать можно только на собственные силы.
Милт сел, прислонившись к столбу ограды корраля; отсюда ему хорошо был виден весь город. Лошади вели себя спокойнее, если он был рядом. Он немного подремал, зная, что впереди его ждет трудная ночь. Впрочем, может, все и обойдется. Спенсер и его дружки наверняка ждут его в салуне, а туда-то он заходить как раз и не собирался.
Над холмами сгущалась тьма, между домами и по опушке леса залегли тени. В городе зажигались огни. Позади него лошадь топнула ногой и заржала, а откуда-то из пустыни донесся тихий призывный крик перепела.
Было очень тихо. Где-то звякнуло жестяное ведро; Милт чувствовал запах ружейной смазки на своих револьверах. Он встал и прошелся между лошадьми, тихо разговаривая с ними. Взгляд его упал на освещенные окна лачуги, где жила Дженни.
Как странно, что он думает о женщине! Милт жил одиноко и, подобно всем одиноким мужчинам, очень ценил любовь, внимание и близость другого человека. Он вспомнил пепельные волосы с золотистым отливом и стройную фигуру, одетую в выгоревшее на солнце платье. В Дженни было что-то воздушное, неземное, странно видеть ее в этом городе, где живут типы вроде Спенсера, — она совсем не подходила к такому окружению.
Милт мрачно улыбнулся — ведь он не имеет к этой девушке никакого отношения. Он только предложил ей помочь, но когда она окажется в безопасности… разве он может рассчитывать на то, что такая девушка им заинтересуется?
Дверь салуна открылась и закрылась, и, посмотрев в ту сторону, Милт увидел, что на его крыльце появилась темная фигура. В темноте слабо белело лицо человека, смотревшего в его сторону. Однако человек не мог увидеть Милта, поскольку тот сидел в углу корраля, где было темно.
Они, наверное, уже начали беспокоиться, зайдет ли Милт в салун, и если зайдет, то когда. Он сидел совершенно неподвижно, весь обратившись в слух, и смотрел не на фигуру человека на крыльце, а чуть в сторону. Нельзя сосредоточивать взгляд на чем-то одном — нужно быть в любую минуту готовым к изменению обстановки.
Если бы его лошади не нуждались в отдыхе, он уехал бы с Дженни сегодня ночью, но лошади устали, а завтрашний день обещал быть долгим и трудным. И вдвойне трудным, если Спенсер пустится за ними в погоню.
Человек вернулся в салун, а Милт Когар встал и прошелся, чтобы размяться. Неожиданно ему в голову пришла мысль, он вернулся к корралю и посмотрел внутрь. Его кони лежали за оградой, а внутри корраля находилось с полдюжины пони, которые принадлежали Спенсеру и другим горожанам. Когар на минуту задумался, а потом принялся за дело.
Недалеко от ограды стоял гнедой пони с белой мордой. Милт несколько раз погладил его, а потом вошел в корраль и, поймав повод, вывел гнедого наружу и привязал рядом со своими лошадьми. Двигаясь осторожно и мягко разговаривая с пони, Милт вывел еще двух из корраля и привязал их в таком месте, где они были хорошо видны из салуна. После этого он поднял четверку своих лошадей и осторожно повел их в сторону тропы, ведущей из Мескита.
Когда город скрылся из виду, Милт остановил коней и привязал их к дереву, а потом вернулся и взял вторую четверку. Так постепенно он перевел весь свой табун в укромное место на тропе. Он отвязал первую четверку лошадей, зная, что они никуда не разбредутся. Потом вернулся назад к корралю и оседлал своего серого жеребца. Пегий был оседлан раньше и теперь ждал своего седока. В свое время Милт купил второе седло у разорившегося ковбоя, которого он встретил по дороге в Лас-Вегас, и вот теперь оно пригодилось.
Милт вытащил винтовку оттуда, где он ее спрятал, и уложил в футляр. После этого сел и закурил сигарету. Прошел еще час, а может и больше, и дважды за это время к дверям салуна подходил человек и выглядывал наружу. Милт всякий раз делал так, чтобы в темноте был хорошо виден кончик его сигареты.
С того места, где сидел Милт, ему хорошо была видна канава с водой в коррале, из которой поили лошадей. Неожиданно он заметил там какое-то свечение. Несколько минут Милт с удивлением смотрел на светящуюся полоску на воде, а потом догадался, что это такое. Зеленоватый, фосфоресцирующий свет испускало сырое гниющее бревно. Милт часто видел светящиеся обломки там, где много болот, или после длительных дождей. Сколько раз попадались ему на пути светящиеся зеленоватым светом ветки, напоминающие в темноте пальцы привидений.
В голове у него родилась еще одна мысль. Он снова встал и отошел на несколько шагов от корраля — свечение все еще было видно. Вернувшись, Милт отломил маленькую светящуюся щепку и прикрепил ее к столбу ограды, у которого сидел. Пусть Спенсер думает, что он все еще тут. Милт вышел на улицу, чтобы убедиться, что огонек виден оттуда. Дерево светилось не слишком ярко, но издалека легко было можно принять этот огонек за кончик сигареты. Спенсер и его дружки наверняка ждут, когда Милт уснет. Долго же им придется ждать.
Теперь Милт действовал быстро и решительно. Усевшись в седло и ведя в поводу серого коня, он поехал к лачуге Петерсов, где жила Дженни Льюис. Спешившись, он спрятал коней в лесу и подошел к дому. Бросив быстрый взгляд в окно, Милт убедился, что посторонних нет: там были только Дженни, убиравшая со стола посуду, и двое пожилых людей.
Подойдя к задней двери, Милт осторожно постучал. Ответом была тишина, потом кто-то спросил:
— Кто там?
Милт назвал себя, дверь открылась, и он вошел в дом.
— Нам придется уехать сейчас, — быстро произнес он. — Конечно, мои лошади нуждаются в отдыхе, но банда Спенсера следит за мной. У нас есть шанс ускользнуть из города незамеченными — тогда мы сможем опередить погоню на час или около того.
Джо Петере в изумлении смотрел на него; лицо у него было белое от страха.
— Надеюсь, вам это удастся! — сказал он. — Жутко думать, что он с нами сделает, когда узнает, что вы уехали, а мы ему об этом не сообщили! Он может убить нас обоих или прикажет выпороть!
— Мы сделаем вот как, — подумав, ответил Когар. — Я вас свяжу, а Спенсеру вы скажете, что я угрожал вам оружием.
— Да-да, — ответил Петере, — так мы и скажем!
Он повернулся к жене:
— Мом, я сам тебя свяжу, а потом этот парень свяжет меня.
Дженни не колебалась ни секунды. Как только Милт сказал ей, что надо ехать, она ушла в свою комнату за вещами и скоро вернулась. С изумлением Милт увидел, что ее бедра опоясаны ремнем, на котором висит револьвер.
— Это револьвер моего отца, — сказала она, увидев удивленное лицо Милта. — Он может нам пригодиться!
Милт и Дженни быстро добрались до окраины города, а оттуда двинулись по тропе к тому месту, где Милт оставил лошадей. Подъехав к ним, он спешился и развязал веревки, которыми они были связаны в группы по четыре. Может быть, придется пустить коней в галоп, и надо, чтобы им ничто не мешало.
Неожиданно из тени мескитового дерева появилась темная фигура, и низкий голос произнес:
— Ты у меня на мушке. Двинешься с места — стреляю!
Судя по голосу, это был не Дэн Спенсер. Может, Рекорд?
— Я и не собираюсь двигаться, — спокойно ответил Милт. — А ты, парень, зря вмешиваешься в наши дела.
— Неужели? — Незнакомец вышел из тени, и Когар рассмотрел его. Это был худой, жилистый мужчина с квадратной нижней челюстью. В руке он держал револьвер, что говорило о серьезности его намерений.
— И все-таки я решил вмешаться. Дэн Спенсер очень обрадуется, узнав, что я помешал вам удрать с его девочкой.
Милт Когар стоял совершенно неподвижно. Он знал, что есть один способ выбраться из этой ситуации живым, но для этого нужно пойти на риск, а главное — дождаться подходящего момента. А тем временем он решил испробовать другой способ, на который, впрочем, не возлагал особых надежд.
— Люди в Меските не позволят Спенсеру забрать эту девушку себе, — сказал он. — Они снесут все, но только не это.
— Они снесут и это тоже, — ответил незнакомец. — А теперь поворачивай!
— Оставайтесь на месте, Милт! — раздался в эту минуту голос Дженни. Он прозвучал тихо, но властно. — Джонни Рекорд, ты у меня на мушке. Брось свой револьвер или будешь убит!
Рекорд остолбенел. Ему и в голову не пришло, что, пока он держит под прицелом Когара, угроза Дженни убить его — пустая угроза, поскольку он может опередить Дженни и убить Милта. В эту минуту снова раздался властный голос Дженни:
— Считаю до трех, и, если не бросишь оружие, я стреляю! Раз, два…
Рекорд бросил револьвер на землю, и Дженни перестала считать. Милт сделал шаг вперед и поднял оружие, потом повернул Рекорда спиной к себе и крепко связал по рукам и ногам.
Когда они с Дженни вновь сели верхом и отъехали от места встречи с Рекордом, Милт посмотрел на Дженни и сказал:
— Не гожусь я на роль спасителя, она скорее подходит вам!
— А что мне еще оставалось делать? Знаете, я всегда была ужасной трусихой, но ваша помощь придала мне смелости. Когда рядом мужчина, на которого можно положиться, любая женщина станет храброй.
Милт и Дженни быстро ехали по тропе, нигде не останавливаясь. Они понимали, что погони им не избежать, но старались об этом не думать. Милт не мог бросить своих лошадей, поскольку это было его единственное достояние. Продав их, он поможет Дженни, — ведь там, куда они едут, у нее нет ни друзей, ни родных.
Вокруг расстилалась бескрайняя пустыня, при свете луны она казалась белой. Повсюду виднелись стволы гигантских кактусов, похожие на пальцы, изогнутые в манящем жесте. По обеим сторонам тропы темнели мескитовые заросли, а вдалеке высились темные горы. Милт свернул с тропы и поехал туда, где поверхность земли была изрезана многочисленными каньонами. Конечно, проехать там будет непросто, зато есть места, где один человек может обороняться от целой армии.
Доехав до предгорья, они направили коней в глубокую ложбину между двумя грядами. Стены их становились все выше и выше, и наконец от неба остался только прямоугольный кусочек, усыпанный звездами. Стало совсем темно. Милт без устали подгонял лошадей — отдыхать было некогда, надо спешить.
Он знал, куда едет, и еще он знал, что они должны добраться туда еще до рассвета. Дженни молчала, несмотря на усталость. Милт легко мог себе представить, как она устала, он и сам уже выбился из сил, а ведь он был крепким и выносливым мужчиной.
Наконец они увидели широкую ровную долину в горах; от нее начинался каньон, по которому они ехали. Милт направил коней туда, где росла высокая трава, но не остановился, а двинулся через долину по диагонали. Они поднимались по пологому склону, в конце которого виднелась отвесная скала. Наконец Милт придержал коня.
— Остановимся здесь, Дженни, — сказал он. — Но огня зажигать нельзя.
Он расстелил одеяла — одно отдал девушке, в другое завернулся сам и мгновенно уснул. О лошадях Милт не беспокоился — они слишком устали и никуда не уйдут.
Его разбудило солнце, светившее прямо в лицо. Милт рывком поднялся на своем ложе и увидел, что Дженни сидит метрах в четырех от него и держит на коленях винтовку.
Милт уставился на нее, покраснев от стыда.
— Я спал как убитый, — смущенно произнес он.
— Я не привыкла спать под открытым небом и поэтому очень рано проснулась, вот и все. Вы хорошо сделали, что отоспались. Кроме того, они еще только въехали в долину.
— Кто? Спенсер?
— Да, и с ним еще двое. Они выехали вон из того оврага и теперь ищут наши следы, но пока не нашли.
— Будем надеяться, что они их не найдут. В этой долине водится много мустангов, и вся земля истоптана их копытами.
Дженни выглядела уставшей, но глаза ее ярко блестели.
— А мы тем временем оседлаем наших коней и поедем дальше.
Когда они снова двинулись в путь, Милт старался держаться в тени склона — так их труднее будет заметить. Они ехали не останавливаясь, и Милт время от времени бросал взгляд на Дженни — она уверенно держалась в седле, и ее гибкое тело покачивалось в такт движению лошади.
Милт неожиданно понял, как ему нравится, что она едет рядом. Он никогда не задумывался о том, как хорошо, когда рядом с тобой есть человек, который тебе не безразличен. В этом-то вся и беда — когда они с Дженни расстанутся, ему станет невыносимо одиноко. Чтобы избавиться от этой мысли, Милт повернулся в седле и посмотрел назад. Преследователи нагоняли их, еще пара миль, и догонят. Дженни тоже оглянулась, когда Милт посмотрел назад, и лицо ее смертельно побледнело.
Милт хорошо знал долину и мгновенно принял решение. Единственный шанс спастись — спрятаться в ложбине, лежавшей у них на пути. Милт подъехал к ней и завернул туда лошадей. Склоны ложбины поросли лесом, в котором Милт спрятал табун.
Спрятав коней в лесу, Милт взобрался на вершину холма и осмотрелся. Укрытие, в котором они очутились, было ненадежным, но выбирать не приходилось. В ложбине можно было чувствовать себя в безопасности только в том случае, если враги не догадаются окружить их и подняться на гору позади. Если это произойдет, ни ему, ни Дженни не уцелеть. Спускаясь вниз, Милт успокаивал себя тем, что за ними гонятся только трое.
Вскоре появились Спенсер и его подручные. Они неслись галопом, и Милт понял, что преследователи видели, как они въезжали в ложбину. Дженни подошла к нему.
— Я могу заряжать вам винтовку, — прошептала она, — пока вы будете стрелять из револьверов.
Он кивнул, чтобы показать, что понял, и поднял винчестер. Когда преследователи оказались на расстоянии выстрела, Милт прицелился, но стрелять не стал. Он подождал, пока они не приблизятся, а потом снова поднял винтовку и послал пулю в землю прямо перед ними. Они остановились.
— Это тебе все равно не поможет! — заорал Спенсер. — Отдай мне девчонку и можешь убираться, куда хочешь!
Когар ничего не ответил — он ждал. Спенсер и его дружки совещались, что делать дальше.
Милт крикнул им:
— Вы уже и так зашли слишком далеко. Так что лучше не двигайтесь!
Один из них, возможно Мартинес, хотя Милт и не был в этом уверен, вдруг пришпорил коня и сломя голову понесся к ложбине. Милт поднял винтовку и выстрелил.
Винчестер дернулся в его руках, Мартинес закричал и вскинул руки. Лошадь его развернулась на всем скаку и понеслась назад, а Мартинес выпал из седла. Он, шатаясь, поднялся на ноги и поплелся к своим дружкам. Раненая рука висела как плеть.
Когар не стал стрелять в него. Он не любил убивать людей — он хотел лишь, чтобы его оставили в покое.
В эту минуту он увидел, что к ложбине приближаются еще четверо всадников, до них было не больше полумили. Вскоре они подъехали к Спенсеру и принялись переговариваться.
— Итак, нас двое против шестерых, если не считать Мартинеса, — сказал Когар. — Похоже, что боя нам не избежать.
— Но вы ведь можете выдать им меня, — сказала Дженни; она подперла рукой подбородок и широко открытыми глазами смотрела на Милта.
Он не отвел взгляда.
— Не говорите глупостей. Я обещал, что увезу вас, значит, увезу. Я никогда не нарушаю своих обещаний.
— Вы не хотите отдать меня только поэтому?
— Может быть, только поэтому, а может быть, и нет. Вы, женщины, везде усматриваете личные отношения. Если нам удастся выпутаться из этой переделки живыми, я вас увезу.
— А знаете, вы довольно красивый мужчина.
— Что?
Он оглянулся, пораженный словами Дженни, сказанными совсем не к месту. И тут до него дошел их смысл. Милт густо покраснел.
— Что за чепуху вы говорите! Красивый я или нет, это не поможет нам выбраться из этой дыры. Я очень боюсь, как бы кто-нибудь не забрался на гору позади нас и как бы они не запалили траву.
— Запалили траву?! — Дженни рывком подняла голову, и лицо ее побелело. — О нет, только не это! Неужели они пойдут на это? Мы же сгорим!
— От этих подонков можно ожидать чего угодно!
Спенсер и его дружки, похоже, выработали план действий, поскольку Дэн снова крикнул Милту:
— Даю тебе еще один шанс! Выходи с поднятыми руками, и я тебя отпущу, а если не согласен, то можешь считать себя покойником!
Враги стояли почти за пределами досягаемости его пуль, и Милт понимал, что попасть в цель с такого расстояния очень трудно. Его ответом на слова Спенсера был выстрел, который сорвал белую шляпу с головы одного из вновь прибывших. Бандиты бросились наземь.
— Я хотел его убить, — пробормотал Милт, — а вовсе не напугать.
Милт вынужден был признаться самому себе, что ему страшно. Ему еще ни разу в жизни не было так страшно, как теперь, однако, как это ни странно, страх вовсе не парализовал его волю и ум. Он не видел выхода из сложившегося положения. Если бандиты зажгут траву, им не останется ничего другого, как со всем своим табуном броситься на врагов и попытаться прорваться сквозь их ряды. Впрочем, вряд ли им удастся это сделать, ведь врагов слишком много. И тут Милт кое-что придумал.
— Идите к лошадям, — велел он Дженни, — и пригоните их в ложбину. Может, нам придется прорываться сквозь этих негодяев.
Дженни быстро взглянула на него и, не говоря ни слова, съехала вниз по склону. Что было с ней дальше, Милт уже не видел, поскольку сосредоточил внимание на врагах. Он услышал выстрел, но так и не понял, куда попала пуля, а выяснять это было некогда, ибо пули посыпались градом. Две из них пролетели прямо над его головой, а третья чуть было не ранила его в плечо. Милт перекатился и занял другую позицию. Он выжидал, зная, что стрелять надо наверняка. Наконец он заметил какое-то шевеление в стане врагов и быстро выстрелил два раза.
Спенсер и его дружки залегли, и Милт снова поменял позицию. Если они подойдут ко входу в ложбину, он им покажет, где раки зимуют, но если они рассеются по всей равнине, то дело плохо. В этот момент пуля срезала траву прямо над его головой, и он выстрелил на звук.
Бросив быстрый взгляд через плечо, Когар увидел, что из лесу появилась Дженни вместе с лошадьми, которые в страхе сбились в кучу, не решаясь двигаться дальше.
Спенсер что-то крикнул ему, и Милт, не отвечая, послал пулю в то место, откуда послышался крик, потом еще одну — чуть левее, и третью — правее. До его слуха донесся сдавленный крик, по этому крику Милт понял, что его пуля только обожгла негодяя.
— Садитесь верхом на лошадь и пригните голову! — велел он Дженни. — А теперь слушайте, что я вам скажу. Мы отсюда смываемся, вы и я, и как можно быстрее. Погоним табун прямо на наших преследователей и попробуем их смять. Я не знаю, удастся ли нам прорваться, но другого выхода у нас просто нет. Судя по всему, они собираются нас окружить. Если им это удастся, то нам конец. Мы бросимся на них и, если нам повезет, напугаем до смерти их лошадей, и они разбегутся. Конечно, дело это рискованное, нас могут и убить, но попробовать стоит.
Милт вскочил в седло, и, развернув табун из пятнадцати лошадей в сторону врага, они с Дженни с криками погнали его на шайку Спенсера. Склон ложбины и высокая трава на несколько секунд скрыли их из виду врагов, и когда кони вырвались на открытое пространство, их уже ничем нельзя было остановить.
Милт Когар, держа в обеих руках по револьверу, непрерывно палил поверх лошадиных голов по врагам. Оказавшись на равнине, он сразу же понял, что был прав, считая, что бандиты хотят их окружить: люди Спенсера уже разделились на две группы, одна из которых уходила налево, а другая — направо.
Сотрясая землю топотом копыт, лошади Когара ворвались на позицию Спенсера. Ноздри их раздувались, а гривы развевались по ветру в бешеной скачке.
Милт увидел, как Дэн Спенсер вскочил на ноги и, вскинув револьвер, выстрелил в него, но пуля пролетела мимо. Дэн повернулся и бросился наутек. Джонни Рекорд двинулся было в обход, но, увидев несущийся на него табун, повернулся и вскинул на плечо винтовку. Когар опередил его и выстрелил. Крики ужаса, вырвавшиеся из глоток мужчин, на которых мчался табун, заставили лошадей отклониться в сторону.
Увидев, что сама смерть несется на него в образе обезумевших лошадей, Рекорд на мгновение застыл от ужаса на месте, а когда опомнился, то бросил винтовку и пустился наутек. Но было уже поздно — лошади сбили его с ног и растоптали. Разметав Спенсера и его друзей, табун понесся по долине.
— Милт! — раздался отчаянный крик Дженни.
Когар развернул коня и посмотрел туда, откуда донесся этот крик. Серый мустанг девушки упал, и она закричала, падая вместе с ним. И в эту же минуту Милт увидел, что к ней бежит Дэн Спенсер.
В три скачка конь Милта оказался рядом с Дженни. Он спрыгнул на землю и выхватил револьвер. Первый выстрел оказался слишком поспешным — пуля пролетела мимо Спенсера. Дэн с торжествующей улыбкой остановился.
— Ну, теперь мы посмотрим, кто кого! — крикнул он.
На лбу у него вздулись вены, глаза были как сталь. Револьвер Спенсера изрыгнул пламя, но Милт упал на одно колено и выстрелил. Его пуля попала Спенсеру в диафрагму, и он покачнулся назад, но устоял на ногах. Оба выстрелили еще по разу, но пуля Спенсера ударилась в землю прямо у ног Когара, а пуля Милта попала Дэну в живот. Спенсер снова покачнулся, челюсти его задвигались, а глаза вылезли из орбит. На губах его показалась кровавая пена, и Милт, ощущая ледяное спокойствие, выстрелил еще раз. Колени бандита подогнулись, и он упал на землю лицом вниз.
Милт смотрел на упавшего, непослушными пальцами вытаскивая патроны из ячеек патронташа. Кое-как он зарядил револьвер и тут увидел, что Дженни, прихрамывая, идет к нему.
— Я растянула лодыжку, — сказала она, — но это пустяки!
Она села рядом с Милтом и в ужасе вскрикнула, увидев на его штанине кровь.
— Вы ранены! — воскликнула она.
— Не очень сильно, — успокоил ее Милт. — Кто это еще сюда едет?
Дженни резко подняла голову, но лицо ее тут же просветлело.
— Это Джо Петере и Тэкер!
Мужчины подошли к ним. Рядом с верзилой Тэкером щуплый Петере выглядел мальчуганом. В руках у них были винтовки.
— С вами все в порядке? — спросил Тэкер. Куда только подевались его нерешительность и робость! — Мы торопились помочь вам, но видим, что приехали слишком поздно.
— Что с людьми Спенсера? — спросил Когар.
— Мартинеса и Рекорда растоптали лошади. Рекорда мы нашли мертвым, а Мартинес ранен. Одного мы убили, а других связали.
К ним подошел рыжий владелец ресторана.
— Вы подали нам пример, мистер, — сказал он Милту. — Когда мы узнали, что вы увезли Дженни, чтобы она не досталась Спенсеру, нам стало стыдно, что наших женщин защищают чужие мужчины. Тэкер поговорил с Джо Петерсом и кое с кем еще. Потом они все собрались у меня, и мы принялись очищать город от людей Спенсера. И скажу вам, мы хорошо поработали!
Тэкер улыбнулся, довольный собой.
— Вы с Дженни можете возвращаться в Мескит, если хотите, — сказал он. — Надо отметить нашу победу.
— Ну что ж, может, я когда-нибудь и приеду к вам, — сказал Милт, — но сейчас мне надо перегнать табун на свое ранчо, где у меня есть отличное пастбище. Я бы хотел показать его Дженни, но не знаю, захочет ли она поехать со мной.
— Ранчо, наверное, просто замечательное, — сказала Дженни. Ее глаза улыбались Милту, но в них затаилась грусть. — Наверное, мне оно понравится.
— Только если вы поедете со мной, я, наверное, попрошу вас остаться, — сказал Милт. — Мне не захочется вас отпускать.
— А зачем мне уезжать? — сказала Дженни.
Серый мустанг уже поднялся на ноги и отряхивался. Милт подошел к нему и ощупал ногу коня. Рука его слегка дрожала. Он выпрямился и увидел, что Дженни с улыбкой смотрит на него. Губы ее показались ему такими нежными и зовущими.
— Сдается мне, — сказал Тэкер, с радостью наблюдая за Милтом и Дженни, — что нам придется праздновать победу без них!
ЛЮБОВЬ И МАЛЫШ КАКТУС
Предисловие автора
В наше время женщины на Западе ездят верхом в джинсах, но в те времена, о которых идет речь в этих рассказах, они одевались совсем по-другому. До Первой мировой войны, а может быть и до начала двадцатых годов, женщины нигде и никогда не появлялись в брюках. Куда бы они ни шли, они надевали только платье.
Женщины никогда не ездили в седле по-мужски, ну, может быть, только в таких местах, где их никто не мог увидеть. Обычно же они сидели в седле боком и только боком, аккуратно расправив складки платья на боку лошади. У меня была тетушка, очень красивая молодая женщина, которая ездила на лошади именно таким образом, и это было зрелище, достойное восхищения!
Находясь в общественном месте, женщина очень тщательно следила за тем, чтобы ноги были скрыты от глаз публики юбкой. Приличия позволяли показать только лодыжку, и то только тогда, когда женщина выходила из дилижанса или из поезда.
Глава 1. ЦВЕТЫ ДЛЯ ДЖЕННИ
Дженни Симмс, очаровательная маленькая девушка, вздернула свой четко очерченный подбородок.
— Если бы ты по-настоящему любил меня, ты бы достал их! Ты сам знаешь, что достал бы! Просто ты меня не любишь! Вспомни, какие подвиги совершали рыцари ради своих дам! А ты не хочешь сделать для меня даже такого пустяка, как достать цветы!
— Цветы? — в изумлении воззрился на Дженни Малыш Кактус. — Теперь тебе хочется цветов! Нет, эти женщины сведут меня с ума! Где же я найду тебе цветы в этой пустыне?
И он обвел рукой окружавшую их пустыню, куда они приехали на пикник, словно приглашая ее самое убедиться в неисполнимости ее просьбы.
— Посмотри вокруг! Ведь ты же знаешь, что за четыре месяца не выпало ни единой капли дождя! Да здесь не найдешь ни единой зеленой травинки, не то что цветов! Давненько уже не случалось такой засухи, так что забудь о цветах!
— Если бы ты любил меня, ты бы достал их! — По тону, каким Дженни произнесла эти слова, Малыш понял, что она действительно так думает и не потерпит никаких возражений. — Если мужчина любит женщину, он все для нее сделает!
В ее голубых глазах вспыхнул огонь и поразил Малыша Кактуса в самое сердце.
— Нессельроде, если ты меня любишь…
— Ш-ш! — прошипел он, испуганно оглянувшись. — Если кто-нибудь услышит, меня тут же вышвырнут отсюда. Зови меня Клей, или Кид, или как тебе вздумается, но только не Нессельроде!
— Так вот, значит, как тебя зовут — Нессельроде Клей. Ну что ж, неплохое имя, совсем неплохое. И все-таки, — ее не так-то легко было увести от намеченной цели. — если ты меня любишь, то достанешь мне цветов! А то я рассказала всем своим подругам, что ты даришь мне цветы, а они подняли меня на смех! Правда, правда. Они сказали, что в это время года цветы можно найти разве что в Калифорнии!
Малыш Кактус свернул самокрутку и уставился на нее с глубоким отвращением. Ох уж эти женщины! Он фыркнул. Какой ерундой забиты у них головы! А уж Дженни всегда приходит в голову то, до чего никто другой в жизни не додумается! Начиталась романов и теперь ждет, что к ней явится рыцарь на белом коне, который совершит великие подвиги, чтобы завоевать ее любовь!
Ну, от него она этого не дождется! И вообще, что он здесь делает, на этом пикнике? Другие мужчины помчались вдогонку за братьями Херринг, а он торчит здесь да еще вынужден терпеть капризы Дженни. А эта троица — крутые парни, да к тому же отличные стрелки. Они остановили экспресс компании «Юнион пасифик», когда тот поднимался в гору милях в пятнадцати отсюда, убили курьера и охранника и забрали сейф, в котором лежало сорок тысяч долларов в золоте и ценных бумагах. За поимку братьев Херринг обещана награда — по тысяче долларов за Бенни и Джо и четыре тысячи за Рыжего.
С такими деньгами он мог бы купить себе несколько коров и сделаться владельцем ранчо, о чем уже давно мечтал. Он бы женился на девушке вроде Дженни — она красива, такой женой можно гордиться. Он знает толк в разведении скота, и очень скоро они разбогатели бы. Но нет, вместо того чтобы гнаться за Херрингами, он торчит здесь, у ног Дженни, а она посылает его за цветами!
— Я ведь прошу совсем немного, — настаивала Дженни. — А у тебя на уме только стрельба! Как тебе не стыдно, Нессельроде!
Малыш поморщился и хотел было что-то сказать, но его робкий голос потонул в лавине слов Дженни.
— Если ты не принесешь мне цветов на день рождения, Нессельроде, я никогда больше не буду с тобой разговаривать! Слышишь, никогда!
— Ну, радость моя, — запротестовал Малыш. — Не будь такой жестокой! Шериф сам лично просил меня отправиться в погоню за Херрингами. Ребята подумают, что я струсил!
— Послушай меня, Нессельроде Клей! Если ты не достанешь мне цветов, то я больше не буду с тобой встречаться! И смотри, больше ни в кого не стреляй! А то всякий раз, когда ты делаешь что-нибудь для меня, ты попадаешь в историю и обязательно стреляешь кому-нибудь в живот!
В темноволосой Дженни Симмс было пять футов очарования и огня. Правда, Малышу Кактусу иногда хотелось, чтобы огня было чуть поменьше. Впрочем, именно поэтому он ее и любил.
Дженни была самой красивой девушкой в четырех графствах; своей стройной, крепкой фигуркой с округлыми формами она напоминала двухлетнюю кобылку, и сама мысль о том, что он может ее потерять, приводила Малыша в ужас. К несчастью, он по уши влюбился в Дженни, а ведь известно, что влюбленный самец представляет собой жалкое зрелище; ведь любовь заставляет его терпеливо сносить тиранию своей возлюбленной. Когда нужно быть твердым, он проявляет непростительную слабость, и вместо того, чтобы приучать ее ходить в упряжке, он смотрит ей в рот и выполняет малейшие ее прихоти.
Малыш Кактус, молодой человек пяти футов и семи дюймов росту, с крепкой мускулистой фигурой, вьющимися волосами и улыбкой, придававшей его лицу неизъяснимое очарование, вот уже много месяцев находился в розыске. Здесь пока еще никто не знал, кто он такой. И никто не догадывался, что его револьвер 44-го калибра с рукояткой из орехового дерева, в черной кобуре на его седле считался одним из самых быстрых револьверов в Скалистых горах, пули которого всегда достигали цели.
— Ну хорошо, — устало сказал Малыш, — я достану тебе цветов. Пусть мне придется пройти сквозь огонь, воду и медные трубы, но я принесу их тебе! — Он протянул Дженни руки и помог подняться с камня, на котором она сидела.
Однако оказавшись вдали от Дженни и ее прекрасных глаз, Малыш понял, что пообещал невозможное. Где он достанет эти цветы?! В радиусе пятнадцати миль не было ни единого источника, а сама земля ссохлась от зноя и потрескалась. Все речушки пересохли еще два месяца назад. От недостатка воды начался падеж скота, и его лихорадочно распродавали, чтобы выручить хоть что-нибудь. Листья на деревьях пожухли и по краям стали коричневыми.
Все высохло, а ей подавай цветы! Малыш в раздумье нахмурил лоб. У вдовы Финнеган есть сад, и там всегда росли цветы. Может быть…
За его пегим жеребцом с розовым носом и розовым ободком вокруг глаз мало кто мог угнаться. Малыш летел на нем по дороге, вившейся среди холмов, на Пятую вырубку, где в домике, окруженном вязами, жила вдова Финнеган. Но еще издали Малыш увидел, что даже на вязах листья засохли и почти все облетели.
Вдова Финнеган была ирландкой пяти футов и десяти дюймов ростом и весом сто восемьдесят фунтов. Она встретила его у калитки.
— Здесь вы ничего не получите! — неприветливо бросила вдова. — Не дам я вам никаких цветов, Малыш!
— Но почему? Я… — начал было Малыш, но, увидев, как засверкали бледно-голубые глаза вдовы, осекся.
— Можете не тратить на меня свое красноречие! — резко произнесла вдова Финнеган. — Я хорошо знаю таких, как вы, Малыш Кактус! Да, вы умеете разливаться соловьем и вешать лапшу на уши! Но я знаю, для кого вам нужны цветы, и даже если бы они у меня и были, то все равно бы не дала. Но они, к счастью, засохли.
— Так вы, значит… слыхали эту историю о цветах? — спросил Малыш.
— Да как не слыхать! Она всей округе разболтала, что вы подарите ей на день рождения цветы! Причем в таких количествах, что ей некуда будет их девать! Подумать только, цветы, когда во всей округе не найдешь и зеленой травинки!
Малыш задумчиво посмотрел на крошечный цветник, окруженный забором. Головки цветов поникли от недостатка влаги и сухих ветров. Вдова перехватила его взгляд и разъярилась пуще прежнего.
— Нечего глазеть по сторонам!

Ламур Луис - Перестрелка на ранчо => читать книгу далее


Надеемся, что книга Перестрелка на ранчо автора Ламур Луис вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Перестрелка на ранчо своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Ламур Луис - Перестрелка на ранчо.
Ключевые слова страницы: Перестрелка на ранчо; Ламур Луис, скачать, читать, книга и бесплатно