Левое меню

Правое меню

 Чейз Джеймс Хэдли - Вы мертвы без денег 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Бригада - 1. Бои Без Правил автора, которого зовут Белов Александр Константинович (Селидор). На сайте strmas.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Бригада - 1. Бои Без Правил в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Белов Александр Константинович (Селидор) - Бригада - 1. Бои Без Правил, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Бригада - 1. Бои Без Правил равен 136 KB

Белов Александр Константинович (Селидор) - Бригада - 1. Бои Без Правил - скачать бесплатно электронную книгу



Бригада – 1

«Бои Без Правил»: Олма Пресс; Москва; 2003
Аннотация
Знаменитый сериал «Бригада» появился на телевизионных экранах, как говорится, в нужное время. Он словно подвел итог горемычной истории России последнего десятилетия, когда в ответ на ослабление государства активная часть общества самоорганизовалась на принципах криминала. Героям фильма, а теперь и книги, довелось жить и принимать решения в эпоху передела собственности. Во времена, когда на сложные вопросы даются простые ответы с помощью кулаков и пистолета ТТ…
Александр Белов
БРИГАДА — 1
БОИ БЕЗ ПРАВИЛ
1989 год, Памир
Дембель неизбежен, как мировая революция.
А ещё дембель — это праздник. Настоящий, как Новый год. Вот ждешь его, ждешь, маешься, считаешь денечки, и кажется уже, что вся радость твоя ушла в это самое ожиданье, как вода в песок.
Но стоит только пробить заветному часу — и хлоп! — как шампанское из теплой бутылки вырвется разом все, что копилось в душе долгих два года. И нет на всей земле человека счастливей тебя. Потому что — воля, потому что — все впереди, потому что — домой!..
Запыхавшийся салабон цвел, как майская роза.
— Товарищ сержант, — приложив руку к выцветшей панаме, по всей форме докладывал он, — только что сообщили из отряда: пришел приказ…
— Что?! — нетерпеливо перебил его Белов.
— Дембель, товарищ сержант… — расплылся в улыбке паренек.
— Зема… — Белов положил руку на пыльный зеленый погон бойца и пробормотал, еле сдерживая клокочущую в груди радость. — Спасибо, зема, спасибо… На вот, возьми, — он вытащил из кармана едва початую пачку «Родопи» и протянул солдатику.
«Все, елки зеленые! Баста! Дембель!» — ликовал про себя Белов, шагая к казарме. Он старался не мчать, не торопиться — все-таки не пацан, не салажонок стриженный. Как-никак — солидный человек, сержант! Можно сказать — опора армейского порядка и дисциплины…
Перешагнув порог казармы, Саша все же не стерпел и что было мочи рванул по коридору. Возле дневального притормозил и весело гаркнул:
— Кому служишь, салабон?!
— Служу Советскому Союзу! — козырнув, с готовностью отрапортовал боец.
— Ты служишь дембелю, салага!! — беззлобно хохотнул Белов и рванул дверь Ленинской комнаты.
В пустом помещении был только один человек. Спиной ко входу сидел Фархад Джураев, самый закадычный Сашин корешок, ставший ему за два года службы почти братом. Он сосредоточенно набивал травкой выпотрошенную «беломорину».
— Белов, ну что ты орешь?! Как конь! — не повернув головы, недовольно процедил Фархад. — Не видишь — человек делом занят! — он криво усмехнулся, выстукивая «косячок» о ноготь.
Саша плюхнулся на стул рядом с другом и, улыбаясь в тридцать два зуба, восторженно выдохнул:
— Дембель, рядовой Джураев!!..
Тот вытаращил глаза и, раздавив в судорожно сжатом кулаке приготовленный косяк, истошно заорал:
— А-а-а-а-а-а!!!
— А-а-а-а-а-а!!! — тут же подхватил этот дикий вопль Белов.
Они голосили так безудержно-радостно, так неистово, так самозабвенно, что в казарме зазвенели стекла.
Дневальный покосился в сторону распахнутой настежь двери в «ленинку» и не удержался от завистливого вздоха. Уж он-то прекрасно знал, какой это праздник — дембель.
* * *
На следующий день они прощались. Проводили наряд, отправлявшийся на границу, и отправились бродить по заставе.
— Что-то у меня, Фара… На душе скребет как-то… — пожаловался Саша. — Прощаемся вроде бы…
— Да брось ты, Сань, — обнял его друг. — Знаешь, один мудрец когда-то сказал: если души не умирают, значит прощаться — отрицать разлуку!
— Ну, началось… — усмехнулся Белов.
Он вообще был странным, этот Фархад. Постоянно сыпал восточными мудростями, называл себя ассирийцем, знал всех своих предков чуть ли не до двадцатого колена и жутко гордился этим. Впрочем, пацаном он был классным, правильным, и при мысли о том, что они возможно больше никогда не увидятся, Белову становилось грустно.
Фара захватил из казармы старенький ФЭД, и друзья отправились в питомник, к собакам.
Поль безошибочно почувствовал предстоящую разлуку: он жался к ноге и тихо, по-щенячьи подскуливал. Позируя для снимка, Саша присел к овчарке и положил руку ей на загривок. Пес тут же повернулся и поднял на своего хозяина больные от тоски глаза. От этого взгляда сержанту стало не по себе.
«Обязательно заведу дома собаку» — смятенно подумал Саша. Непонятная хандра стала ещё сильнее. Его армейская жизнь подошла к концу, казалось бы — радуйся, чудак! Но сегодня дембелю Белову было отчего-то невесело.
Да, в этой жизни хватало и трудностей и тупой армейской дури, в ней было много однообразной рутины и совсем немного радостей. Но зато в ней все было предельно ясно и просто — служба, казарма, наряды, караулы… А что его ждало на гражданке?..
Писем от Ленки не было уже почти полгода. Ленка, Леночка, Ленок, неужто забыла солдата, неужто закрутила с кем?.. «Что там с Елисеевой?» — спрашивал в каждом своем письме в Москву Саша, но о Ленке ни слова не писали ни мать, ни ребята.
Ребята… Ехидный хитрован Пчела — не по годам деловой и практичный, он всегда был в курсе всех слухов и знал, казалось, все и про всех. Баламут, понтярщик и приколист Космос, сын, между прочим, профессора астрофизики, — неугомонный затейник, выдумщик и большой охотник до всего нового. Невозмутимый молчун Фил, мастер спорта по боксу, — всегда готовый прийти на помощь, надежный и крепкий, как скала…
Они вместе уже сто лет — с первого класса — и, конечно, ждут не дождутся Сашиного возвращения. Вот только… Мать как-то упомянула, что его друзья связались с какой-то шпаной, да и сам Космос в своих посланиях прозрачно намекал на какие-то левые делишки…
В Москве предстояло все выяснить — и насчет Ленки, и насчет пацанов. А ведь ещё надо было найти работу, подготовиться в институт и постараться поступить хотя бы на вечерний… Словом, хлопот — выше крыши!
— Эй, Белов, ты чего?.. — наводя на Сашу с Полем фотоаппарат, окликнул его Фархад. — А ну-ка, сделай «смайл»!
— Что-то все равно тоскливо, — смущенно признался Саша и вздрогнул — это Поль, вывернувшись из-под руки, лизнул его в щеку.
— Поль, дружище… — потрепал пса по загривку Белов и широко улыбнулся.
Щелк! — сработал затвор фотоаппарата, и довольный Фара крикнул:
— Есть, снято!
«Ладно, приеду — разберусь! И с Ленкой, и с пацанами, и со всем остальным!» — подумал Саша. Он встал и, отбросив невеселые мысли, решительно сказал:
— Все, Фара, пошли собираться! Пора домой двигать, в Москву!

Часть 1
ЕСЛИ К ДРУГОМУ УХОДИТ НЕВЕСТА…
I
Белов позвонил раз, другой — за дверью было тихо.
От нетерпения у него чуть подрагивали руки. «Да что они там — спят, что ли?» — растерянно подумал Саша и припечатал кнопку всей пятерней. Ему было отлично слышно, как за дверью, надрываясь, верещит звонок. А больше — ни шороха.
— Ле-на! — крикнул во весь голос Белов и пару раз от души приложился к двери кулаком.
Еще раз прислушался — нет, в квартире Елисеевых была абсолютная тишина.
Саша чертыхнулся про себя и, с досадой шлепнув напоследок ладонью по шершавой стене, подхватил свои вещички и рванул вниз, домой.
Он открыл дверь своим ключом, тихо, стараясь не шуметь, вошел в квартиру. В большой комнате работал телевизор — шли новости. Не разуваясь, Белов шагнул вперед и замер на пороге. Мама сидела в кресле спиной к двери и смотрела репортаж о выводе войск из Афгана. Саша разглядел её отражение в выпуклом экране телевизора — напряженное, тревожное лицо, нахмуренные брови и незнакомые скорбные морщинки у рта… Мама…
— Ма, что ж ты замок-то до сих пор не поменяла? — вполголоса спросил он. — Разве так можно, а?..
Мгновенно развернувшись, женщина радостно охнула и бросилась на шею к сыну.
— Саня! Санька, мой золотой! Санечка! Солнце мое!.. — приговаривала она, смеясь и плача, покрывая лицо сына бессчетными поцелуями, — Что ж ты не позвонил, Саня… Я же ничего не приготовила…
— Мам, мам, ну что ты… — растроганно и смущенно бормотал Саша. — Я же прямо с вокзала… грязный… Ма, ну дай хоть умыться-то! Мам…
Когда Белов вышел из ванной — посвежевший, с мокрыми волосами и голый по пояс, мать уже вовсю хлопотала на кухне.
— Мам, а Елисеевы здесь, не знаешь? Татьяна Николаевна замерла, закусив губу, и сделала вид, что за шумом воды не расслышала сына. Саша появился на кухне и повторил свой вопрос:
— Я говорю, Елисеевы-то где? А то я зашел — никто не открывает…
— Вот если б ты позвонил, я бы уже и пирожков разных напекла, и пельменей твоих любимых налепила… — Татьяна Николаевна, не поднимая головы, говорила о своем, снова оставив без ответа вопрос сына. — А сейчас будешь яичницу есть, как беспризорник какой-нибудь!
— Мам, да я в армии гвозди переваривал, а ты…
— Так то — в армии, горе мое, а здесь — дом! — она с улыбкой повернулась к Саше и невольно залюбовалась им.
Служба на границе не прошла бесследно — сын сильно изменился. Исчезла мальчишеская худоба и нескладность, плечи развернулись, руки налились мужской силой. И весь он был такой складный, здоровый, крепкий и упругий — ну прямо как молоденький гриб-боровичок!
— Господи, Саня, а это ещё что за новости? — мама коснулась наколки на левой стороне груди — эмблемы погранвойск. — Ну зачем, зачем это, а?!
— Ма-а-ам… — с укоризной протянул Саша. — Ты что? Это же память — два года как-никак!..
И в этот момент с улицы послышался до озноба знакомый голос Космоса, усиленный мегафоном:
— Пожалуйста, внимание!.. — он дурачился, подражая своеобразным интонациям диктора на вокзале или в аэропорту. — Военнослужащий Александр Белов, просьба спуститься вниз, вас ожидают! Повторяю…
— Вот черти! — засмеялся Саша. — И откуда только узнали?!..
Он рывком распахнул окно и, навалившись голым животом на теплый подоконник, высунулся наружу.
Под окном стоял старый, потрепанный коричневый «Линкольн» с нарисованными на бортах яркими языками пламени. На его широком капоте с мегафоном в руках приплясывал Космос. Рядом с ним, задрав головы вверх, стояли Пчела и Фил.
— А-а-а-а!!! — хором завопили все трое, увидев своего друга.
— Здорово, братья!!! — закричал Саша, широко раскинув руки в стороны, словно хотел обнять всех троих.
— Белый!!! Саня!!! Давай сюда!!! Дуй вниз, генерал!!! — неслось снизу.
— Ребята, да я с поезда только! — рассмеялся Саша.
— Не понял! — выкрикнул Пчела. — А привальная?! Ты что, оскорбить нас хочешь?.. Фил, скажи ему, — подтолкнул он соседа.
— Сань, какой поезд, ты че?! — махнул рукой Фил. — Мы ж тебя два года ждали!
— Спускайся скорей!
Улыбающийся Белов повернулся к матери.
— Мам, я пойду, ладно?
— Никуда не пойдешь! — нахмурилась она.
— Сейчас иду! — крикнул вниз Саша, пропустив мимо ушей слова матери. — Ловите меня!!!
— Сань, ну что это такое! Никуда твой Космос не денется! — Космоса она немного недолюбливала — этот шалопай вечно выдвигал какие-то дурацкие идеи, большинство из которых заканчивались разными неприятностями.
— Мам, мам, ну чего ты? Я ж соскучился!.. — Белов торопливо чмокнул мать в щеку и побежал одеваться.
— Пока не поешь — из дома не выйдешь! — решительно заявила вслед Татьяна Николаевна. — Голодным я тебя никуда не отпущу! — она подхватила с плиты сковородку и засеменила за сыном. — На-ка вот… Ну два кусочка хотя бы… Ну давай, котик…
Саше пришлось одновременно натягивать джинсы, глотать обжигающе-горячие куски яичницы и оправдываться перед мамой за свое скоропалительное бегство из дома.
— Мам, не сердись, ладно?.. Ты ведь в армии не служила… Ам…
Татьяна Николаевна улыбнулась:
— Да уж как-то не пришлось, это верно…
— Ну вот! Поэтому не совсем понимаешь, что такое мужское товарищество!.. Ам…
— Ой, ну конечно, куда уж мне!.. — с ехидцей согласилась мать, протягивая сыну очередной кусок.
— Ну все, мам, все, я побежал. Ты не волнуйся, хорошо?..
— Саня, помни — ты обещал!.. — строго напомнила она ему в спину.
— Ну что ты, мам! Так, пивка немножко — чисто символически!.. — ответил Саша уже с лестницы.
Быстрая дробь молодых ног по лестнице — и Татьяна Николаевна осталась одна, с полупустой сковородкой и вилкой в руках.
— Ох уж этот Космос… чтоб он пропал!.. — в сердцах пробормотала она и закрыла за сыном дверь.
II
Кубарем скатившись вниз, Саша выскочил на улицу и попал в руки своих до предела возбужденных друзей. Они навалились на Белова все разом, тискали и нещадно лупили его по спине и плечам.
— А заматерел-то как, заматерел-то!
— Разъел будку на казенной перловке!
— Сколько шпионов поймал, Белый?
— С возвращением, Санек!
Кое-как освободившись от дружеских объятий, слегка помятый, но радостный Белов воскликнул:
— Ну что, братья, — по пиву?!
— Какое пиво? — скривил губы Космос. — Сперва потрындим немного, а потом — по б…
Он вдруг осекся и опасливо покосился на Фила, выразительно разминавшего свой могучий, чем-то напоминающий медный пестик, средний палец. Пчела прыснул:
— Слышь, Сань, этот клоун, — он кивнул на Космоса, — предложил за каждый матюган — бобон по лобешнику. Так я уже все пальцы о его лоб расквасил, а Филу — ничего, нравится.
— Так куда мы потом, а, Космик? — ласково спросил Фил.
— Ну… по этим… как их… по девушкам… — натужно закончил тот с такой уморительной гримасой обиды, что все грохнули дружным хохотом.
— Придурки! — потирая лоб, засмеялся и Космос. — Ну что, погнали?
Компания мигом загрузилась в машину, и старый «Линкольн» довольно резво рванул с места.
— Оцени тачку, Санек, — принялся хвастаться Космос. — Круто, а? А костер на крыльях видел? Энди Уорхолл рисовал! Такая вообще только у меня и у Майкла Джексона, понял?!
— Так он же негр, и к тому же — голубой! — подколол с заднего сидения Пчела.
— А что, у голубого негра не может быть классной тачки? — резонно возразил Фил.
— Пчела, да ты расист! — заржал Космос. — А ну-ка, сынки, держитесь крепче за свои задницы, сейчас дядя Кос покажет вам класс!
«Линкольн» вырулил на проспект, и Космос ударил по газам. Нарушая все писанные и неписаные правила, огромный автомобиль с аляповато раскрашенными бортами ринулся вперед, отчаянно лавируя в плотном потоке машин.
Вслед ему неслись возмущенные гудки и проклятья водителей, но пассажиры «Линкольна» всего этого словно не замечали. Гиканьем и свистом они подгоняли своего рулевого, и тот выжимал из видавшей виды машины все оставшиеся в ней силенки. Заглушая натужный рев мотора, в салоне во всю мощь грохотала лихая музыка Си Си Кэтч.
— Давай на смотровую, Кос! — крикнул Саша.
— Нет вопросов, Санек! — проорал в ответ он. — Хоть на Луну!
На смотровой площадке у Университета «Линкольн», жалобно взвизгнув покрышками, остановился. Друзья высыпали из машины и наперегонки рванули к перилам.
Белов с ходу перемахнул через ограждение и кинулся к старому тополю. Еще в десятом классе он вырезал на развилке его ветвей сакраментальное «Саша + Лена». Так вот, он загадал: если эта надпись сохранилась, не затянулась бесследно корой, то все у него с Ленкой будет в порядке!
В мгновение ока он вскарабкался на дерево и сразу наткнулся на знакомые буквы. Надпись, конечно, несколько заросла, но, тем не менее, читалась вполне отчетливо.
Саша провел ладонью по буквам, со счастливой улыбкой окинул взглядом панораму раскинувшегося перед ним города и не удержался от вздоха. Эх, блин, красотища!..
— Эй, Сань, у нас вообще-то бананы не растут! — крикнул ему снизу Пчела.
— Да я в курсе, родной! — рассмеялся Белов, спускаясь с дерева. — Восемьсот дней здесь не был, представляешь?
— Ты че там делал-то? — спросил Фил, протягивая Саше уже открытую бутылку пива.
— Яйца откладывал! — съязвил Космос.
— Сань, а помнишь, ты на отвальной хотел на коньках с трамплина прыгнуть? — усмехнулся Пчела.
— Не-ет… — смеясь, помотал головой Белов. — Не было такого, ты что?
— Как это не было? — возмутился Фил. — Рыжего уже за коньками послали!
— Да брось! Мне в армии мозги отбили, но не до такой же степени! — отмахнулся Саша.
— Ладно, ты лучше скажи, что делать дальше думаешь? — положил ему руку на плечо Космос.
— Ну, месяца три пошарашусь, а потом в горный институт поступать буду.
Друзья переглянулись и разом покатились со смеху.
— Куда?!..
— Вулканы изучать, — попытался объяснить свой выбор Белов. — Я в армии всю библиотеку перечитал, там…
Его оборвал новый, ещё более мощный взрыв смеха.
Космос снова положил руку на плечо друга.
— Да, Саня, я вижу, ты там вообще от жизни отстал напрочь!
— А ты меня сейчас учить будешь? Ну давай, попробуй, — усмехнулся, слегка напрягшись, Саша.
Он давно уже привык обходиться своим умом и к любым поучениям относился весьма и весьма настороженно.
— Какой институт, какие книги?! — размахивал пивной бутылкой друг. — Вот я, Космос, сын профессора астрофизики, тебя сейчас спрашиваю: знаешь, что сегодня самое главное?
— Скажешь «бабки» — получишь в лоб! — Саша уже не улыбался.
— Не-а… — помотал головой Космос и вдруг, резко выхватив из-за пояса пистолет, поднес его к Сашиному лицу. — Вот что сегодня самое главное!..
С каменным выражением лица Белов отвел ствол ТТ в сторону и холодно отчеканил:
— Никогда не наводи оружие на товарища.
— А ты говоришь — библиотека!.. — хмыкнул довольный произведенным эффектом Космос, пряча пистолет за спину.
— Саня, он прав, — поддержал друга Пчела. — Я сейчас в день столько делаю, сколько мой папаша на своей фабрике за месяц. В день, прикинь! Так на хрена мне институт?!..
— Так вы по воровской пошли, что ли? — растерянно улыбнулся Белов. Этот разговор нравился ему все меньше — выходит, мама писала о ребятах правду?
Космос приблизил к нему посерьезневшее лицо и многозначительно произнес:
— По воровской, да не по воровской… Белов молчал.
— Слышь, Сань, — быстро заговорил Космос, — сейчас на Рижском такие дела делаются — ты что! Пацаны со всего города подъезжают, лохов бомбят, разборы ведут… Мы с Пчелой там совсем не последние люди, скажи, Пчел! Короче, подключайся! Будем самой центровой бригадой, вон Фил тоже подтянется…
— Ты про Фила-то пока не говори! Я ещё ничего не решил, — последние слова Фил, несомненно, адресовал именно Саше. Он внимательно смотрел на друга, словно ждал от него чего-то — может быть совета?
Пчела вытащил из кармана плотную пачку денег и протянул несколько купюр Белову.
— На вот, возьми на первое время. Без отдачи, ты ж пустой сейчас…
Разговор явно покатился куда-то не туда. Не взглянув на деньги, Саша отвел в сторону его руку и поставил полупустую бутылку на парапет.
— Не нужно, Пчел… Все, братцы, поехали, мне к Елисеевой надо…
Ребята коротко переглянулись — встревоженно и немного растерянно, — и это не осталось незамеченным Беловым. Нет, тут что-то не так!
— Давай, поехали!.. — Саша решительно шагнул к машине.
— Ну подожди, подожди, дядя! — преградил ему дорогу Космос. — Ну куда?.. Нас такие козы ждут, ты что! Потные и красивые!..
— Нет, потные завтра, — упрямо мотнул головой Белов. — А сейчас мне к Ленке надо. Я ж соскучился, ребята…
Космос вздохнул и нахмурился.
— Ладно, брат… Пойдем-ка поговорим… Саша не двинулся с места, в сторонку отошли Пчела и Фил. Космос сел на парапет и нехотя начал:
— Сань, во-первых, они переехали…
— Да ты что? Так вот почему не открывали… — кивнул Белов. — А куда, не знаешь?
— Не знаю. Да и не в этом дело… — Космос отвел глаза и принялся жевать губы. Саша ещё со школы помнил, что у друга это — верный признак крайнего затруднения.
— А в чем?.. В чем дело-то? — уже теряя терпение, спросил Белов.
— Ты только это… не злись… Я тебе правду скажу, — Космос мрачно взглянул на друга. — Короче, она шлюха.
«Бумм!» — Саша резко, без замаха врезал товарищу в челюсть. Тот, никак не ожидавший такого поворота событий, навзничь рухнул с перил. Ослепленный яростью Белов пулей перелетел парапет и с глухим рычанием бросился на растерявшегося Космоса. Они сцепились и, осыпая друг друга ударами, покатились вниз по склону.
Фил с Пчелой кинулись к дерущимся, первый навалился на Сашу, второй прихватил Космоса. Через минуту им удалось их растащить, причем Филу явно пришлось труднее — справиться с взбешенным Беловым оказалось совсем непросто.
— Ты что, охренел?! — кричал он в ухо Саше. — Что ты делаешь, Саня, ты в своем уме?!
Космос сел и невесело ухмыльнулся разбитыми губами:
— Ну ты и псих, Белов… Я-то здесь при чем?..
Тяжело дыша, Саша обвел растерянным взглядом хмурые лица друзей, медленно опустил голову и вдруг резко, рывком закрыл ладонями лицо…
III
Татьяна Николаевна отжала рубашку сына и, встряхнув, развернула её к свету. Пятна крови отстирались полностью, а вот иззелененные рукава и спина, до конца не отошли.
«Придется, наверное, кипятить, — вздохнув, подумала она. — Как бы не полиняла… Турецкая — бог её знает, что за краска…»
Новой рубашки, купленной всего месяц назад на рынке в Лужниках, было жаль. Но несоизмеримо больше и острее ей было жаль сына.
Он вернулся домой рано — испачканный, со свежими ссадинами на лице и мрачный, как туча. Мать сразу догадалась — узнал про Лену. То, что она хотела, но боялась рассказать сама, Саше, видимо, сообщили друзья. Наверное, и подрались-то из-за этой…
Развесив рубашку над ванной, Татьяна Николаевна на цыпочках подошла к комнате сына и осторожно открыла дверь.
Саша лежал на спине, глаза его были закрыты, а дыхание было ровным и размеренным.
«Спит, — решила мать. — Ну и слава богу. Ничего, все обойдется, образуется… Попереживает, конечно, но… Ничего…»
Неслышно ступая, она вышла из комнаты.
Едва за мамой затворилась дверь, Белов открыл глаза и уперся тяжелым, неподвижным взглядом в потолок.
Перед ним, улыбаясь, стояла Ленка — тоненькая, стройная, как балерина, и красивая — до озноба по коже. Такая, какой она была на его проводах в армию, и какой он помнил её все два года службы.
Он чувствовал вкус её губ, запах волос и слышал её подрагивающий от волнения голос: «Ты не думай, я дождусь тебя, Саша, обязательно дождусь! Я же люблю тебя!..» И снова — губы, мягкие, горячие и чуть солоноватые…
И вот эта самая Ленка — шлюха?! Нет, в это невозможно было поверить, это просто не укладывалось в голове!
Но не мог же Космос соврать?! Зачем это ему?.. Да и ребята — их тягостное молчание лучше всяких слов подтверждало правоту его чудовищных обвинений.
А может, пацаны что-то напутали? Ведь Ленка-то даже не живет здесь!.. Может, пустил кто-то со зла грязный слушок, а они и поверили?.. Или что-то узнали, да не разобрались как следует… Кос — он же балабол, трепач, ему лишь бы языком молоть…
Да?! А почему же тогда она перестала писать?! За двадцать девять недель — ни единой строчки! Это почему?!..
Белов подавил тягостный вздох и в который уже раз пожалел о своей несдержанности. Черт! Мало того, что друга обидел, ещё и ушел, ничего толком не разузнав! Лежи вот теперь, гадай!..
Далеко за полночь Саша забылся в тревожном сне, но стоило взойти солнцу, как он опять проснулся. Сон не помог — вчерашние мрачные мысли с новой силой овладели его головой. Он тихонько встал, вышел на балкон и, закурив, задумался, к кому из друзей обратиться за объяснениями.
Космос? Нет, после вчерашней стычки он может и послать подальше, а нарываться на новый конфликт совсем не хотелось — не до того. Фил? Уж Фил-то наверняка зла не держал, вот только вряд ли расскажет все как есть… Пожалеет — промолчит, или соврет. Оставался один Пчела.
Белов вернулся в комнату и посмотрел на часы — рановато, конечно, но мучиться неизвестностью было уже невмоготу. Он быстро оделся и неслышно выскользнул из квартиры.
— Кто? — послышался из-за двери сонный голос друга.
— Сержант Белов! — мрачно буркнул в ответ Саша.
Щелкнул замок, и в дверном проеме появился закутанный в простыню Пчела.
— Ты в курсе, который час? — недовольно спросил он.
— Пчел, выйди, поговорить надо, — мотнул головой Саша.
Хозяин оглянулся куда-то назад, в глубь квартиры и, понизив голос, объяснил:
— Я с телкой…
— Одевайся! — отрезал Белов.
— Что, теперь меня бить будешь? — хмыкнул друг.
— Не пори ерунды, пойдем.
— Ладно, сейчас, — нехотя кивнул Пчела. — Подожди, штаны одену…
— Давай… — кивнул Саша и, развернувшись на каблуках, зашагал вниз по лестнице.
Пчела появился быстро, почти следом. Он неторопливо подошел к беседке и, сладко зевнув, спросил:
— И как ты в такую рань встаешь?.. — он потер заспанную физиономию и попросил: — Дай сигаретку…
Саша молча протянул ему пачку «Родопи».
— И куришь дрянь какую-то… — затянувшись, проворчал Пчела.
— Рассказывай, — коротко бросил Саша. Друг вздохнул и пожал острыми плечами.
— Ну что рассказывать?.. Зря ты вчера на него накинулся. Уж лучше мы тебе расскажем, чем чужие, разве нет?.. — он поднял на Белова глаза, но тот ничего не ответил, только смотрел — мрачно и решительно.
Пчела не спеша затянулся и, чуть поморщившись, выпустил тугую струю табачного дыма.
— Короче, в Люберцы она переехала… Вот… Мы и не знали про неё ничего, — Пчела говорил вяло, с неохотой, словно через силу. — Ну, а у наших старших точка есть в центре, и тут из-за неё спор возник. Мы разбираться приехали — все чин чинарем, на пяти машинах… Ну, обсудили все, потом глядим — а в кабаке Ленка Елисеева. С какими-то четырьмя чертями за столиком сидит, вот… Космос подошел, что-то ей сказал — она в краску… Потом уже справки навели: она вроде как этой… как ее… манекенщицей стала, ну и аля-улю… Короче, — по рукам пошла…
Белов слушал его, низко опустив голову. И так же — исподлобья — спросил:
— Что за точка?
— Да ладно, Сань, брось ты, ну… — Пчела коснулся Сашиного плеча. — Западло из-за бабы так переживать…
Саша, откинув его руку, тут же взвился:
— Пчел, вот только не учи отца… Где вы её видели, ну?
Друг взглянул в кипящие яростью глаза Белова, вздохнул и покачал головой.
— Ну, брат, как знаешь… — Пчела присел на корточки и, помогая себе прутиком на земле, принялся объяснять Белову, как добраться до той самой злосчастной точки…
IV
У дискотеки было многолюдно и шумно, гремела музыка, сверкали огни, у входа толпилась нарядная, возбужденная молодежь. Белов в своем старом свитере и линялых джинсах выглядел здесь белой вороной.
Внимательно оглядев прилегающий к клубу скверик, Саша направился к скамейке, прикрытой от яркого света фонарей густой тенью старой липы. Место было подходящим — отсюда отлично просматривался и вход в клуб, и почти весь скверик, да и обе соседние улочки были как на ладони. Белов уселся на скамейку, закурил и приготовился ждать.
Снова и снова он возвращался мыслями к разговору с Пчелой. Не верить своим друзьям он не мог. И уж если они сказали, что навели справки и все проверили — значит, скорее всего, так оно и есть: пошла его Ленка по рукам!
И все же до конца поверить в это было невозможно! Где-то в глубине Сашиной души все ещё теплилась слабая, почти призрачная надежда на то, что вся эта история — чистой воды лажа. Оно ведь как бывает? Один не так выразился или немного приврал, другой чего-то недопонял или додумал сам — вот и пошла гулять злая, несправедливая молва…
Взять того же Космоса: у него ведь как? — Раз манекенщица, значит шлюха! И все, точка, никаких вариантов! А варианты вполне могут быть, ещё как могут!
Несмотря ни на что Саша продолжал верить в чудо: вот встретит он Ленку, заглянет в её глаза, поговорит, расспросит — и все уладится!
Время тянулось мучительно медленно. Видимо, он приехал слишком рано — ждать пришлось долго. Пачка сигарет быстро опустела, и взвинченному Белову жутко хотелось курить.
У входа в скверик остановилось очередное такси, из которого вылезли две размалеванные девицы. Одергивая свои сверхкороткие юбчонки, больше похожие на широкие пояса, они громко хохотали, обсуждая какого-то Ашотика.
Голос одной из них показался Белову странно знакомым. Он встал со скамейки и сделал несколько шагов навстречу девицам. Та, что была повыше, рассчиталась с таксистом и повернулась. Свет фонаря упал на её лицо, и Саша похолодел — в этой крашеной мочалке он узнал свою Ленку!
«Вот так! Значит — правда, все правда!..» — мгновенно и окончательно понял он.
Все стало ясно. В принципе, можно было уходить. Но Белова такой вариант никоим образом не устраивал. Не в его правилах было бросать задуманное на полпути. Да, теперь действительно все ясно, но, черт возьми, он в любом случае должен с нею поговорить! В конце концов, он собирался заглянуть в её глаза — и он это сделает!
— Лена!.. — позвал Белов внезапно осевшим голосом.
Одна из девушек остановилась и замерла, вглядываясь в темноту под деревьями. Саша сделал ещё пару шагов вперед, выходя на свет. Стараясь держаться как можно спокойнее, он сдержанно кивнул:
— Привет, это я.
Лицо девушки вытянулось и застыло то ли от удивления, то ли от испуга. Ее подружка, заметив это, ткнула её в бок:
— Лен, кто это?..
— Иди, я сейчас, — не повернув головы, ответила Лена. — Иди, иди…
— Ты только недолго… — растерянно попросила девушка, переводя недоуменный взгляд с подруги на незнакомого парня и обратно, и вдруг заторопилась к дискотеке.
— Не ждала? — спросил после паузы Саша и внезапно поймал себя на мысли, что его вопрос прозвучал двусмысленно. Получилось — не только сейчас и здесь, но и вообще, из армии.
Растерявшаяся Лена машинально покачала головой, невольно дав предельно честный ответ на оба его вопроса. Но уже через мгновение она взяла себя в руки и с вызовом заявила:
— Саша, давай только без скандала!..
— А как? — без малейших эмоций спросил Белов.
— Как? Спокойно поговорим…
— Тогда, может, поцелуемся для начала? — все тем же наигранно-равнодушным тоном предложил Саша. — Все-таки два с половиной года не виделись, а?
— Нет… Да ну, глупо это… — замялась Лена. — И потом, два года — это очень большой срок… Ну так вышло, прости, — с легкомысленной, игривой улыбочкой пожала она плечами.
— Я все это время только о тебе и думал, а ты — «так вышло»? — выдержка начала изменять Белову, в его голосе зазвучали грозные нотки.
Лена сразу почувствовала это. Улыбка вмиг слетела с её лица, она напряглась и быстро-быстро произнесла:
— Саша, Саша, Саша, ну зачем сейчас все это, а?..
— Как это «зачем»?! Ленка, ты что сделала?! — он, наконец, потерял терпение и схватил её за руку. — Ты что сделала, Ленка?!!..
Она вырвалась и каким-то чужим — резким и визгливым — голосом выкрикнула:
— Не трогай меня! Синяки будут!..
Ну да, куда ж она — с синяками!.. Саша хотел сказать ей что-то еще, но в этот момент сзади раздался короткий свист и властный окрик:
— Эй, балбес, а ну-ка отойди от нее!!
Саша обернулся. К ним неспешной, вальяжной походкой направлялся крепкий парень в изящном костюме и галстуке. Его сопровождали Ленкина подружка и трое мрачных мордоворотов. Парень остановился у низенькой, по колено, ограды и, надменно ухмыляясь, лениво повторил:
— Ну, чего непонятного? Подойди сюда, говорю.
— Саша, не надо, — испуганно схватила его за рукав Лена. — Не ходи, Саш…
Но Белов уже шагал навстречу сопернику. Этот красавчик подвернулся очень кстати — Саше было просто необходимо выпустить пар, выплеснуть переполнявшую душу обиду и злость.
Засунув руки в карман, он пытался незаметно надеть свой старый, ещё школьных времен, кастет, который еле-еле отыскал сегодня днем на антресолях. Проклятая железка никак не желала налезать на пальцы.
Красавчик спокойно дожидался Белова у ограды. Он даже не смотрел в его сторону, крутил, не поднимая головы, массивный золотой перстень на правой руке. Саше оставалось до ограды два-три шага, когда соперник вдруг перескочил через барьерчик и нанес два быстрых, резких удара.
Он бил без помех — Белов не успел даже вытащить из карманов рук. Он согнулся пополам и опустился на колено, а красавчик схватил его за волосы и презрительно процедил:
— Тебе чего, других баб мало?.. Вали отсюда, придурок!
Этой секундной паузы хватило, чтоб наконец-то надеть кастет. В следующее мгновение Белов вскочил и с разворота что было сил въехал с правой в челюсть обидчика.
Обливаясь кровью, красавчик рухнул на газон. Оглушительно завизжали девчонки. На Сашу тут же набросились мордовороты. Первого он успел встретить мощным прямым, но второй убойным хуком свалил Белова с ног. Он сразу же попытался встать, но не сумел — трое дружков красавчика принялись яростно охаживать его ногами.
Закрывая руками голову, Саша катался по асфальту, он и лежа старался увернуться от града обрушившихся на него ударов. Но нападавших было слишком много, большинство их ударов достигало цели, и Белов быстро терял силы. Сознание его замутилось, он почти перестал чувствовать боль от беспрерывных пинков.
И уж, конечно, Саша не услышал скрипа тормозов старого «Линкольна» у входа в скверик.
Первым из машины выскочил Фил и со всех ног бросился к Саше. За ним неслись остальные.
— Я ж тебе говорил! — крикнул на бегу Пчела Космосу.
А Фил уже подлетел к мордоворотам. Первого он с ходу свалил могучим прямым в голову — бедолага отключился сразу и надолго. Второму повезло больше — он успел поставить блок и смягчить силу хлесткого крюка Фила. Тут подоспели Космос с Пчелой, и противникам пришлось пятиться к входу в клуб, оставив на асфальте неподвижного Белова. К нему бросился Пчела, подхватил под руки и потащил к «Линкольну».
— Едем, на хрен! — проорал он друзьям. Космос подскочил на помощь к Пчеле, а Фил, отступая в боевой стойке, прикрывал их отход.
Но в этот момент из распахнувшихся настежь дверей клуба вывалилась толпа взбешенных парней. С яростным ревом они со всех ног ломанулись на выручку к своим. Кто-то на бегу доставал кастет, кто-то сделал «розочку» из бутылки, у кого-то в руке сверкнуло лезвие ножа… Дело запахло керосином.
— Шустрее, Кос! — крикнул Пчела.
Но тот наоборот отпустил Белова и кинулся к Филу. Самые резвые из подмоги были уже рядом. Космос ринулся на ближайшего и сразу же получил мощнейшую оплеуху. Он отлетел в сторону, но на ногах устоял. Его обидчик бросился вперед — добивать. Но Космос вдруг резко выхватил из-за пояса ТТ и направил ствол ему прямо в лоб.
— Стоять! — страшным голосом рявкнул он.
Но за шумом драки его крик мало кто расслышал, и тогда он два раза выстрелил прямо под ноги нападающим. Пули высекли из асфальта искры.
— Стоять!!! — ещё громче проревел Космос. Передние тут же осадили назад, задние навалились на них, противник смешался и замер.
— Кто дернется — башку разнесу! — Космос стоял, нервно переводя пистолет с одного на другого.
Пчела уже засунул Белова в машину и сел за руль.
— Кос, резче, ну! — крикнул он.
Фил потащил Космоса к «Линкольну», тот пятился, по-прежнему держа толпу под прицелом.
— Тварь!! Мы тебя достанем! На мясо пойдешь! — летели оттуда бессильные против ТТ угрозы.
С соседней улочки послышался вой приближающихся милицейских сирен. Космос рванул к машине, плюхнулся на переднее кресло, и «Линкольн» с ревом рванул с места.
— Дворами, Пчел! — бросил он другу.
— Знаю, — кивнул он и резко крутанул руль, сворачивая в какую-то подворотню.
Фил улыбнулся полулежавшему Белову.
— Ну что, Сань, жив?
Саша кивнул и с трудом пошевелил разбитыми губами:
— Спасибо, пацаны…
V
Стычка у дискотеки не прошла бесследно. Люберецкие легко вычислили приметный «Линкольн», и уже на следующий день Космоса вызвали на разборку. Он укатил разговаривать со своими старшими — судя по всему, улаживать конфликт предстояло «на высшем уровне».
В беседке у пустыря Космоса поджидали друзья.
— Ну, где этот кент? — беспечно спросил Фил. лениво раскачиваясь на турнике.
— Теофило, тебе же сказано — он со старшаками говорит, — отмахнулся Пчела и повернулся к Саше. — Ребра-то целы?
— Да вроде… Челюсть только болит. Я там ещё появлюсь, — мрачно пообещал он.
— Неизвестно еще, чем вчерашнее закончится… — задумчиво пробормотал Пчела.
Похоже, он один был всерьез озабочен сложившейся ситуацией.
— Я тебе говорю — с Ленкой я ещё не закончил! — твердо повторил Белов.
В нем клокотала обида, короткий разговор с Леной накануне ничего не прояснил, кроме, разумеется, того, что все сказанное Космосом и, Пчелой — правда. Значит, все кончено. Но с Ленкой все равно надо было разобраться до конца.
К беседке подкатил «Линкольн», друзья поднялись навстречу хмурому Космосу.
— Ты где пропадал, дядька? — беззаботно спросил его Фил.
Космос не ответил, прошел в беседку, пожал протянутые руки и со вздохом опустился на лавку. Какое-то время он молчал, нервно жуя губы. Всем стало понятно — вести он привез неважные.
— Новость номер один, — наконец заговорил Космос. — Саня, твой кастет?
— Мой, — Белов взял протянутый ему кастет.
— Вчера ты разбил башку одному из основных на той земле. Зовут Муха…
Пчела и Фил понимающе переглянулись.
— Новость номер два, — продолжал Космос. — Два часа назад их люди встречались с нашими старшаками. Они хотят твою, Санька, голову. Срок — до послезавтра, до пятницы…
В беседке повисла тягостная тишина. Белов обвел взглядом друзей — это что, шутка?.. Космос, прищурившись, смотрел куда-то в сторону, Фил низко опустил голову, Пчела озадаченно потирал лоб. Нет, что-то на шутку не похоже…
Космос шумно вздохнул и продолжил:
— Отвечаю за это я. Не получат твою голову — отвинтят мою… — он растерянно посмотрел на Сашу и покачал головой. — Что делать — сам не знаю… Хоть убей… — его друг как-то жалко, беспомощно улыбнулся и пожал плечами.
И только тогда Белов поверил его словам и понял, что влип в очень скверную историю. Времени было мало, надо было что-то предпринимать. Он заварил эту кашу — ему её предстояло и расхлебывать. Саша достал сигарету, жадно затянулся и с шумом выдохнул дымом.
— Вот что, Космик, расскажи-ка мне об этих ребятах поподробнее, — спокойно и рассудительно попросил он…
VI
В этот сентябрьский денек тепло было совсем по-летнему. На разогретом солнцем песке люберецкого карьера расположилась дружная, сугубо мужская компания. Те, что помоложе, гоняли в футбол, кто-то крутил нунчаки, кто-то просто валялся, ловя последний загар. Чуть поодаль, обставившись кружками и банками с разливным пивом, на пустых ящиках сидели трое мужчин постарше. Потягивая пивко под воблу, они вели неторопливый разговор.
— Швед, ты на кого ставить-то будешь? — спросил самый здоровый из них у своего соседа — мрачного типа в затрапезной кожаной кепчонке.
— На Кота, на кого ж еще? Я того пацана с Запада видел — он вообще мертвый…
— О чем речь? — поинтересовался крепкий блондин с обширными залысинами.
— Ты что, Володь, не в курсах? Мы ж тут бои проводим, чин чинарем, как в «Выходе Дракона», смотрел?.. — пояснил тот, что в кепке, Швед.
Он постарался, чтобы в его голосе не прозвучала тщательно скрываемая неприязнь. Этого плешивого — Володю Каверина — он просто на дух не переносил. И не только потому, что тот служил в милиции, хотя Шведа, имевшего за плечами две судимости, коробило уже от одного этого, но, главным образом, из-за давней и устойчивой антипатии к нему. Уж больно скользким, жадным и наглым был этот мент.
Привлечь Каверина к их делам год назад предложил Муха, двоюродный брат Володи. Иметь своего человечка в ментуре было, безусловно, выгодно, и эту идею братки приняли на ура. Поначалу все шло гладко — Вова сливал им нужную информацию, оказывал кое-какие мелкие услуги и получал за это свою толику.
Но со временем Каверин начал борзеть — совал нос, куда не просят, повсюду лез со своими советами и даже стал требовать свою долю в делах, к которым вообще не имел ни малейшего отношения. Обнаглевший ментяра, похоже, возомнил себя центровым.
Поставить его на место долго не решались — как никак брательник Мухи, — а когда спохватились, было уже поздно. Легавый слишком много знал, отныне из сложившейся ситуации существовало только два выхода: либо полностью принять его за своего, либо загасить милицейского Вову, как свечку на ветру. Авторитет Мухи разрешил эту альтернативу в пользу первого варианта — так лейтенант милиции Каверин стал одним из старшаков у люберецких.
— Я говорю — кино-то видел, нет? — с едва заметным раздражением переспросил Швед у увлеченно грызшего хвост воблы Володи. — А то зашел бы в наш салон, посмотрел.
— У меня дома свой салон, — усмехнулся блондин. — Муха совсем повернулся на видаке…
— Твой двоюродный вообще — Безумный Джо!
— Как он там, кстати? — спросил здоровый. — Как здоровье-то?
— Нормально, — хмыкнул Володя. — Лежит дома, башка перевязанная, «Рэмбо — первая кровь» смотрит.
— Это где он себе руку штопает? Классный фильм… Слышь, Швед, а когда нам лоха-то этого отдадут?
— До завтра ждем, а потом резать поедем, — равнодушно ответил тот и протянул свою кружку здоровяку. — Плесни-ка свежачка…
Но тот его словцо не слышал. Вытянув шею, он всматривался в пространство за спиной блондина.
— Эй, Фома, ты что, уснул? — окликнул его сосед.
Бугай вдруг встал и недоуменно протянул:
— Это что за дела?..
Двое других повернулись в ту же сторону. С гребня карьера к ним неторопливо спускался Белов.
Швед тоже вскочил на ноги, резко свистнул в сторону и взмахнул рукой. Блондин удивился:
— Вы что всполошились, орлы?
— Это тот смертник, который твоему брательнику расколотил череп, — пояснил здоровяк Фома.
К ним уже спешили футболисты, и все, как один, смотрели в сторону приближающегося Саши. Он шел, не поднимая головы, мрачный и решительный. Снял на ходу часы и сунул их в карман.
Блондин, оценив ситуацию, тоже встал.
— Знаешь что, — задумчиво сказал он, — поеду я наверное… Вы уж тут сами разберитесь, мне ещё в райотдел надо…
— Что, мент, запачкаться боишься? — язвительно прищурился Швед. — Оставайся — ты же наш дружбан. На цирк посмотришь, Мухе потом расскажешь…
Блондин поморщился, но промолчал.
А Белов был уже совсем рядом. Он остановился в каких-то двух-трех шагах от них, и его сразу же взяли в кольцо. В руках Фомы появились нунчаки, он решительно шагнул вперед, но Швед положил на его плечо руку.
— Постой-ка. Пусть скажет, что хотел.
— Да ты что, Швед?! — вытаращил он глаза. — Порвать сучонка — и все дела!!
И тут заговорил Саша. Голос его звучал ровно, в нем не было и тени страха, Белов был спокоен, сдержан и рассудителен. Обращался он вроде бы ко всем сразу, но смотрел главным образом на Шведа (о нем рассказал ему Космос).
— Вы все знаете, с чего началась эта заводка. Вы считаете, что я не прав. Я не буду ничего объяснять, потому что касается это только меня и Мухи. У вас есть два выхода: убить меня прямо сейчас или дать нам возможность разобраться один на один. Решите — сейчас, что ж, это ваше право. Но люди в городе будут знать, что вы замочили человека, который пришел к ним в гости. Пришел, чтобы решить вопрос по справедливости.
Помолчав секунду-другую, Саша присел и зачерпнул горсть песка. Едва заметная улыбка коснулась его губ.
— Я знаю, что делаю, когда прихожу один на вашу поляну. Потому что жизнь моя не дороже этого вот песка, — он разжал пальцы и ветерок тут же сдул с его ладони легкие песчинки. — Важно, что скажут люди, — продолжил он, вставая. — Если про меня или про кого-то из вас, — Саша прямо взглянул в глаза Шведа, — скажут, что он фуфло, — ну зачем тогда жить?.. Верно?
Он умолк, словно ожидая ответа на свой вопрос, но никто из люберецких не издал ни звука. Саша обвел глазами кольцо вокруг себя — «братки» смотрели на него без злобы, кое-кто опустил голову, а кто-то задумчиво хмурился. Оглядев всех, Белов опять повернулся к Шведу. Тот коротко переглянулся с лысоватым Володей, с мордастым бугаем, потом почесал затылок, сдвинув на глаза свою кепку, и, наконец, нехотя ответил:
— Ладно, пацан, мы это дело с Мухой обмозгуем. А ты… ты ступай пока, мы тебя потом сами найдем.
Швед повернулся и решительно зашагал прочь. За ним, что-то втолковывая ему на ходу, двинулись блондин и здоровяк, а следом — и все остальные.
Через минуту Саша остался совсем один, если не считать забытых на песке банок из-под пива.
Гора свалилась с плеч Белова, и он поспешил домой — ему не терпелось обрадовать друзей результатами своей встречи с люберецкими. Но его рассказ о визите на карьер вызвал совсем не ту реакцию, которую он ожидал.
— Ты вообще соображаешь, куда поперся? Саня, ты что, больной?! — возмущенно орал на него Космос, он метался по беседке, как тигр в клетке. — Ты нас-то за кого держишь?..
— Во-первых, не ори, — хмурился Саша. — А во-вторых, что — лучше бы тебе башку отвинтили?! Нет уж, я сам это завязал, сам и развяжу!..
— Пупок ты себе развяжешь! — в сердцах закричал Космос. — Да Муха из тебя рагу сделает!
— Один на один — не трое против одного, — упрямо покачал головой Белов. — Все должно быть по-честному!
— Да ты будь счастлив, что вообще ещё дышишь!..
— Слушай, отвали!! — разозлился, наконец, и Белов. — Ты достал меня уже!
Космос, молча рубанув рукою воздух, отошел к машине. Пчела неодобрительно покачал головой.
— Саня, ты не прав. Нельзя было одному ехать, ты этих людей не знаешь — они на всю голову отмороженные.
— Нет, Саня молодец! — не согласился Фил. — Глупо только, что один поехал. Башку бы отбили толпой…
— Во всяком случае сам за себя ответил — и все! — подвел итог затянувшемуся спору Белов.
Не тут-то было — в беседку опять ворвался взбудораженный Космос. Он кинулся к Саше и, тыча пальцем ему в грудь, сердито и внушительно зачастил:
— Запомни, Белов, — мы с первого класса вместе! И за все, что мы делаем, мы тоже будем отвечать вместе! Пойми ты наконец: мы — бригада!!! Понял?!
— Да пошел ты со своей бригадой! Не знаю я никакой бригады! — взорвался Саша. Он выскочил из беседки и пошел прочь. Через пару шагов он обернулся и крикнул: — Я знаю только, что у меня есть друзья — и все! Ясно тебе?! Бригадир хренов!..
Он с досадой взмахнул рукой и пошел дальше — больше уже не отлядываясь. Озадаченные друзья молча смотрели ему вслед.
VII
Дома Белов не находил себе места. Нервно курил на балконе, кругами ходил по квартире, хватался то за книжку, то за альбом с фотографиями, но на месте ему не сиделось, и он снова отправлялся курить.
Да, совсем не таким представлялось ему возвращение в Москву… То есть, он догадывался, разумеется, что жизнь на гражданке не будет такой простой и ясной, как в армии, но чтоб настолько! Навалилось все сразу — и Ленкина измена, и эта история с Мухой…
Впрочем, теперь-то с Мухой все было более или менее понятно. Главное — удалось договориться о честном, один на один, бое. Один на один Саша не боялся никого. Он верил в себя, в свои силы, да и соперник его на Майка Тайсона никак не тянул. Так что предстоящий бой с Мухой его не слишком беспокоил.
А вот Ленка… То, что произошло с нею, никак не укладывалось в его голове. Он снова и снова вспоминал ту, прежнюю Лену. Как, волнуясь, читала она Есенина на школьном вечере, как смеялась, запрокидывая вверх голову, как трогательно смущалась и краснела от его намеков и скабрезных шуточек. И конечно он вспоминал их первую близость, и то, как, дрожа от робости и стыда, расстегивала она пуговицы на платье.
Все долгих два года в армии Саша был уверен в ней, как в себе. Думал: вот вернется домой — Ленку в охапку, и сразу в ЗАГС. И на тебе!
Что же заставило тихую, мечтательную девушку превратиться в бесстыдную шлюху, в бандитскую подстилку?! И вообще, что происходит в этой жизни?! Почему Космос — профессорский сын, безобидный, в сущности, разгильдяй и обалдуй — связался с криминалом?
Ну Пчела — ладно, тот ещё в школе подфарцовывал разной мелочевкой, водил знакомства с какими-то скользкими людишками… Но Космос?!! Самое страшное преступление, на которое он был способен раньше, — это стащить из библиотеки понравившуюся книжку.
А теперь он таскает за поясом «тэтэшник» и как ни в чем не бывало палит из него в самом центре города! Что же, черт возьми, здесь происходит?!! Почему все разом перевернулось и встало с ног на голову?! Неужели два года и в самом деле такой большой срок?..
Из тяжелых раздумий Белова вывел голос матери:
— Саня, иди ужинать!
Он зашел на кухню, встал в дверях и вдруг предложил:
— Мам, давай собаку купим.
— Зачем нам собака? — улыбнулась она. — Стиральную машину сторожить?
— Ну… чтоб дружить, — пожал плечами Саша. — Знаешь, у меня в армии второй пес был классный, Полем звали, — так он разговаривать умел, представляешь, мам?
— Да что ты! — удивилась Татьяна Николаевна, накрывая на стол. — А с первым-то что случилось?
— Он… чумкой заболел и умер, — соврал Белов. Ну не рассказывать же маме о том, что Дика в камышах на берегу Пянджа прирезал нарушитель.
— Вот видишь… А не дай бог и этот заболеет да умрет — горе-то какое!
— Ну так ухаживать надо: прививки там, то, се… — он задумчиво смотрел в окно. — А потом, знаешь, мам, какой у собаки самый главный плюс, который больше всех остальных минусов?
— Какой?
Саша опустил голову.
— Собака не будет тебе в любви клясться, а потом по чужим койкам прыгать!..
Он с досадой припечатал ладонью по стене, резко развернулся и ушел к себе, бросив через плечо:
— Я не буду есть, мам…
Дверь в комнату сына плотно закрылась. Татьяна Николаевна медленно опустилась на стул.
— Ох, горе ты мое, господи… — тихо вздохнула она.
Сердце её было не на месте. Мать видела, как мучается сын, но помочь ему ничем не могла. От этого было ещё тяжелее.
Татьяна Николаевна ещё долго сидела на кухне. Со стола она не убирала — надеялась на то, что Саша все-таки выйдет поужинать. Но в комнате сына стояла полнейшая тишина, и тогда мама осторожно заглянула к нему. На сей раз уставший от переживаний и нервотрепки Саша действительно спал.
Вдруг зазвенел телефон. Сняв трубку, Татьяна Николаевна закрылась на кухне. Это была сестра, Катя, и интересовалась она племянником.
— Нет, Кать, знаешь, совсем не изменился, — вполголоса рассказывала Татьяна Николаевна. — Ну, физически, конечно, возмужал, окреп, а рот откроет — все тот же ребенок. Представляешь, собаку завести хочет… Ага… Ага… Ой, не говори, Кать! У него же барышня что натворила… Да… А откуда ты знаешь? Ах, ну да, я же тебе уже говорила. Так вот: как узнал — ходит зеленый, подрался где-то… Я бога молю, чтобы только не влез куда из-за этой… не знаю даже, как её и назвать… Нет, ну жизнь есть жизнь — это понятно, но мой-то Санечка чем виноват?

Белов Александр Константинович (Селидор) - Бригада - 1. Бои Без Правил => читать книгу далее


Надеемся, что книга Бригада - 1. Бои Без Правил автора Белов Александр Константинович (Селидор) вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Бригада - 1. Бои Без Правил своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Белов Александр Константинович (Селидор) - Бригада - 1. Бои Без Правил.
Ключевые слова страницы: Бригада - 1. Бои Без Правил; Белов Александр Константинович (Селидор), скачать, читать, книга и бесплатно