Левое меню

Правое меню

 Мельников Геннадий - Эта Старая Пластинка 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Харт Кэтрин

Дуэт - 1. Поруганная честь


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Дуэт - 1. Поруганная честь автора, которого зовут Харт Кэтрин. На сайте strmas.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Дуэт - 1. Поруганная честь в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Харт Кэтрин - Дуэт - 1. Поруганная честь, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Дуэт - 1. Поруганная честь равен 274.7 KB

Харт Кэтрин - Дуэт - 1. Поруганная честь - скачать бесплатно электронную книгу



Дуэт – 1

OCR Eleanorlib
«Поруганная честь»: Олма-Пресс; Москва; 1997
Оригинал: Catherine Hart, “Forever Gold”
Перевод: И. Гилярова
Аннотация
С того момента, как Блейк Монтгомери остановил дилижанс, в котором Меган Коулстон направлялась к своему жениху, девушка испытывала к своему похитителю только ненависть. Как посмел он похитить ее и скрывать в заброшенной горной хижине ради выкупа? Как посмел он украсть ее невинность? И как посмел он украсть ее сердце, если все, что он может предложить ей, это несколько мгновений запретной жаркой страсти…
Кэтрин Харт
Поруганная честь
1
Дилижанс резко подскочил на выбоине. Пассажиры, а их ехало семеро, со стонами повалились друг на друга. Меган Коулстон едва подавила крик, когда ее подбросило вверх. Маленькая кокетливая шляпка смялась о крышу кареты. Рухнув вниз, Меган схватилась за руку матери, чтобы не свалиться на пол. Шляпка съехала на один глаз, придав ее обладательнице залихватский вид.
— Ох, пропади все пропадом! — пробормотала Меган в раздражении, сдувая выбившуюся прядь рыжевато-каштановых волос с разгоряченного лица. Лучистые серые глаза сконфуженно сверкнули из-под длинных густых ресниц, когда она поспешила вновь чинно расположиться на своем месте и разгладила помятую юбку тонкими пальчиками. Грушевидный бриллиант мигнул на безымянном пальце левой руки. Хоть и некрупный, он служил напоминанием о мужчине, который ждал ее в конце этой утомительно долгой поездки и за которого она должна была в скором времени выйти замуж. Мысль об этом подбодрила ее, и улыбка заиграла в уголках губ, розовых от природы и достаточно пухлых, чтобы искушать мужчину убедиться в их нежности.
Сняв с головы помятую шляпку, Меган нахмурилась вновь. Из груди вырвался недовольный возглас, когда она потрогала остатки того, что минуту назад было веселой розочкой, а теперь напоминало скорее раздавленную клубнику.
— Ну вот! — фыркнула она. — Лучше бы мы отправились из Абилина верхом, а не тряслись в этом жутком дилижансе на Тусси.
— Ладно, Меган, — произнес Эван Коулстон как можно терпеливее, хотя и сам страдал от неудобств, — ты ведь сама знаешь, что это было невозможно. По твоему настоянию мы взяли столько вещей, что еще удивительно, как нам удалось сесть в дилижанс. Я уж боялся, что придется грузить пожитки на телеги — на две, а то и на три. По-моему, вы с матерью подчистили все, что было у нас в доме.
Джейна Коулстон взглянула на мужа с лукавой усмешкой:
— Не слушай отца, Меган. Он старается не замечать, что его дочка уже стала взрослой. Если бы он мог диктовать свою волю природе, ты вечно оставалась бы маленькой девочкой, которая любит взбираться к нему на колени и выпрашивать пенни и леденцы. А теперь, когда ты вот-вот станешь миссис Кирк Хардести, он вдруг понял, каким стал старым.
Меган невольно рассмеялась, увидев раздраженный взгляд отца, которым тот смерил жену.
— Это нечестно, Джейна, — проворчал он, — да и неправда. Да, для меня было неожиданностью, когда молодой человек обратился ко мне и попросил руки нашей дочери. Ведь, кажется, только вчера еще она читала по складам свою первую книжку. И все же я знал, что рано или поздно это случится. Не понимаю лишь одного — почему именно Кирк Хардести? Почему Меган не могла выйти замуж за какого-нибудь хорошего парня из Абилина, а не ехать куда-то за тысячу миль?
Джейна разделяла огорчения мужа, хотя и не решалась сказать об этом Меган. Ей было больно думать, что их единственную дочку судьба заносит в такую даль. Они будут видеться с ней очень редко и станут чужими для собственных внуков, которые рано или поздно появятся. И все же Джейна понимала, что, несмотря на любовь к родителям, сердце Меган стремилось к Кирку. Сомнений нет, он красив — пожалуй, даже чересчур, — каштановые волосы, яркие голубые глаза и миловидное лицо. Да, парень, как картинка! И все-таки что-то в его облике, что-то неопределенное вызывало в Джейне беспокойство. Возможно, дело в глазах, таких ярких, что, казалось, они пронизывают тебя насквозь, и таких холодных, что, когда в них заглядываешь, по спине непроизвольно ползут мурашки.
Однако, хотя Джейне и не нравились глаза будущего зятя, нельзя было не признать, что он обращается с ее дочерью как с королевой и что так, несомненно, будет продолжаться и потом, когда они с Меган поженятся. Кирк и его мать, Опал Хардести, были богатыми землевладельцами, им принадлежала большая ферма неподалеку от Тусона. Меган познакомилась с Кирком несколько месяцев назад, когда он прибыл в Абилин после долгого и утомительного перегона скота. За несколько дней девчонка влюбилась в красивого, галантного ковбоя. Он щедро осыпал ее комплиментами и подарками, словно денег у него было не меньше, чем цветистых фраз. Через несколько недель уже состоялась помолвка, и лишь непреклонность Эвана и Джейны не позволила им тут же и обвенчаться. Нет уж, если их единственная дочь и выйдет замуж, то сделано это будет как положено, после приличествующего времени помолвки, в красивом платье, при соответствующем приданом, и чтоб церемония бракосочетания прошла красиво. Только в одном они уступили. Свадьба должна была состояться в доме Кирка. Отсюда и поездка в Тусон.
— А я-то думала, что тебе нравится Кирк, папа, — сказала Меган.
— Я ничего не имею против парня, вот только живет он слишком далеко, — заверил ее Эван, хотя, как и жена, не мог отделаться от смутных опасений. Ведь он едва знал человека, который должен теперь забрать их единственную дочь так далеко. Они с Джейной уже много лет владели гостиницей, так давно, что он уже потерял счет годам, и за это время пришлось навидаться разной публики. Волей-неволей станешь знатоком характеров. Определенно в этом Кирке Хардести кроется что-то не совсем хорошее. Однако сколько Эван ни размышлял, что же беспокоит его в Кирке, разгадка ускользала. Как бы там ни было, он надеялся, что это какая-нибудь мелочь, которая не заставит дочку пожалеть о своем замужестве.
Быть может, как намекала Джейна, он просто испытывает к Кирку неприязнь за то, что тот забирает его дочь и заставляет вспомнить, как быстро летит время. Ведь Меган уже восемнадцать лет, она стала красивой девушкой, готовой вступить в самостоятельную жизнь, выйти замуж. Надо же! И когда только на хрупком тельце появились все эти женственные округлости, которые так любят пожирать глазами парни и о которых так сожалеют отцы? Где он был, когда прелестная улыбка Меган сделалась роковой, когда тонкие ручки и ножки внезапно наполнились грацией и плотью? Понадобился приезд Кирка, чтобы вывести Эвана из его слепоты, и он не мог с чистым сердцем сказать, что благодарен парню за такое неожиданное прозрение. Честно говоря, он всей душой противился этому. Жаль, что Всевышний не благословил его и Джейну множеством детей в их браке. Тогда, возможно, потеря Меган не ударила бы его так больно и не пришлось бы чувствовать себя сейчас таким старым и несчастным.
Меган тоже была погружена в раздумья, большей частью о Кирке. Завтра она увидит его опять, после нестерпимо долгих месяцев разлуки. Еще один день в этом грязном тряском дилижансе, от которого уже болят все кости. Еще один день они будут есть всякую дрянь и мучиться от пыли, которая проникает во все поры на теле. Еще день удушающей жары, от которой вся одежда взмокла и липнет к телу, а по спине ручейками льет пот.
Еще одна ночь в жалких комнатушках на станциях, мытье в тазу с тепловатой водой, когда ужасно хочется залезть в большую ванну, полную горячей воды с душистой мыльной пеной.
Хоть она и мечтала о настоящей ванне и чистых волосах, еще больше ей хотелось оказаться рядом с Кирком. Казалось, прошла вечность, с тех пор как он держал ее в объятиях и нашептывал о своей любви, как они украдкой целовались на качелях, что висят у них на веранде. Однажды он даже осмелился и провел пальцами по ее груди, и тогда у нее по телу пронеслась какая-то жгучая волна, заставившая ее испугаться и задрожать. Часто он пытался открыть ей рот во время поцелуя, но Меган не допускала вольностей, как и не позволяла больше прикоснуться к груди. Сколь бы ей ни хотелось этого самой, она была уверена, что порядочные девушки не разрешают такого до свадьбы. Чего доброго, Кирк потеряет к ней уважение. А Меган не хотелось упустить его. Кирк настолько хорош, пожалуй даже слишком, что становилось боязно.
Сначала Меган поразила красивая внешность Кирка. И то, что этот красавец заметил ее, приводило девушку в упоение. Когда он признался в любви, она буквально онемела от восторга. У нее кружилась голова при мысли о том, что этот роковой мужчина, который мог, вне всяких сомнений, добиться любой девушки, выбрал именно ее. Впервые в жизни она ощутила себя женщиной. Пройтись под руку с ним по улице, стоять рядом с ним в церкви, заставить подруг корчиться от зависти… как все это ново и удивительно! Меган расцветала под его комплиментами, ее самооценка возрастала не по дням, а по часам — впервые она стала сознавать силу своей женской власти над мужчиной. Сбывались самые заветные девичьи мечты о богатом и красивом мужчине. Она с восторгом приняла его предложение и вот через несколько дней станет его женой. Уж точно, ни одной девушке не повезло так, как ей, хотя путешествие до Аризоны и оказалось долгим и утомительным. Но Меган без колебаний отправилась бы и на край света, чтобы выйти за него замуж. Кирк стоит всех дорожных неудобств.
Меган задремала. Сквозь легкий сон до нее доносился тихий разговор отца с матерью и громкий храп дородного джентльмена, что сидел наискосок от нее. Семилетний мальчик ютился на маленькой откидной скамеечке между двумя сиденьями. Он непрестанно болтал ногами, иногда задевал за ногу матери, и та резко его одергивала. Терпение бедной женщины постоянно подвергалось суровым испытаниям в течение всей поездки. Между ней и дородным джентльменом сидел высокий тощий проповедник. В отличие от веселого священника, который был у них в Абилине, у этого вид был кислый и неприятный — такой призовет кару Господню на голову всякому, кого заподозрит в малейшем прегрешении. Хорошо еще, что большую часть времени он проводил за чтением Библии, не обращая внимания на попутчиков. Тут мысли Меган стали путаться, и ее незаметно одолел сон.
Проснулась она от толчка. Впрочем, не просто от толчка — она обнаружила, что сползает на пол дилижанса и никак не может остановиться. Ее пораженный вопль был едва слышен среди всеобщих криков и визга. В какой-то момент, в полусонной оторопи оглядываясь вокруг, она подумала, что все еще не проснулась от кошмарного сна. Молодая мать крепко прижимала к себе сына и истерически кричала. Джейна страшно побледнела, и ее правильные черты лица исказились страхом. Священник истово молился, крепко зажмурив маленькие глазки. Эван Коулстон и другой джентльмен бросали в окно настороженные угрюмые взгляды. Меган с удивлением увидела, как отец вытаскивает револьвер из потайного кармана куртки. Полный мужчина, которому она свалилась на колени, держал небольшой дерринджер — крупнокалиберный пистолет.
Все это запечатлелось у нее в голове за несколько секунд. Дилижанс летел по дороге с бешеной скоростью, возницы кричали на лошадей и оглушительно щелкали бичом. И тут Меган озарила ужасная догадка: это не щелканье бичей, а выстрелы. И как бы в подтверждение с крыши дилижанса прогремел еще один выстрел.
А затем она уже почти ничего не различала. Эван столкнул жену вместе с дочерью на пол и закричал сквозь шум:
— Лежите там и не вставайте, пока я не скажу. Перепуганной женщине с маленьким сыном он приказал то же самое:
— Все пригнитесь и не поднимайте голов!
С этого момента в голове у Меган все смешалось. Карета неслась на страшной скорости по ухабам. Один раз она подскочила так сильно, что едва не опрокинулась, отчего Меган сильно ударилась головой о дверь и у нее полетели из глаз искры. Мужчины кричали, отовсюду гремели выстрелы, дилижанс подскакивал и грохотал. Из-под колес скачущих лошадей летело столько пыли, что невозможно было дышать, не говоря уже о том, чтобы что-то видеть. Меган услышала, как над головой какой-то мужчина закричал от боли, потом послышался глухой стук по крыше.
— Одного кучера ранили! — услышала она голос отца.
— Проклятье! Они скоро доберутся и до нас! — ответил толстяк. — Мы никуда не денемся от них в этой колымаге!
Кто такие «они», оставалось догадываться. Священник еще истовей зачастил свои молитвы. Как ни была Меган испугана, ей захотелось расхохотаться. Звук конских копыт нарастал, один из выстрелов прогремел так близко, что она вся сжалась и беззвучно вскрикнула от страха.
Дилижанс сбавил скорость, а затем и вовсе остановился. Воцарилась зловещая тишина, длившаяся, казалось, целую вечность. Никто не шевелился, не издавал ни звука. Наконец снаружи кто-то прорычал по-испански отрывистый приказ. Вероятно, его не послушали, и он повторил на ломаном английском. В окно Меган увидела, как с крыши упало ружье, глухо стукнув о землю. Затем раздалась команда, произнесенная с жутким акцентом:
— Всем выйти, руки вверх!
— Эван? — вопросительно прошептала Джейна, взглянув на мужа.
— Ничего другого не остается, Джейна, — сокрушенно вздохнул тот. — Их слишком много.
— Не беспокойтесь, леди, — успокоил женщин толстяк. — Скорее всего они отпустят нас восвояси, только заберут все, что покажется им ценным.
Дверца дилижанса распахнулась, и глазам пассажиров предстали три бандита в масках и с ружьями, нацеленными прямо внутрь кареты.
— Сначала выбрасывайте свое оружие, потом медленно выходите сами.
Скрипнув зубами, Эван подчинился. Другой мужчина тоже швырнул свой пистолет в открытую дверь. Выйдя из кареты, Эван повернулся, чтобы помочь женщинам, но его оттолкнул в сторону один из бандитов. Заглянув в карету и увидев лежащих там на полу трех женщин, он вкрадчиво засмеялся.
— Mujeres, доставьте мне удовольствие, позвольте помочь вам выйти.
Бандит протянул руку молодой матери, которая тут же отпрянула с оглушительным визгом. Пожав плечами, он бесцеремонно вытащил кричавшую женщину наружу. Толкнув ее к Эвану, он помог выбраться мальчику, затем Джейне и Меган.
Колени у Меган дрожали так сильно, что она едва держалась на ногах, стоя рядом с родителями и глядя, как из дилижанса вылезают двое других мужчин. На глазах пассажиров их багаж быстро обыскали, затем с крыши сняли два тяжелых сундука. Прицельный выстрел сбил замок с первого, и, когда крышку подняли, бандиты издали восторженный клич. Сейф был наполнен деньгами, пачками зеленых долларов, предназначенных для тусонского банка. Второй ящик, хотя и поменьше, содержал в себе еще более богатую добычу, поскольку был до краев наполнен сверкающим золотом.
Двое бандитов проворно перенесли краденое на спины лошадей, а остальные пятеро стояли с ружьями наготове возле оробевших пассажиров и двух кучеров. Раненый возница лежал на земле, зажав руками рану на бедре. Его штаны пропитались кровью, лицо побледнело; впрочем, рана не была смертельной. Несколько дней полечится у тусонского доктора — и будет в порядке.
Вот двое налетчиков вразвалку подошли к своим жертвам, сбившимся в жалкую кучку. Один из бандитов с явной насмешкой в голосе сказал:
— Рог favor, пожалуйста, теперь отдайте нам свои ценные вещи. Деньги, кольца, часы, украшения кладите в этот мешок.
Люди угрюмо повиновались, только священник мало что смог отдать грабителям. Джейна сняла брошку из слоновой кости с ворота платья и со слезами бросила ее в дорожный мешок. Но когда разбойник протянул руку к ее обручальному кольцу, она в отчаянии отпрянула, сжав руки в маленькие кулачки.
— Нет! — пронзительно закричала она. — Вы не посмеете отнять у меня обручальное кольцо! Боже, неужели вы такие мерзавцы?
Меган видела сквозь слезы, как лицо мужчины покраснело от гнева под маской. Она знала: если этот негодяй осмелится поднять руку на ее мать, отец немедленно бросится на него, хоть тот и вооружен, и наверняка будет убит! И когда она уже была уверена, что разбойник ударит мать, послышался резкий окрик одного из главарей, по-прежнему сидевшего на гнедом жеребце. Меган не понимала испанского, но смысл был ясен, поскольку здоровяк неохотно отступил. Матери позволили сохранить ее драгоценное обручальное кольцо. Пройдя мимо Меган, он направился к молодой матери и забрал камею на цепочке и перстень с маленьким рубином, но, неуверенно оглянувшись на своих сообщников, оставил и ей золотое обручальное кольцо.
Наконец он подошел к Меган. Сдерживая слезы, она со вздохом сняла кольцо с жемчужиной, подаренное ей отцом всего лишь на прошлой неделе. Золотые часы, принадлежавшие ее бабушке, полетели следом в подставленный мешок. Жуткий человек продолжал выжидающе глядеть на нее. Затем показал на маленькие жемчужные капли в ушах:
— Los pendientes, сеньорита, их тоже.
Меган глядела на него, молча проклиная алчных негодяев, а рука сама собой поднялась, чтобы снять серьги. Но тут воздух снова прорезал властный бас. Два бандита обменялись по-испански резкими фразами, а Меган с беспокойством ждала, не зная, что ей делать.
— Подойдите сюда, сеньорита, — внезапно приказал тот же бас. Глаза Меган пугливо взметнулись к лицу восседавшего на коне мужчины, но мало что удалось разглядеть. Нижнюю часть лица закрывала бандана, цветной платок, а край черной шляпы был надвинут почти на глаза, скрывая остальную часть лица. — Ну! — рявкнул он, когда она застыла в нерешительности.
Меган повернула умоляющие глаза к отцу.
— Что мне делать, папа? — спросила она дрожащими губами. И тут на нее упал аркан, обвив тело и прижав руки к бокам. Крик ужаса вылетел из ее сжавшегося горла, а взгляд снова взметнулся к лицу сидевшего на коне бандита.
— Muchacha, — ровным низким басом пророкотал он. — Когда я приказываю, надо повиноваться. — Шаг за шагом он спокойно подтянул к себе дрожащую пленницу.
«Ее глаза похожи на нежные серые облака, такие же огромные и трепетные, — подумал он про себя. — А сама она — как пойманная голубка, маленькая и беззащитная». Он наблюдал, как она борется со страхом, все больше выступавшим у нее на лице, но дрожащие губы выдавали ее. Ровные белые зубки выглядывали из-за нижней губы, и это выдавало ее, как она ни старалась собрать все свое мужество перед лицом неизвестного врага.
Когда она уже стояла перед ним, он спросил:
— Как ваше имя, прелестная сеньорита? Маленький подбородок с вызовом вскинулся кверху, когда она вытянула шею, чтобы смотреть ему прямо в лицо.
— Меган, — тихо ответила она, и ее голос чуть задрожал. — Меган Коулстон.
— Дай мне твою руку, Меган. — Он ослабил лассо, и оно упало к ее ногам, высвободив руки.
Поколебавшись секунду, онд медленно подняла правую руку.
— Нет, другую, — поправил он.
Подозрительно нахмурившись, Меган подчинилась. Длинные сильные пальцы обхватили ее ладонь теплой хваткой. Меган спокойно стояла, пока не почувствовала, что его пальцы пытаются снять бриллиантовое обручальное кольцо.
— Нет! — закричала она. — Нет! Прошу! Это мое обручальное кольцо. Прошу вас, оставьте его мне! Пожалуйста!
Несмотря на то что он был гораздо сильнее, она пыталась сомкнуть пальцы, выдернуть руку из его твердой хватки. Он не отпускал ее, и она стала сопротивляться еще сильнее, уперлась правой рукой ему в бедро и попыталась вырваться. Сильный конь слегка пошевелился, но бандит управлял им так же легко, как снимал кольцо с пальца Меган, не отпуская ни на секунду ее ладони.
Быстрым взмахом руки он швырнул колечко второму бандиту, тому, кто держал мешок.
— Вот, amigo, держи. Я нашел себе кое-что поинтереснее.
Его тихий, издевательский смех и галантность, с какой он снимал ее драгоценное кольцо, в конце концов разозлили Меган.
— Бесстыдное животное! — пронзительно закричала она, и ее серые глаза засверкали будто серебряные доллары. — Верни мне мое кольцо! Оно мое, и ты не имеешь права отбирать его!
А он продолжал смеяться, глядя на нее сверху вниз, и в своем гневе Меган вовсе как-то не обратила внимания, что ей удалось разглядеть его глаза и что они сверкали яркой голубизной, а вовсе не были карими, как у большинства испанцев. Его жесткие пальцы крепко схватили ее за руку у локтя, не позволяя ей сопротивляться.
— Ах, так у тебя норов под стать твоим волосам! — тихо протянул он. — А я-то думал… Что ж, это еще интересней. — Он схватил ее за другую руку и, прежде чем она успела опомниться, поднял с земли и посадил впереди себя в седло.
Сначала она пискнула от удивления, потом взорвалась.
— Отпусти, болван! — завизжала она, не замечая восторженных возгласов остальных бандитов, которые следили за происходящим с нескрываемым интересом. Лишь испуганные рыдания матери и тревожный возглас отца заставили ее наконец опомниться.
— Бога ради, Меган, не зли их, — предостерег ее Эван. — Пусть забирают кольцо. Кирк поймет. — Эван обратил рассерженный взгляд на человека, держащего его дочь: — Прошу тебя, опусти ее на землю. Вы уже забрали у нас все ценное и достаточно над нами поизмывались.
Главарь бандитов покачал головой:
— Нет, сеньор. Я решил немного подержать у себя твою маленькую злюку. Возможно, она неплохо развлечет меня. Ведь в конце концов мы напали на дилижанс, чгобы забрать все ценное, а что может быть ценнее, чем красивая, юная и соблазнительная сеньорита?
Вой Джейны слился с визгом Меган, но их заглушил гневный рык, который издал Эван. Он яростно рванулся вперед и остановился лишь после того, как ему в живот уперлось дуло ружья. Когда он согнулся от боли, Меган снова закричала, и ее маленькие кулачки обрушились на державшего ее бандита.
— Проклятые негодяи! Не смейте бить моего отца! — Слезы засверкали в ее глазах словно капли дождя, когда она заглянула в бездонные голубые озера главаря.
— Не беспокойся, мистер Коулстон, — холодно процедил тот, спокойно сжав одной рукой оба кулачка. — Твоя драгоценная дочь рано или поздно вернется к тебе, хотя не обещаю, что состояние ее не изменится к тому времени. Это зависит от многого, и в немалой степени от того, с какой готовностью она будет выполнять мои просьбы.
К этому времени остальные бандиты уже восседали на конях, хотя их револьверы по-прежнему были нацелены на испуганных пассажиров.
— Пожалуйста, если в вас есть хоть капля милосердия, отпустите мою дочь! — умоляла Джейна, и слезы ручьем текли по ее бледным щекам.
Меган сопротивлялась, извиваясь изо всех сил и выкрикивая ругательства вперемежку с яростными всхлипываниями.
— Отпусти меня, проклятый негодяй! Да я скорее умру, чем поеду с тобой! Отпусти, мерзавец, ты… ты… ублюдок!
— Вам так просто это не пройдет! — вмешался второй возница. — Похищение людей — серьезное преступление, даже в этих местах. Шериф вас повесит за это.
— Пусть сначала поймает, — хладнокровно процедил бандит.
— Господь покарает вас за это, — сказал священник. — От него вы никуда не ускачете. Он отправит вас жариться в аду навечно за ваши преступления против невинной девушки. Будьте прокляты навеки.
Грудь бандита затряслась от смеха. Меган ощутила это спиной.
— Если я уж все равно проклят, пастор, то постараюсь нагрешить всласть. — Крепко обхватив Меган, он пустил коня в галоп.
Как ни извивалась девушка, она не могла даже пошевелиться, только выкрикивала разные оскорбительные слова, между тем как они все больше и больше удалялись от дилижанса и родителей. Рука бандита еще крепче обхватила ее за талию, так что ей трудно было дышать.
— Сейчас мы чем-нибудь заткнем твой грязный рот, querida, — тихо пригрозил он. Как только они одолели перевал, он снял с лица маску и быстро завязал Меган рот, заставив ее онеметь. А еще связал ей руки и прикрепил к седельной луке. — Теперь ты немножко посидишь спокойно, моя маленькая злючка, — засмеялся он, глядя в ее сверкающие гневом глаза.
Меган зарычала из-под платка, ненавидя его за то, что испугал ее, похитил, украл обручальное кольцо, открыл такое красивое лицо под стать смеющимся темно-синим глазам. Ведь такой негодяй должен по всем правилам и резонам быть безобразным! Как несправедлива жизнь!
2
Проскакав около трех миль, грабители рассеялись в разные стороны, предоставив Меган и ее одинокому похитителю ехать своей дорогой. Тот направил гнедого в сторону горного хребта, который лежал к востоку от Тусона, и пустил коня легкой рысью. Они ехали молча, и пленница не могла понять, куда они направляются и что ее ждет впереди. Если бы не рука, так крепко державшая ее за талию, Меган могло бы показаться, что он совершенно забыл про нее.
В возбужденном сознании Меган метались разные невысказанные вопросы, всплывали всякого рода ужасы, слишком пугающие, чтобы останавливаться на них, но слишком реальные, чтобы просто отмахнуться. Куда везет ее этот сумасшедший? Какая ужасная участь ждет ее? Намерен ли он причинить ей зло? Может, убьет? За что? Почему именно ее? Почему теперь, когда ее жизнь едва началась, когда она собиралась выйти замуж за человека, которого обожала? Еще утром жизнь казалась ей такой чудесной! И вот все мечты о муже и детях разрушены этим синеглазым дьяволом, который молча и беззаботно скачет на коне и прижимает ее к себе так крепко, что она ощущает его тепло даже сквозь разделявшую их одежду.
Чем дольше они скакали, тем сильнее беспокоило ее молчание, тем сильнее она тревожилась и тем больше злилась. В конце концов Меган не выдержала. Запрокинув назад голову, чтобы посмотреть ему в лицо, она злобно прорычала сквозь ткань, закрывавшую ей рот, и ее выразительные глаза впились в него словно кинжалы. Убедившись, что ее попытки привлечь к себе внимание ни к чему не привели, девушка прибегла к более энергичным мерам. Вывернувшись из его крепкой хватки, она дернулась в сторону. И все-таки он по-прежнему упорно молчал, пока Сильный удар пятки не пришелся ему по ноге выше сапога.
— Ух! Маленькая озорница! — рявкнул он. — Что ты вытворяешь, разрази тебя гром? Если не будешь сидеть спокойно, то выпадешь из седла и у меня появится искушение оставить тебя болтаться на связанных руках весь остаток дороги.
Ответом Меган был отчаянный визг из-под платка и резкий удар ему в ребра.
— Проклятая ведьма! — взвыл он и остановил коня. Резко повернув ее к себе, он приблизил к ней лицо, на этот раз искаженное гневом. — Еще раз повторяю: сиди тихо и спокойно, а то стащу тебя с лошади и надеру задницу! — Он встряхнул ее так сильно, что у нее застучали бы зубы, если бы не платок. — Теперь ты поняла меня?
Меган прекрасно поняла, поскольку в его голосе больше не слышалось прежней испанской живости. Он говорил на чистом английском, без акцента. Ярость, сверкавшая в его темно-синих глазах напугала ее даже сильнее, чем молчание. Она чопорно кивнула, давая ему понять, что хорошо поняла смысл его слов.
— Ладно. Веди себя хорошо. А то у меня быстро лопнет терпение. — Он снова устремил глаза вперед, и они возобновили свой путь к горам.
Вскоре рот и горло у Меган пересохли. Губы омертвели, и она уже не ощущала зажатой между ними ткани. Даже ребра болели от давления крепко обхватившей их руки. Много часов она сидела прямо, стараясь держаться насколько возможно подальше от ненавистного тела, однако боль в крестце и лопатках сделалась почти невыносимой от постоянного напряжения. В конце концов, издав обреченный вздох, она расслабилась у его широкой груди, хотя и отказывалась дать волю слезам, которые жгли ей глаза и грозили в любой момент хлынуть ручьем.
Они все скакали и скакали, а день уже переходил в вечер, солнце за их спинами спускалось все ниже и ниже. Теперь они уже углубились в горы и ехали по извилистым тропам, окаймленным деревьями и скалами, пересекали небольшие ручьи, которые приветливо журчали, стекая со все более крутых склонов. На какое-то время Меган задремала, хотя и не могла бы этому поверить. Суровость шока заставила ее усталые разум и тело отдаться спасительному беспамятству. Напряженные мышцы расслабились, предоставив похитителю держать ее обмякшее тело, а голова скатилась назад в ямку на его плече.
Блейк Монтгомери подвинул девушку поудобнее. Сардоническая усмешка заиграла на его губах, когда он посмотрел на буйные волосы и невинное личико, которое они обрамляли. Он и не ожидал, что невеста Кирка будет такой невинной, чистой, нетронутой. Ему казалось, что она будет жестче, опытнее. Неужели эта девушка и впрямь такая целомудренная недотрога, какой кажется? «Странные вещи происходят, — подумал он. — Кирк всегда отдавал предпочтение женщинам, достаточно повидавшим жизнь, чтобы знать что к чему, способным умело вести себя в постели. А при его внешности у него не было проблем с поиском желающих. И почему он выбрал эту мисс Меган Коулстон? «
Блейк внутренне содрогнулся. Может, верно говорят, что мужчины всегда мечтают жениться на девственнице, даже такие, как Кирк. Впрочем, сомнительно, чтобы родители Меган сумели оградить невинность дочери от решительного натиска его кузена. Репутация Кирка по отношению к женщинам стала почти легендарной по всему Тусону. Одна роковая улыбка ослепительно белых и ровных зубов — и женщины падают к его ногам. Неужто эта молоденькая девушка смогла устоять против обаяния Кирка, если даже более умудренные женщины не выдерживают? Трудно в это поверить.
Меган оказалась красивей, чем он мог предполагать. Ах, конечно, он не думал, что Кирк женится на уродине. Кузен был достаточно разборчив. И все же эта девушка обладала природной свежей красотой, которая всегда больше привлекала Блейка, чем Кирка. Партнерши Кирка всегда были более жеманными, и их привлекательность казалась скорее искусно продуманной.
Меган вздохнула во сне, и Блейк посмотрел на ее рот, хотя губы были почти целиком спрятаны под платком. Его усмешка наполнилась сожалением. Эти губы — такие неотразимые и лакомые, — вероятно, и стали приманкой, против которой не смог устоять Кирк. Боже, какие они соблазнительные! Нежные, розовые, манящие! Блейк почувствовал прилив желания при мысли о том, как прильнет к ним, и резко одернул себя. Его взгляд стал искать какие-нибудь изъяны на ее лице, ему нужно было найти хотя бы один. Нежные пушистые ресницы бросали тень на розовые щеки. Нос был маленьким и прямым, зубы ровными — он увидел это, когда завязывал рот платком. Подбородок упрямо выдавался даже во сне. Лицо было покрыто нежным пушком и светилось белизной, которой позавидовали бы все женщины: необычный оттенок при рыжих волосах. Правда, волосы были не совсем рыжими, скорее рыжевато-каштановыми, цвета корицы или мускатного ореха.
Блейк засмеялся себе под нос. Вот забавно — мускатный орех — «натмег» — Мег — Меган. Как подходит! Интересно, поэтому родители дали ей это имя? Может… может, они догадывались, что она будет обладать и соответствующим пикантным темпераментом? Он едва не расхохотался вслух. Затем вспомнил ее глаза и снова размяк. Кажется, они меняют цвет в зависимости от настроения. Он видел, как от страха и смущения они делаются туманно-серыми, а когда она злится, становятся ясными и яркими, сверкая холодными алмазами. Как будут они выглядеть в разгар любовных утех, когда ее чувства подчинятся страсти?
Блейк встряхнул головой, словно желая очистить мозг от ненужных мыслей. Сейчас вовсе не имеет значения, что она красавица с большими нежными глазами и соблазнительными губками. Главное то, что он украл невесту Кирка, и, если кузен хочет вернуть ее себе, ему придется согласиться на выдвинутые Блейком условия. Меган была последней надеждой Блейка, его козырной картой. И он похитил бы ее, будь она даже страшнее дьявола. Занятней, конечно, держать при себе такое красивое и юное существо, а не какую-то уродину. Возможно, потребуется некоторое время, чтобы Кирк принял его условия, принял его угрозы всерьез. Впрочем, рано или поздно Кирк сдастся. Какой мужчина, если он в своем уме, не пойдет на все, чтобы вернуть себе эту юную красавицу?
Меган видела во сне, что она снова стала маленькой девочкой. Постоянное покачивание лошади превратилось в тихое колыхание кресла-качалки в гостиной матери, когда Джейна держала ее на руках и читала вслух что-нибудь из любимой книги.
А поскрипывание кожаного седла казалось скрипом качалки: взад-вперед, взад-вперед. Голова Меган так же удобно устраивалась у матери под подбородком, а ее теплое дыхание шевелило ей волосы, когда Джейна говорила. Улыбаясь, Меган теснее прижалась к матери. Она чувствовала, что любящая рука крепче обхватила ее, ладонь слегка провела по груди и замерла там. Теплые огрубелые пальцы ласкали нежное тело.
Огрубелые пальцы! Меган резко открыла глаза. Она больше не спала, и все же рука, так интимно лежавшая во сне у нее на груди, никуда не исчезла и была вполне реальной! И принадлежала не кому иному, как ее похитителю! Мало того, она сидела, прижавшись к нему, в колыбели его бедер и явственно чувствовала, как он возбудился. Сколь бы юной она ни была, а уж о таких вещах знала!
Рванувшись вперед, Меган стала ругать его, хоть и невнятно. Одна из ее воинственных пяток ударила жеребца в бок, и тот пустился галопом. Не успел Блейк ее ухватить, как она соскользнула с седла. Ее руки по-прежнему были привязаны к луке седла, и все вышло так, как предсказывал Блейк. Кошмарно долгие секунды она болталась на боку мчавшегося коня, держась только на руках, которые так болели, словно их вырывали из тела. Как она ухитрилась не попасть под копыта коню, непонятно, возможно, оттого, что из-за своего маленького роста едва касалась земли кончиками пальцев. Веревка на запястьях врезалась в кожу, а дыхание перехватывало, потому что тело ее больно ударялось о седло и ногу всадника. Правда, — хоть она почти и не дышала, но все-таки как-то умудрялась кричать сквозь заглушавший ее вопли платок.
Вдруг ее подтянули кверху, будто пойманную на крючок рыбу. Руки с железной цепкостью схватили ее за плечи. Она услышала злобные ругательства, но на ответный гнев ее уже не хватило. Сокрушительные рыдания вырвались из груди, а по лицу покатились блестящие слезы. Меган никогда не принадлежала к числу тех счастливых особ женского пола, которые умеют красиво плакать. Через пару секунд ее нос покраснел, и она громко им хлюпала. Не в состоянии свободно дышать через платок, закрывавший рот, она снова начала задыхаться. И когда серый вязкий туман уже начал поглощать ее, тряпку сорвали со рта. Жадно набрав полные легкие воздуха, Меган велела себе держаться.
— Глупая, своенравная девочка! — ругался Блейк. — Мозгов у тебя меньше, чем у комара! — Он грубо вытер ей слезы и поднес к носу платок. — Сморкайся!
Униженная, но не способная сделать это сама, так как руки по-прежнему были связаны, Меган повиновалась. Наконец-то обретя способность нормально дышать и говорить впервые за много часов, она, конечно, не сумела удержаться.
— Если вы окажете мне любезность и будете держать свои руки при себе, я буду весьма благодарна! — Ее голос был скрипучим, как у лягушки. Было что-то унизительное в том, как, пытаясь закричать на своего похитителя, она разразилась вместо слов невразумительным кваканьем.
— Если ты дашь обещание сидеть тихо и не верещать будто кошка, которой прищемили дверью хвост, я не стану завязывать тебе рот, — предложил Блейк.
— Невероятно любезно с вашей стороны! — хрипло огрызнулась она.
— Не отказывайся от своего счастья, — пригрозил он. — Твой выбор ограничен моими милостями. — Он открыл фляжку и поднес к ее пересохшим губам. — Пей.
Выбора у нее и впрямь не было. Или пить, или захлебнуться, так как он чуть ли не силком лил тепловатую воду ей в рот. Давясь и кашляя, она наконец сумела отвернуться в сторону. Вода заструилась по подбородку на платье. Снова был пущен в дело носовой платок, чтобы вытереть ей лицо и промокнуть мокрое пятно на груди.
— Убери от меня свои мерзкие лапы! — зашипела Меган.
Серые глаза столкнулись с глазами цвета глубочайшего индиго.
— Ох, дьявол! Можно подумать, что к тебе не притрагивался еще ни один парень!
Внезапно сообразив по ее лицу, что попал в точку, он сделал резкий вдох и какое-то мгновение внимательно смотрел на нее. Потом расплылся в хитрой улыбке:
— Ну, будь я проклят!
— Ты будешь более чем проклят, если прикоснешься ко мне, мистер! — необдуманно пригрозила она.
Блейк откровенно расхохотался:
— Милая, ты сейчас не в том положении, чтобы угрожать. Неужели ты еще этого не заметила?
— Меня зовут Меган, а не Милая, — негодующе фыркнула она.
— Да, я знаю, как «натмег», мускатный орех цвета твоих волос. — Его голос сделался тише и звучал с ворчливой мягкостью. — Сахар и пряности да много на лице румяности — вот из чего сделана маленькая Меган, верно? — усмехнулся он.
Меган ощетинилась.
— Только не для таких, как ты, — огрызнулась она.
— Это мы еще посмотрим. У нас будет предостаточно времени, чтобы узнать друг друга поближе. Кстати, раз уж нам суждено стать такими тесными компаньонами, меня зовут Блейк, Блейк Монтгомери. — Снова его глаза пристально впились в ее лицо, однако на этот раз не нашли того, чего искали.
— Да мне наплевать, кто ты такой! — злобно ответила она. — Ты обычный вор и преступник самого низшего пошиба. Мои родители и жених повесят тебя, если ты причинишь мне вред. Подумай об этом, прежде чем приставать ко мне, негодяй.
— Ох, полегче на поворотах, Меган, — с насмешкой сказал он. — Как ты меня напугала, прямо до смерти. — И он снова издевательски расхохотался. Схватив поводья и снова примостив ее перед собой, он добавил: — Впрочем, надо отдать тебе должное, ты забавная куколка, но учти: мое терпение и чувство юмора небеспредельные.
Дилижанс несся по улицам, оставляя за собой клубы пыли и любопытных прохожих. Резко остановив коней перед тусонской гостиницей, кучер истошно завопил:
— Шерифа сюда! Приведите доктора! Совершено ограбление почтовой кареты!
Немедленно собралась большая толпа. Кто-то побежал за доктором, а шериф уже сам спешил из своей конторы, находившейся неподалеку. Кирк Хардести шел рядом с шерифом, красивое лицо было хмурым.
— Разрази меня гром, Дик! Этой каретой должна была приехать Меган. Если она ранена, мне дорого за это заплатят!
Оба с трудом пробились сквозь толпу.
— Что случилось? Кто ранен? — рявкнул шериф
Браун.
— Ограбление! — причитал кучер. — Пит получил пулю в ногу! Еще и девчонку увезли с собой!
Бледным пассажирам помогли выбраться из дилижанса. Кирк рванулся вперед, едва не сбив с ног молодую женщину. Его голубые глаза шарили среди пассажиров, но не находили невесты. Заметив своего будущего тестя, он грубо схватил его за рукав.
— Где Меган? — с тревогой спросил он.
Эван Коулстон обезумевшим взором взглянул на мужчину, которому его дочь предназначалась в жены.
— Пропала, — прохрипел он, привлекая рыдающую Джейну к себе.
— Пропала?! — взревел Кирк. — Что ты имеешь в виду, как пропала? — Кирк встряхнул старика, словно намеревался выбить из него ответ.
— Пропала! — злобно буркнул Эван. — Украдена. Увезена бандой негодяев, которые ограбили карету. — Боль и горе пронзили его с новой силой, голос сломался, глаза наполнились слезами.
Рядом с ними причитала Джейна, обезумев от тревоги.
— Детка моя! — душераздирающе выла она. — Бедная моя детка! Бог знает, что эти звери делают сейчас с тобой!
По толпе зрителей пробежал ропот, на лицах появилось сострадание и откровенное любопытство. Шериф Браун подошел к Кирку.
— Ты бы отвел этих людей внутрь и нашел для них комнату, — сухо предложил он. — Мне прежде нужно опросить кучеров, а потом я поговорю с ними. Леди, похоже, сейчас упадет в обморок, Кирк.
Кирк встрепенулся, его лицо исказилось гневом.
— Я-то позабочусь о родителях своей невесты, Дик. А вот ты занимайся своим делом — лови негодяев, которые увезли Меган. Я хочу увидеть их головы на плахе! Хочу, чтобы их повесили и четвертовали!
— Мы их поймаем, Кирк. Я соберу группу, как только опрошу кучеров и пассажиров, и мы тут же отправимся в погоню. Ты поедешь с нами?
— Поскачу так, что чертям станет тошно. Дай только устроить родителей Меган. Через десять минут я буду в твоей конторе.
— Я поеду с вами, — заявил Эван. Кирк и шериф посмотрели на него так, будто собирались что-то возразить, но он твердо сказал: — Она моя дочь.
Стояла кромешная тьма, где-то около полуночи, когда Меган и ее похититель наконец-то добрались до маленькой, спрятанной от посторонних глаз хижины, прилепившейся на горном склоне. Меган уже давно израсходовала последние запасы сил, и, когда Блейк помог ей слезть с лошади, ноги ее подломились Блейк подхватил ее сильными руками, не дав упасть, и понес как ребенка, прижав к широкой груди. Ногой распахнул дверь и, вероятно, знакомый с обстановкой, направился прямо к невидимому стулу и усадил на него Меган. — Сиди, а я сейчас зажгу лампу. Слишком усталая, чтобы бежать, даже если бы спасение находилось в двух шагах, Меган ждала. Секундой позже теплый свет озарил незамысловатую внутренность хижины. Одна комната, маленькая, но опрятная. Стул с прямой спинкой, на котором она сидела, был одним из трех, стоявших вокруг небольшого квадратного стола. У одной стены грубый каменный очаг. С одной стороны от него прибиты полки, на некоторых стояли консервы, на других посуда и сковороды. Небольшой стол с ведром, кувшином и тазом служил для приготовления пищи и сушки посуды. По другую сторону от очага в глубине комнаты стояло старое кресло-качалка, его когда-то веселая обивка выцвела и выносилась. Возле кресла, у задней стены, — кровать. Меган, с ее искаженным страхом сознанием, кровать показалась огромной, зловеще господствующей в комнате. Глаза девушки торопливо обежали остальное пространство, отметили даже крючки на стене, дополнительные полки для одежды и белья, грубую рогожку, использовавшуюся вместо занавесок на маленьких окнах по обеим сторонам от единственной двери в стене, противоположной очагу. Нет, другой кровати не было, даже никакого маленького топчана, лишь эта большая кровать, которая с каждой минутой казалась ей все огромней и страшней.
Отведя глаза от кровати, Меган поймала насмешливый взгляд Блейка, а тот спокойно сказал:
— Тут не так роскошно, но некоторые удобства есть, и мои потребности она удовлетворяет неплохо. — Ее глаза расширились, и он расхохотался. — Хижина, а не кровать, мисс Недотрога, хотя вы могли бы при желании добавить еще кое-что к моим удобствам. Я определенно не разочарую красивую леди.
Огонь сверкнул в ее глазах, а гнев развязал язык.
— Скорее ад замерзнет, чем я лягу с тобой на эту кровать!
Его улыбка была нахальной и насмешливой.
— Ты так уверена? Что ж, позволь мне привести несколько фактов. Ты, моя дорогая Меган, целиком зависишь от меня. Твое благополучие зависит от моего расположения к тебе и моих капризов. — Он грозно надвигался на нее, одолев разделявшее их ничтожное расстояние. Мускулистые руки схватили ее и прижали к спинке стула. — Если я прикажу идти, ты спросишь, быстро ли. Если я прикажу прыгать, ты спросишь, как высоко. — Его улыбка превратилась в угрожающую усмешку. — Ты будешь помалкивать, если я этого захочу. Будешь есть, пить и спать по моему приказу, а если ты умная, то станешь, черт побери, с полуслова исполнять мои повеления. Короче, я буду господином, а ты послушной, ласковой рабыней. Поняла расклад, принцесса? — прорычал он.
Страх пополз у Меган по спине, когда его сапфировые глаза сверкнули на нее. Инстинкт подсказал ей, что не стоит лезть на рожон, дразня его и дальше — по крайней мере, сейчас. Надо быть осторожной. Надо выжить. Придется использовать всю находчивость, возможно даже коварство, если она хочет спастись, получить хотя бы малейший шанс освободиться от этого безумца. И все же его слова раздражали, а кротость была просто не в ее характере. Дрожь пробежала по ней, губы затряслись, но она твердо встретила его взгляд.
— Нравится тебе или нет, мне нужно пойти в уборную, и немедленно!
Блейк смотрел на нее несколько секунд, ноздри его раздувались.
— Что ж, — произнес он наконец с легкой усмешкой в низком голосе, — даже я не могу спорить с природой. — Приподняв со стула, он отвел ее к двери. — Здешние удобства тебя не устроят, я уверен. Но придется привыкать.
Он придерживал ее повыше локтя и вел сквозь темную ночь. Она ковыляла рядом с ним, спотыкаясь, и холодный ветер швырял ей в лицо пряди волос. На краю маленькой поляны Блейк остановился.
— Выбирай куст, — посоветовал он с сухим смешком. — Любой.
Ничего не понимая, Меган оглянулась на его массивную фигуру.
— Что… хм… как тут со змеями? — с дрожью в голосе спросила она.
Дьявольская усмешка исказила Блейку лицо, обнажив сверкнувшие белизной зубы.
— Если боишься, я могу пойти с тобой и посторожить.
— Обойдусь. — Меган скрипнула зубами. — Уж лучше попытаю счастья с твоими скользкими сородичами.
— Ступай вон за то большое дерево слева, — посоветовал Блейк, подтолкнув ее в нужную сторону.
Не успела Меган сделать и трех шагов, как вспомнила про связанные руки. Беспомощно вздохнув, она тут же вернулась и, выставив перед собой руки, стала ждать, когда он развяжет их.
— Попроси меня получше, милый котенок, и я, возможно, соглашусь тебе помочь.
Проглотив гордость, Меган ворчливо попросила:
— Развяжи меня, пожалуйста!
— С удовольствием. Оказывается, не так уж ты неисправима. — Длинные худые пальцы легко справились с веревкой. Подтолкнув ее к дереву, он добавил: — Давай побыстрее и не вздумай фокусничать. Ведь не захочешь же ты, детка, сломать себе шею в темноте.
Меган подумала, что, может, и стоит попытать счастья, но пока на очереди более неотложные дела. Первый сюрприз ожидал ее прямо за деревом. На два низких пня была положена грубая доска. Импровизированное сиденье находилось над неглубокой канавой. Блейк Монтгомери обладал извращенным чувством юмора, но по крайней мере ей не пришлось сидеть на корточках в кустах, и за это Меган была благодарна. Она ужасно боялась змей, одна мысль о мерзких тварях приводила ее в содрогание.
— Говори со мной, Меган, чтобы я знал, что ты еще там. — Низкий бас гулко разнесся в ночном воздухе.
— Зачем? — огрызнулась она в ответ. — Я не привыкла вести беседы во время…
— Во время чего, дорогая? — осведомился он и подкрепил свою издевку смехом.
— Заткнись! И не торопи меня. Если бы у тебя были мозги, ты бы вспомнил, что весь день не подумал о моих потребностях.
— Похитители не церемонятся с похищенными, Меган. А ты имей это в виду на будущее. Чем помягче будешь в словах и послушнее в поведении, тем легче станет для тебя жизнь.
Закончив свои дела, Меган уже едва слышала его последнее наставление. Она тихо и осторожно пробиралась сквозь спутанный кустарник прочь от того места, где стоял Блейк. Если ей удастся затеряться в темноте, тогда она, может, и убежит от него. Вот бы спрятаться где-нибудь и дождаться рассвета, она тогда выберется из гор. И найдет кого-нибудь, кто поможет ей и отвезет на ферму Кирка, в безопасное место.
Позади Блейк звал ее по имени, потом еще, уже громче. Ветка хрустнула под ногой, и Меган молча выругалась. Платье зацепилось за сук, она едва не вскрикнула от страха. В ушах раздался громкий стук сердца. Меган остановилась и вслушалась. Блейк уже искал ее, потому что она слышала треск кустов где-то позади. О Боже! Нужно найти укрытие!
Почти вслепую Меган продолжала пробираться вперед. Осторожность и боязнь выдать себя шумом заставляли ее двигаться медленно, хотя внутри у нее все кричало — беги! Впереди она увидела очертания большого дерева и направилась к нему, надеясь спрятаться за его стволом.
Но только она подошла к дереву, как что-то большое и мохнатое выскочило из-за него и преградило ей путь. Меган застыла от ужаса, а из груди вырвался крик. Она обнаружила, что внезапно столкнулась с самым свирепым животным, какое только видела в своей жизни. Волк оскалился в яростном рыке, обнажив длинные острые клыки. Глухой рык парализовал ее, глаза расширились от страха, ноги стали ватными. Золотые глаза сверкали на нее из темноты.
Сердце у Меган едва не выскакивало из груди, когда знакомый голос предупредил:
— Не двигайся, Меган. Просто стой и не говори ни слова. Лобо не любит незнакомцев, посягающих на его владения. — Блейк встал возле нее, опустился на колено и окликнул зверя: — Иди сюда, Лобо. Все в порядке. Хороший пес.
Волк тут же подошел к Блейку и послушно сел у ног. Длинный его язык вывалился наружу, когда Блейк почесал ему за ухом.
— Вот, учись у Лобо, как нужно меня слушаться. Глупо с твоей стороны бросаться очертя голову в темноту. Тебе еще повезло, что на пути оказался Лобо. Так же легко могла нарваться на пуму, медведя или койота.
Все еще парализованная страхом, Меган не отвечала. Зубы ее клацали, а каждая косточка в теле тряслась сама собой. Слабый стон вырвался из сдавленной глотки.
Ухо волка повернулось на непонятный звук, он вопросительно поглядел на хозяина. Быстрые золотистые глаза заметались между Меган и Блейком.
— пошли, Лобо давай отведем леди в хижину, пока она не упала в обморок. Она не такая легкая, какой может показаться, поверь мне.
Сильные руки Блейка держали Меган за талию. Волк шел позади. Итак, ее первая попытка убежать сорвалась. Мало того, теперь у нее не один, а два стража, следящие за каждым ее движением, и каждый из них по-своему очень хитрый и опасный зверь.
3
Меган надменно восседала на стуле и смотрела, как Блейк готовит ужин. Пока он ходил на ручей за водой и занимался конем, Лобо сторожил ее, и Меган боялась даже шевельнуться, не то чтобы попытаться бежать. Да что там, она не осмеливалась даже и моргнуть, чтобы на нее не набросился страшный волк.
Блейк поставил перед ней тарелку с бобами и яичницу и взмахом руки показал на лежащий на столе каравай хлеба:
— Ничего шикарного, но живот набить можно. Ешь.
Несмотря на голод, Меган не была уверена, что ее желудок справится сейчас с пищей. Она устала, была напугана и близка к слезам. И поэтому неподвижно сидела, глядя на лежащую на тарелке еду и тупо думая, что яичница похожа на немигающие желтые глаза.
— Я сказал — ешь, иначе запихну тебе все это в глотку! — Грубый голос Блейка прорвался сквозь ее оцепенение. — Хватит с меня твоего упрямства, я тебя быстро от него отучу, — резко прикрикнул он.
Она повернула к нему полные слез глаза.
— Я не могу, — жалобно пролепетала она. Ответом было злобное ругательство. В голубых глазах, глядевших на нее, она не увидела ни капли сочувствия.
— Сначала злость, потом слезы, а, Меган?

Харт Кэтрин - Дуэт - 1. Поруганная честь => читать книгу далее


Надеемся, что книга Дуэт - 1. Поруганная честь автора Харт Кэтрин вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Дуэт - 1. Поруганная честь своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Харт Кэтрин - Дуэт - 1. Поруганная честь.
Ключевые слова страницы: Дуэт - 1. Поруганная честь; Харт Кэтрин, скачать, читать, книга и бесплатно