Левое меню

Правое меню

 Магинн Саймон 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Утолин Константин

Операция «Немезида»


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Операция «Немезида» автора, которого зовут Утолин Константин. На сайте strmas.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Операция «Немезида» в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Утолин Константин - Операция «Немезида», причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Операция «Немезида» равен 370.98 KB

Утолин Константин - Операция «Немезида» - скачать бесплатно электронную книгу



OCR Фензин
«Утолин К.В. Операция «Немезида»: Фантастический роман»: Эксмо; М.; 2005
ISBN 5-699-09257-9
Аннотация
Люди и нелюди, древние расы и появившиеся значительно позже Младшие. Не мала ли им планета? Устраивают ли их выработанные веками правила «общежития», или скрытая борьба уже готова вырваться на поверхность, превратив Землю в арену жестокой и кровавой резни? Ответ на этот вопрос знает Братство Зрячих, однажды взявшее на себя ответственность за сохранение жизни, за дальнейшее существование человечества. Его бойцы, способные с оружием в руках противостоять даже Иным, с мечтою о мире готовятся к войне.
Константин Утолин
Операция «Немезида»
Посвящается моим близким. Будьте удачливы, здоровы и счастливы.
Константин Утолин

Автор выражает благодарность Игорю Пронину и Елене Алферьевой, без чьей помощи описание Великого Изменения случилось бы значительно позже. Также особая признательность Сергею Николаевичу Путилину — Мастеру «маятниковой» системы боевого искусства Православной Традиции.

Со светлой памятью о крысе Мики, маленьком друге с большим сердцем, который всей своею жизнью являл пример бескорыстной любви.

Нет абсолютно правых и абсолютно неправых. Существует серый туманный переход от одного к другому, где-то темнее, где-то светлее.
С. Кинг. « The Thinner»
Обними эту Мать-Землю! Бескрайнюю, дружелюбную Землю! Да защитит Она тебя от небытия!
Ригведа
Счастье для всех, даром! И пусть никто не уйдет обиженным!
А. и Б. Стругацкие. «Пикник на обочине»

Вступление

Пусть все тайное станет явным, раскроются все Тайные Города, проявятся все Дозоры и смирятся с необходимостью жить по человеческим законам или будут изгнаны с Земли все несогласные с этим нелюди, Иные и аномалы, Пусть люди станут лучше и человеческого в них станет больше, чем звериного. И да возобладает на планете окончательно и бесповоротно Человек, сотворенный по Образу и Подобию Божиему.
Фраза Иллариона Угрюмова, одного из верховных Иерархов Братства Зрячих, сказанная им в разговоре с друзьями
Сегодня, по прошествии почти трех лет с момента Великого Изменения, навсегда сделавшего наш мир другим, все предшествующие события уже кажутся бесконечно далекими, а порой и просто нереальными. Но те, кто еще помнит, какой была жизнь до Великого Изменения, обязаны сохранить эту информацию для потомков. Пусть даже при этом все рассказанное и вызовет у них только чувство глубокого омерзения, непонимания и стремления забыть. Но так было. И вот ради того, чтобы сохранить память о самых важных событиях тех времен, мы и создали полтора года назад нашу группу. В нее вошли как те, кто имел непосредственное отношение к осуществлению Великого Изменения, так и совершенно не причастные к этому люди. Представляемая сейчас вашему вниманию книга — реконструкция самых важных событий и моментов деятельности тайного Братства Зрячих, как они сами называли тогда свой союз, который и привел наш мир к сегодняшнему его состоянию. Кое-что мы описали непосредственно со слов самих участников тех событий, кое-что постарались восстановить из рассказов тех, кто просто был рядом. Многие принимавшие участие в операции «Немезида» люди вообще не хотели об этом вспоминать. А некоторые события удалось восстановить только по чудом сохранившимся записям и оперативным видеоматериалам из архивов Братства Зрячих. Поэтому вполне возможно, что в нашем повествовании могут быть лакуны и неточности. Но мы надеемся, что потомки все-таки сумеют почувствовать сам дух происходившего в те годы.
Часть текста, а точнее две главы, мы решили поместить в специальное Приложение, в связи с чем в их нумерации появились пропуски. Сам же оставшийся в результате этого действия текст сохранил связность и слитность восприятия. Сделано это было вот зачем.
Если вы будете читать книгу по порядку, то получите представление о том, как воспринимали происходившее в те годы рядовые члены Братства и те люди и нелюди, которые столкнулись с внешней стороной реализации операции «Немезида». Дойдя же до конца основного текста, читатель получает возможность из вынесенных нами в Приложение глав узнать подлинный замысел всей этой глобальной операции, навсегда изменившей мир. И лишний раз убедиться, как ошибочны порой бывают мнения и суждения, основанные на интерпретации только тех фактов, которые доступны для наблюдения, и как превратно порою могли быть истолкованы действия людей, если судить о них, глядя только на их внешние проявления.
Если же среди читателей найдутся такие, кто сразу захочет взглянуть на развитие операции «Немезида» глазами тех, кто возглавлял Братство Зрячих, то они без особого труда могут этого достичь, читая книгу строго по нумерации глав, то есть обращаясь к вынесенным в Приложение главам тогда, когда они должны появляться в тексте согласно своей нумерации.
Завершая это наше получившееся и без того уже достаточно длинным вступление, хотим обратить внимание будущих читателей еще на одно обстоятельство. Всем нам, кто помнит времена до момента Великого Изменения (а таких на нашей планете пока большинство), сейчас, по прошествии всего трех лет, уже представляются чудовищными, а порою и просто невозможными многие происходившие тогда даже с нами самими вещи. И поэтому при чтении этой книги у вас может возникнуть ощущение, что практически все действующие в ней лица лицемерны, двуличны, исповедуют двойные стандарты и лукавят, декларируя на словах одно, а делая при этом совершенно другое, едва ли не прямо противоположное. Так вот для тех, кто уверится в этом, процитируем несколько строк из рассказа Джека Лондона «Мексиканец»: «Он презирал бокс. Это была ненавистная игра ненавистных гринго. То, что он был словно создан для бокса, ничего для него не значило. Он это занятие ненавидел. …Не первый из сынов человеческих преуспевал он в профессии, им самим презираемой». И мы хотим, нет, мы настаиваем, чтобы, прежде чем осудить героев этой книги, каждый из читателей подумал, ради каких целей и руководствуясь какими мотивами, эти люди поступали именно так, а не иначе. И каковы же должны были быть Вера и убежденность руководителей Братства Зрячих в правоте своего Замысла, чтобы, в отличие от многих до них, устоять перед искушением абсолютной власти, которую они вполне могли получить, оставив самих себя за рамками Великого Изменения.
Сделав это вступление, мы далее предоставляем право судить о тех событиях и людях, о которых написана эта книга, самому читателю. И надеемся, что в любом случае наши герои вызовут если и не симпатию, то как минимум уважение. Ведь тем, как мы живем сейчас, мы обязаны прежде всего им.

Инициативная группа проекта
«История Великого Изменения»
Пролог — он же Эпилог-1
ИНТРАДА К ВЕЛИКОМУ ИЗМЕНЕНИЮ

(Время от двух суток и до тридцати секунд до момента Великого Изменения.)
Природа не проявила большой щедрости к центральной части Исландии. Холодно, ветрено. На каменистой почве растут лишь невысокие деревья и кустарники. Люди здесь редкие гости, поэтому дорог в этом краю нет, во все стороны тянутся однообразные холмы, способные навеять скуку на кого угодно.
Вот и этот холм абсолютно ничем не выделялся среди множества ему подобных. Но если бы нашелся человек, который очень захотел бы проникнуть внутрь огромного бугра, то, углубившись буквально на десяток метров, он сильно бы удивился. Еще бы — увидеть перед собой некую серо-матовую оболочку, сделанную то ли из какого-то особо прочного стекла, то ли даже из столь любимого всеми фантастами силового поля. Но его удивление стало бы еще сильней, сумей он проникнуть внутрь этой оболочки, поскольку стал бы первым из людей, попавших в одно из самых тайных и защищенных мест на планете. Той самой планете, которую он до того считал надежным и неплохо изведанным домом своей расы. Единственной разумной расы на Земле…
Возможно, этот человек пришел бы в восторг от увиденного. А может быть, и нет — одно дело мечтать о существовании братьев по разуму где-то во Вселенной, и совсем другое — обнаружить их на собственной планете. Странные какие-то братья: спрятались, окружили себя непроницаемой оболочкой… Впору испугаться. Хотя пугаться, определенно, было бы уже поздно, попади этот любопытный на самом деле в один из трех Храмов Гнезда Аспидов, в котором хранился уже более четырнадцати тысяч лет один из трех Источников их Силы и Власти. И солнечного света мифический копатель не увидел бы уже никогда… Впрочем, за тысячи лет таких копателей не нашлось ни одного.
Храм по сути своей являлся неким трансформатором и концентратором эманации тех уровней и диапазонов Спектра Магических Энергий, которые были доступны для восприятия и использования представителями этой древнейшей на Земле расы нелюдей — аспидов. Об этом древнем Сообществе не было написано ни в одной хронике и ни в одной летописи, по крайней мере из тех, что сохранились у людей. А то, кем были аспиды на самом деле, среди людей было известно лишь узкому кругу избранных. Которые, впрочем, сами все поголовно входили в состав не менее тайной, чем Гнездо Аспидов, структуры, и обнародовать свои знания вовсе не спешили. Только вот разница между этими двумя организациями была существенная, очень существенная! Ибо в последнюю входили пусть и скрытные, и весьма могущественные, но люди, а вот Гнездо Аспидов объединяло существ, которые людьми не были никогда. Реальный возраст их древней, а некогда и самой могущественной на планете цивилизации хорошо отражало их прозвище среди других населяющих Землю нелюдей — «допотопные». Многое могли бы рассказать «допотопные» о том самом библейском Потопе. Могли. Но кому и зачем? И к людям — «Младшим», как они их называли, и к прочим нелюдям аспиды относились со значительной долей пренебрежения. Сегодня в Храме Гнезда Аспидов царила атмосфера напряженного ожидания. Операторы дежурной смены, находясь в этом неприступном месте, могли позволить себе принять естественную, не антропоморфную форму. Это было тем более кстати, что реальное тело аспидов по сравнению с состоянием человекоподобной личины давало огромные возможности при энерго-магическом оперировании и, конечно, в бою. Фактически тело аспида представляло собой частично материализованную суперпозицию энергетических полей, которая позволяла делать главное: эффективно контролировать состояние Источника или, как его называли сами аспиды, «Жерла», и многочисленные многоуровневые магические и технические системы безопасности Храма. Поэтому все твари, стоящие сейчас на дежурстве в нескольких эшелонах безопасности Храма Жерла, также пребывали в своей изначальной форме. Все, кроме защитников внешнего рубежа. Прикрытые фантомной человеческой личиной, они всегда были готовы спровадить нежелательных гостей. Куда проще аспидам было бы уничтожить Младших, но вблизи Храма всегда лучше обойтись без кровопролития — ни к чему привлекать лишнее внимание.
Этим утром в три Храма Жерла, разбросанные по планете, а также во все большие Хранилища Предметов Силы аспидов пришло сообщение из Первородного Гнезда, предписывающее усилить бдительность. В этом сообщении не было никаких конкретных указаний и инструкций — лишь информация о том, что Проникающие в Вечность увидели возможности негативных возмущений в Клубке Нитей Сущего, неким образом связанных с Источниками Сил и Хранилищами Артефактов не только аспидов, но и вообще всех Сообществ Древних, или Старших, рас. В ближайшие сутки возможно было даже снижение на несколько часов мощности магической энергии по всему диапазону Спектра. Особо насторожило аспидов, что причину этого пока не удалось понять даже самым сильным Проникающим и самым лучшим Сплетающим, как называли аспиды аналитиков Гнезда. Это означало, что все без исключения Сообщества нелюдей станут уязвимы, поскольку любое существенное магическое оперирование, или, попросту говоря, колдовство, в этот период будет практически невозможным. Впрочем, не исключено, что уровни и диапазоны, доступные какому-то конкретному из Сообществ, ослабнут менее, чем прочие, тогда кто-то из Древних получит преимущество, которым может и воспользоваться, причем отнюдь не в интересах допотопных аспидов.
Хорошо, что сегодня среди людей практически нет таких магов, которые появлялись перед Потопом, и еще раз, во времена Святейшей Инквизиции. Иначе вот кто уж точно смог бы воспользоваться данным обстоятельством. Но нынешние человеческие маги использовали самые разные части Спектра магии и поэтому большинство из них также ослабнут, как и маги всех Сообществ. Правда, «младшая раса» сегодня обладает кое-какими технологиями, которые для некоторых целей приспособлены даже лучше магии Древних… Но технику сложно перебросить, а уж физические возможности даже самых выдающихся сегодняшних человеческих бойцов нельзя и сравнивать с тем, что могут делать воины любого из нелюдских Сообществ «голыми руками», вообще без использования магии.
Впрочем, в коллективной памяти Гнезда Аспидов сохранились упоминания о временах до Потопа, когда в силу так и не выясненных обстоятельств, у людей одновременно появились удивительные бойцы и крайне сильные маги, превосходящие все мыслимые для людей кондиции. Тогда человеческие маги были способны оперировать в широчайших диапазонах магической энергии, да еще и практически сразу на всех ее уровнях… Допотопные об этом помнили, но с течением времени перестали опасаться: Младшие век за веком выглядели вполне безобидно. Правда, еще раз нечто подобное случилось во времена Великого Страха, как называли эти годы нелюди, или Великой Инквизиции, как эти годы были известны в человеческой истории. Но те печальные для нелюдей события уже имели совсем другой по сравнению с допотопными временами масштаб и большинство Сплетающих не усматривало в них связи с древними магическими войнами, приведшими к катастрофе. Да и люди сохранили о Великой Инквизиции сильно искаженное представление, что случилось не без помощи нелюдей, естественно, заинтересованных в том, чтобы Младшие навсегда забыли о своей реальной истории и о своем былом могуществе. Правда, полностью сделать это, несмотря на все старания, им не удалось, но… Они стали такими слабыми, почти безвредными, эти Младшие. Два загадочных всплеска феноменальных способностей среди людей были, по временным масштабам аспидов, довольно кратковременными и быстро «сошли на нет», не оставив в человеческом генофонде устойчивых паттернов и кластеров. По крайней мере, выявить их не удалось.
Правда, были среди Сплетающих аспидов приверженцы гипотезы так называемого «эгрегориального иммунитета», гласящей, что в моменты угрозы существованию человечества как вида что-то (возможно, принцип сохранения человеческой расы, заложенный самим Творцом в основу Ткани Бытия) запускает скрытые механизмы, почти мгновенно трансформирующие и геном, и психоэнергетическую структуру значительной части людей. В результате среди них появляются мутанты, способные взаимодействовать с Клубком Нитей Сущего намного более эффективно, чем представители всех прочих рас, включая даже аспидов. Однако ничем серьезным эта гипотеза подкреплена пока не была и имела право на существование лишь потому, что даже Допотопные не все знали о принципах как формирования самого генома, так и тем более о взаимодействии генома с Событийными Планами Бытия. Тем более генома людей — самой чужой для них из всех населяющих планету рас. Так или иначе, но пришедшие в исландский Храм инструкции однозначно предписывали усилить внимание и уровень экстрим-готовности на всех важных объектах Гнезда, что и было незамедлительно выполнено. На каждом из рубежей безопасности дежурили полуторные смены бойцов, а готовый защитить слабые места обороны резерв заблаговременно получил подпитку магической энергией до предельного уровня. Ко всем оборонительным и следящим системам были подключены дублирующие контуры управления. Сотворенные дежурными магами специальные защитные заклинания и дополнительно активированные артефакты усилили и без того считающиеся непреодолимыми магические уровни безопасности Храма. Аспиды не жалели ни сил, ни времени, когда речь шла о безопасности Гнезда, недаром они были самым древним из Сообществ.
Однако, несмотря на все приготовления, кризис наступил неожиданно. И уж совсем не тогда, когда этого ждали, а почти через двое суток после поступления директив из Первородного Гнезда. Один из дежурных магов, ничуть не ослабивший бдительности за все это время, вдруг издал мысленный вопль, и сразу вслед за этим с интервалом всего в четверть терции тревожно заверещала система, следящая за уровнями возмущения торсионных и микролептонных полей вблизи Храма. Все дежурившие в этот момент в Храме аспиды приготовились к бою, готовые растерзать любого, посягнувшего на их святыню — Источник. Суть промысленного крика мага, первым уловившего Наступающее Событие, была краткой: «ПРОРЫВ!!» А значит, кто-то или что-то, каким-то образом обманув большинство магических и электронно-физических следящих систем, преодолев магические и «обычные» ловушки, уже практически завершил создание туннеля непосредственно в Зал Выхода Жерла. В то самое место, координаты которого как в физическом пространстве, так и в информационно-событийном континууме были известны лишь высшим иерархам Первородного Гнезда! Даже обеспечивающие безопасность Храмов и Хранилищ Артефактов аспиды не знали этих координат, поскольку их перебрасывали к местам несения дежурств по тоннелям, создаваемым кем-то из Высших. Тревога, раскаленной нитью соединившая сознание всех нелюдей, тут же сменилась гневом. Кто же этот Высший, предавший интересы Гнезда?!
Но выяснение ответа на этот вопрос пришлось отложить, поскольку в Зале уже заканчивалось формирование Разрыва Метрики. Несмотря на объединенные усилия всех дежуривших в Храме магов, образовавшийся поначалу крошечный прокол не удавалось ни затянуть, ни перекрыть. В Зал Выхода Жерла срочно телепортировался весь имеющийся в наличии боевой резерв и половина дежурной смены воинов, боевых трансформов. Для человеческого восприятия собравшиеся твари внешне напоминали жуткую, постоянно меняющую свою форму, помесь осьминога, паука, гигантского слизня и змеи. Они кольцом окружили висящее в воздухе клубящееся образование, напоминающее яйцо, то переливающееся всеми цветами радуги, то становящееся абсолютно черным. Это-то и было выходом Жерла, «протаявшего» в земную физическую реальность из высших измерений какой-то другой Вселенной. Боевые трансформы аспидов замерли в ожидании, но теперь оно оказалось недолгим. Прямо над «яйцом» Жерла вдруг словно кто-то провел гигантским лезвием, разрезав само пространство так, как будто это была бумага. Не было ни звуков, ни световых эффектов, так привычных уже зрителям фантастических фильмов. Из прорези в Зал мгновенно ворвалось нечто, за пару тысячных долей секунды одним магическим ударом уничтожившее почти четверть дежуривших в этом Храме Воинов. Остальных маги аспидов успели прикрыть шилдами, потеряв при этом более половины своей энергии — серьезный урон, находись они в любом другом месте. Но вблизи своего Источника Силы это, казалось, не имело значения. И совершенно напрасно им так казалось… Вслед за первым ударом из пространственного разрыва на Выход Жерла словно кинули невидимую поначалу сеть, которая, встретившись с поверхностью, если это слово применимо к чисто энергетической субстанции Жерла, тут же опуталась многоцветными разрядами. И вот тогда аспиды и находящиеся в Храме, и вообще на всей планете, ощутили, что их связь с Жерлом мгновенно ослабла на несколько порядков. Такого не случалось со времен Потопа! Вслед за этим в Зал Жерла ворвались стремительные фигуры. О, Великое Нечто! Ворвавшиеся в святая святых Гнезда существа были людьми! Теми, кого аспиды меньше всего ждали и кого менее всех опасались.
Глава 1
УВЕРТЮРА ДЛЯ СИМФОНИИ БОЯ

(Реконструкция. За три с половиной месяца до Момента Великого Изменения. Заброшенная деревушка недалеко от города Тотьма, Вологодская область. Россия)
В соответствии с упомянутыми во Вступлении причинами вынесена в Специальное Приложение в конце книги.
Глава 2
КАК РОЖДАЕТСЯ НЕНАВИСТЬ

(Реконструкция. За три с половиной года до Момента Великого Изменения)

1
Во сне Иван опять слышал тихие, гортанные голоса. И шорох. «Духи» приближались медленно, подстраховывая друг друга. Они не спешили, у них много времени, чтобы добраться до него, затаившегося в «зеленке». Иван шарил руками, комкая одеяло, отыскивал автомат. Иногда это удавалось — иногда нет. Тогда он просыпался, жадно пил воду, стуча зубами о край стакана. В тот раз «Калашников» нашелся, Иван бесшумно подтянул его к себе, тщетно пытаясь в темноте высмотреть приближающихся «духов». Жить можно! И все же что-то было не так… Рожок! Где он? Иван снова зашарил в траве. Как рожок мог отстегнуться?! Шорох все ближе, ближе… Двигаются уверенно, заранее согласовав план нападения. Это опытные бойцы, от них просто так не уйдешь… Хоть бы один патрон!
Иван потянулся, чтобы отползти, и вдруг потерял равновесие, вслепую выставил вперед руку и больно ушиб пальцы о тумбочку. Открыл глаза, обвел мутным взглядом крошечную комнату. Дома. Ну когда же отпустят проклятые сны? Немного отдышавшись, Иван позволил телу окончательно сползти на пол, прижался к прохладным доскам. Дома.
Солнце уже поднялось над крышей лесопилки, на которой уже года три как никто не работал. Поселок хирел, многие подались в город на заработки. Вернувшись со срочной, Иван был поражен количеством пьяных, попавшихся ему по дороге от станции — ведь не вечер был, рабочее время. Его почти никто не узнал, хотя все рассматривали. Не каждый день здесь проходит парень в форме, с пятнистым вещмешком за спиной. И соседка, тетя Нюра, не признала, а скорее догадалась, кто он такой.
— Ванечка! — раскинула она руки и огляделась, собираясь немедленно с кем-нибудь поделиться своим открытием. Как назло, никого из соседей рядом не оказалось, и тогда тетя Нюра закричала еще громче, обращаясь к открытым окнам двухэтажного деревянного дома: — Ваня наш вернулся! А красивый-то какой, а вырос как!
Иван точно знал, что за время службы в Таджикистане не вырос ни на сантиметр, но, обнимая тетю Нюру, удивился, какая же она стала маленькая. А ведь гоняла его пацаном, Ваня тогда ее злой считал, не любил…
— Ну и слава Богу! — запричитала соседка, немедленно прослезившись. — Вернулся, руки-ноги целы, вот и слава Богу! Вот и хорошо! А Славку, одноклассника твоего, убили, полгода назад схоронили Славушку…
— Где же его? — Иван осиротел за год до призыва, и из родного поселка ему писала лишь директриса школы, добровольно взявшая над ним «шефство». Но строчила Елена Михайловна скорее из чувства долга, больше про погоду и школьные дела. — Или и он был в горячей точке?
— Не в Чечне (Иван невольно подумал, почему все считают, что горячей точкой является только Чечня?), в Сибири его убили… Пост какой-то, что ли, охранял, вот и позарился кто-то. Зарезали. Сейчас такие времена страшные, кругом Чечня! Вон, Аркашу пьяницу помнишь?
— Нет…— наморщил лоб Иван.
— Ну как же? Вечно дебоширил у магазина?.. Как лесопилку закрыли, он туда сторожем устроился. Друзей туда водил, приезжих каких-то, пили, хулиганили. Мы уж и депутату жаловались, всем домом письмо писали: ведь подожгут, черти ненормальные! А вместо того нашли однажды Аркашку мертвого, по дорожке кровавой нашли. Кто-то его бутылкой ли, поленом прибил… Он зимой-то и не дополз до дома, замерз. Вон там, у березок… — Тетя Нюра достала скомканный платочек, вытерла глаза. — Такие у нас дела. Голодный, Ваня? Пошли ко мне, что тебе в своей комнатушке куковать?
Когда умерла мать, Иван поменялся комнатами с соседом Арменом. У того была совсем крохотная, а жена как раз родила двойню, вот Ваня и потеснился. Ему и проще было: легче убираться. Питаться он стал ходить в столовую у «новых» домов, которым на самом деле было уже лет пятнадцать. О будущем не думал — его ждала армия, а уж потом, за ней, виделась какая-то совсем другая, светлая жизнь. Происходившие в стране и поселке перемены Ивана не сильно-то задевали, хватало своего горя. Ну и, конечно, у него была Света.
— Автобус-то как сейчас ходит, тетя Нюра? — спросил он на темной скрипучей лестнице.
— Не успел приехать, уже в райцентр смотрит, — вздохнула соседка. — Правильно, твое дело молодое, что тебе тут делать? Там работу найдешь, учиться пойдешь… Учиться тебе надо, Ванюшка, и мать хотела, чтобы ты выучился.
— Поглядим, — неопределенно отозвался Иван и повторил вопрос: — Автобус-то, тетя Нюра? Как обычно, утром, в обед и вечером?
— Нет, в обед уже не ходит. Пешком тащимся, если очень нужно, через лес. Зимой, конечно, не пройти… Да ты куда спешишь? Поешь и спать укладывайся с дороги. Завтра съездишь, а то и в среду.
Тетя Нюра, конечно, позабыла, как мотался Иван в райцентр каждый день, как она однажды засмеялась, увидев на белой рубашке след от помады… Он поправил на плече мешок, с теплотой вспомнив о толстой пачке Светкиных писем. В армии чего только не наслушаешься на этот счет, Иван готов был к разрыву. Но Света писала, что ждет, считала дни. Хотя вечером ехать, наверное, и в самом деле не стоит — придется идти домой, там поднимется суета, а мать у Светы последнее время часто болела. Лучше уж поехать с утра, завтра, и побродить вокруг школы, как прежде. Потом встретить свою смешную девчушку у ворот… Какая она теперь? Наверное, совсем взрослая, даром что до сих пор школьница. Одиннадцатый, последний класс.
Тетя Нюра потчевала его жиденькими щами и домашними пельмешками, в которых количество фарша приближалось к нулю. От всего ее неухоженного жилища пахло бедностью, какая обычно бывает у одиноких или брошенных всеми своими так называемыми родственниками стариков.
— Мои уж два года не приезжают, осели в Москве, некогда им, — сообщила не без гордости хозяйка о сыновьях. — Перебиваются там с квартиры на квартиру, а что делать? Жизнь такая. V
— Ну да… — Иван понял, что расслабляться времени нет. Придется, наверное, и в самом деле покидать поселок — ведь у него Светка, надо зарабатывать, строить семью. — Спасибо, тетя Нюра, очень вкусно. Пойду к себе. Ох… А там есть кто-нибудь?
— Наташка на месте, куда ж она денется? Вон слышишь: с гулянья разбойники ее возвращаются! И стучат, и кричат…
Иван вышел на лестницу и увидел двух пацанов, каждому по четыре года, одеты в одинаковые зеленые костюмчики, вооружены одинаковыми же пластмассовыми пистолетами. Один тут же смутился, замер, зато его брат отважно выставил вперед оружие.
— Пф-ф! Пф-ф! Убит-сдавайся!
— Сдаюсь, — легко согласился Иван.
— Кто там?! — мгновенно крикнула снизу Наташа, жена Армена, и торопливо застучала каблуками по лестнице, задрала голову, перегнувшись через перила. — Вы к кому?!
— Привет, Наташа! Это я, Иван.
— Ваня?.. — Мать все-таки добежала до сыновей, прижала к себе. — Ой, Ваня! Вернулся! Мальчики, а это дядя Иван, наш сосед.
— Который в маленькой комнате живет? Где наши лыжи? — первым догадался отважный стрелок. — Ты наши лыжи не трогай, на них летом нельзя!
— Я не трону, — пообещал Иван и забрал у Натальи тяжелую сумку.
— Прости, Ванечка, Армен туда лыжи поставил, к тебе… — смущенно забормотала Наташа, открывая дверь в их общую квартиру. — Ну и еще там кое-что… Я сейчас все заберу.
— Да ладно тебе, пустяки!
Армен, сосед, приехал в райцентр лет шесть назад. Там женился, осел, а потом вдруг разругался с тещей и перебрался в поселок. Тогда жизнь тут уже начинала разлаживаться, но кавказская кровь не давала Армену права идти на мировую с оскорбившей его женщиной. Как Наташа его ни упрашивала, жить они продолжали здесь, а вот на работу муж каждый день ездил на автобусе.
Квартира выглядела ухоженной — два года чувствовавший себя полноправным хозяином Армен все починил, поменял в коридоре половину досок, установил ванну и даже какую-то буржуйку, воду греть.
— Мойся, теперь удобно! — заметила его интерес Наташа. — Вот этот вентиль — в бак воду запустить, а уголь я сейчас…
— Не нужно! Я так, — Иван решил, что по теплой еще погоде будет приятнее вымыться под холодным душем. — Ты не суетись, я сейчас спать лягу.
— А покушать?
— Уже тетя Нюра угостила. И лыжи не трогай! — Он решительно пресек ее попытки очистить комнату. — Оставь все, мне же, кроме кровати, ничего не надо, сама знаешь.
— Телевизор работает. — почему-то сообщила Наталья, покидая комнату. — А вообще у нас хороший теперь, Армен купил японский с большим экраном, приходи вечерком, он рад будет. И если чаю захочешь — бери на кухне что хочешь, меня даже не спрашивай. Я пойду этих разбойников укладывать, так что…
— Ну и я посплю! Тихий час в квартире!
После душа Иван вернулся в комнату и обнаружил, что Наталья успела постелить ему свежее белье, а еще, упрямая баба, все-таки вытащила в коридор все свои вещи. Наверное, переживала, что Армен опять чересчур расхозяйничался. Что было, то было — кавказцу часто казалось, что его притесняют, обижают, меньше платят, а на деле все частенько обстояло совсем наоборот.
Иван разделся, по привычке аккуратно сложив форму, вытянулся на своем диване и позволил себе полностью расслабиться. Все. Никаких забот. То есть завтра они будут, конечно, но это — завтра… А сейчас он будет спать, крепко, без кошмарных снов.
Черта с два! Гортанные голоса звучали все ближе, невидимые в темноте люди охотились на Ивана, обкладывали его со всех сторон, а оружия для защиты не было. Этот сон начал преследовать его еще в казарме, перед самым дембелем, не отпускал по дороге домой и продолжился здесь, в родном поселке.
Вечером Иван сходил на могилы родителей, поправил там кое-что. Потом выпил с Арменом, который жаловался на свое начальство, ругал демократов, цены на рынке, и только употребив почти целую бутылку, расслабился и вдруг попросил Ивана спеть «что-нибудь ваше, военное». Старенькая гитара сохранилась, и, настраивая ее, Иван вспомнил, как пел перед своим последним боевым выходом его друг Леня Чайдынкин:
Дремоту скал прожег бросок спецназа.
Мгновенья боя — как удар меча.
И верный АКС упал с плеча
В глухом ущелье южного Дарваза…
Звучат слова последнего приказа.
Мерцает поминальная свеча…
Крутой подъем за грань седых столетий.
Длиннее жизни были миги эти,
Когда отряд изгибы сая брал…
Исчезла вдруг земная быстротечность.
Над миром лунных грез струится Вечность.
Да был ли зла неистовый оскал?!
<Стихи Алексея Яковлева-Козырева.>
Вспомнил Иван эту песню — и, извинившись, отложил гитару. Поскольку зря тогда Леня пел про поминальную свечу — так оно и вышло. Всего за два дня до его дембеля. Армен, кажется, «въехал» в ситуацию и предложил выпить — за тех, кого с нами нет. Выпили. Поговорили еще немного. Иван отметил про себя, что денег в семье соседей все-таки хватает, обстановка и одежда добротные. Стоит поговорить с Арменом о работе в райцентре, может, выручит. Посидев еще полчаса, Иван почувствовал, что дальше будет уже в тягость и, поблагодарив за приятно проведенное время, пошел к себе. Ощущая, что пока его, бывшего спецназовца, отделяла от других людей невидимая, но прочная стена. Черта, которую стирать придется годами — он знал, что так будет, читал письма от уволившихся на гражданку раньше него однополчан. Главное — держать себя в руках. И стараться поменьше пить.
Засыпая, он уже знал, что ночью его будут искать враги. Так и вышло, но теперь, при свете дня, отжимаясь от крашеных досок пола, Иван веселел с каждым движением. Скоро тряский автобус отвезет его в райцентр, и, шагая по знакомым улицам, он припомнит все свидания со Светкой, все, кроме одного, того, что случится у школьных ворот, после уроков.
2
— Ты завтракать-то садись! — запоздало крикнула с кухни Наталья, но Иван протопал ко входной двери, поправляя на ходу китель.
— Спасибо, Наташ, по дороге перекушу!
Поселок действительно выглядел полузаброшенным, даже «новые» дома, десятиэтажки, облупились, посерели. Среди редких в этот час прохожих знакомых Иван не встретил, зато на остановке даже присвистнул: толпа в несколько десятков человек.
— Кошмар, — поддержал его дедок с аккордеоном под мышкой. —До чего страну довели…
— Как же все влезут? Или еще рейс будет?
— Какой тебе еще рейс? Один раз к нам ездят, и все, — сплюнул дед. — Вечером в такой же душегубке обратно. Как работы в поселке не стало, так этот автобус с боем брать начали.
— Через лес, что ли, пойти? — засомневался Иван. Уж очень не хотелось давиться среди потных сограждан. Да и как внутрь попасть? Не расталкивать же бабок! — Не очень грязно?
Парадные ботинки сияли сверх всякого устава, но взять с собой щеточку и гуталин старшему сержанту не пришло в голову.
— А может, скинемся, сынок? — У деда был свой план. — Тут же частники есть — вон они стоят, звери лютые. С человека по двадцатнику дерут, а у меня всего-то пятерка… Ну, десятка, может… — дед хитровато подмигнул: — Выручил бы?
— Выручу, — деньги у Ивана были, всего четыреста рублей, но экономить он пока не мог привыкнуть. — Так что, просто подойти и сесть, да?
В стороне от остановки стояли две видавшие виды «Волги», их хозяева лениво переговаривались, поглядывая на ожидающую автобуса толпу.
— Да конечно! — Дед поудобнее перехватил аккордеон и первым зашагал к машинам. — Ну куда мне с такой ногой в битву? Вены шалят… Идем, вон автобус уж катит. Кто на него не попадет, те к «Волгам» и побегут спасаться!
— А через лес что же?
— Какой лес? У всех работа, опаздывать по нынешним временам нельзя. Как при Сталине… Только вместо срока — голодуха бессрочная, ити их мать…
Дед, несмотря на больную ногу, резво доковылял до машины и забрался на заднее сиденье, утвердился в середине, упрямо поджав губы. Хозяин на него взглянул лишь мельком, перевел вопросительный взгляд на Ивана.
— Я заплачу.
Иван вытянул потертый кошелек, отсчитал сороковник и только тут вспомнил о десятке деда. Но дед смотрел куда-то вдаль, и Иван решил его не тревожить.
— Садись куда удобнее, — махнул хозяин, принимая деньги. — Сейчас автобус отвалит, еще двоих зацепим, и вперед. Минут за пятнадцать домчимся.
— Хороший бизнес, — хмыкнул Иван.
У дверей автобуса действительно началось нечто невообразимое. Только драки почему-то не было, и криков тоже — люди давились молча, до «Волги» долетало только хриплое дыхание. Наконец какая-то женщина средних лет, поняв, что внутрь ей сегодня не попасть, бегом кинулась к «Волге», громко всхлипывая. И вслед за ней, наперегонки, побежали люди.
— Все не влезут… — Ивану стало неудобно.
— Ничего, скоро Петро вернется, еще тут есть кое-кто… Ну и мы парочку рейсов сделаем, — пообещал водитель, устраиваясь за рулем.
Обе «Волги» вмиг заполнились пассажирами. Люди выглядели угрюмыми — деньги явно были для них не лишними, каждый предпочел бы подавиться полчаса в автобусе, идущем в объезд вокруг леса.
— Погнали наших городских! — в окошко крикнул водитель коллеге, и «Волги» одновременно рванули с места.
Автобус еще и не тронулся — там «счастливчики» пытались сообща закрыть двери. Иван только головой качал на такие обычаи в родном поселке. Что-то не нравилось ему все происходящее… Впрочем, все равно надо перебираться в райцентр. Только бы Светка школу закончила. Но это будет весной, даже летом, а осень лишь началась…
Всю дорогу в машине была тишина, только водитель время от времени матерился — когда его обгоняла вторая «Волга». Сильно гнать возчики не решались, жалея на проселочных дорогах свой транспорт, и соревновались по каким-то только им одним известным правилам.
Иван задумался, даже задремал. Вспомнилось, как в этот час уходили прочесывать «зеленку», искать лежки снайперов. Стреляли каждую ночь, больше наугад, и не снайперы обычно.!. А все же нельзя было давать расслабляться врагам и нельзя было расслабляться самим. Если нет дела — придумай. С утра тяжело, с утра на Ивана накатывала дремота, автомат становился тяжелым… Неужели все это кончилось? Навсегда? И впереди теперь обычный, хоть и нелегкий, труд, небогатая, но вкусная еда, и, конечно, самое главное — Светка.
Вдали показались белые кубики домов райцентра, и вскоре Иван уже бегал по магазинам, стараясь уместить в свои небогатые сбережения и мало-мальски приличный подарок для Светки, и планы на вечер — хоть бы мороженым ее угостить, что ли! — и свою жизнь до грядущей где-то в будущем законной получки. Наконец Иван решил, что Армен ему по-соседски наверняка одолжит, в крайнем случае по приятелям можно пробежаться, и с этого момента перестал думать о дне завтрашнем. На мороженое и цветы хватало, под вопросом оставался подарок. Почему не купил в дороге? Там, на вокзалах, веши были даже дешевле. Но смущало прежде всего то, что Светка могла элементарно вырасти за эти два года — впору ли придется обновка?
Обегав все шесть магазинов —два знакомых и четыре новые лавочки — Иван привалился к стене дома, утер пот. В самом деле: какая она сейчас? Действительно, могла вытянуться. Или нет?.. Знакомый контрактник в Таджикистане говорил, что девки после начала месячных в рост уже не идут, клялся всем, чем угодно, что точно это знает. Но Иван почему-то сомневался… Да и не только в росте дело, в конце концов, выше Ивана не вымахает. Вдруг пополнела? И даже это — пустяки… Не изменились ли глаза, голос?
— Здорово, служивый!
Небритый, грязный мужик остановился рядом, прикурил, закрывая огонь татуированной кистью.
— Люстру не купишь? Триста рублей, только что из магазина. Просто, понимаешь, не подошла, и…
Он уже начал разворачивать зажатый под мышкой сверток, в котором что-то звенело, показался кусок вырванного с мясом провода… Иван решительно оторвался от стены и зашагал через «пятачок», местную центральную площадь, крынку.
— Да я тебе за двести, как брату! — Мужик кинулся было следом, но едва не выронил свое богатство. — Ну, хоть сотню дай!
Почему-то все сразу стало ясно. Детство беззаботное, хоть и не слишком веселое, осталось там, за двумя годами, как за высокими горами. Теперь надо впрягаться во взрослую жизнь, и Света все поймет. Поймет, что денег нет, что Иван в Таджикистане не по чужим домам шарил, хотя контрактники, бывшие до Таджикистана в Чечне, говорили и про такое… Ведь главное — это то, что они снова вместе.
— Десяток роз, вот этих!
Трепавшиеся между собой сонные торговки враз примолкли.
— Самые свежие, касатик! — наконец среагировала хозяйка благоухающего ведра и зашуршала оберткой для букета. — Бери, не пожалеешь! Девушка в восторге будет!
— Сколько?
Отдать пришлось побольше, чем Иван рассчитывал, но не отступать же? Света обрадуется. А этот букет — только указатель к их счастью, которое обязательно наступит. Руки и голова есть, в жизни Иван тоже теперь кое-что понимал, после того как поглядел на ее изнанку. Все будет хорошо.
Он так проникся этой мыслью, что, не стирая с лица глупой улыбки, походным маршем направился прямо к школе, будто собирался вытащить Светку с урока. Только войдя на школьный двор и встретившись взглядом с каким-то прогульщиком, смолившим сигаретку под прикрытием кустарника, Иван остановился, даже смутился немного. А вдруг Светке не понравится, что он сюда явился при полном параде, с цветами? Как бы учителя не засекли, будет крик…
Он уже повернулся, чтобы уйти на время, но на втором этаже вдруг распахнулось окно, а в нем оказалась Светка, точно такая же, как и прежде.
— Иван! Вернулся! Я сейчас!
Света исчезла, в окне появилась седая полная женщина, несколько озадаченно посмотрела на гостя. К соседним стеклам прилипли лица одноклассников.
— Извините, — сказал Иван, чувствуя, как улыбка снова расплывается во все лицо. — Извините!
— Урок ведь идет, — покачала головой женщина. — Неужели подождать нельзя?
— Извините!
Он услышал, как хлопнула входная дверь за углом, и бегом кинулся навстречу. О чем они со Светкой говорили, сколько раз поцеловались, Иван и вспомнить потом не мог. Как-то так вышло, что этот кусочек жизни, самый, может быть, радостный, счастливый ее кусочек, превратился в какое-то радужное, пахнущее свежестью море, в котором он плавал, и вдруг вынырнул в квартире, за столом, с рюмкой в руке.
— Вернулся, Ваня, вот и слава Богу! — Софья Александровна, Светина мама, сморщилась и проглотила капельку водки. Она была маленькой и старой, похожей на тетю Нюру. — Выпила бы полную, Иван, но здоровье не позволяет. Сердце… А тут еще и радикулит. Ты ешь! Иван опустил глаза и обнаружил перед собой тарелку с вареной картошкой, холодцом, какой-то колбаской… Светка фыркнула, ткнулась лицом в плечо, засмеялась.
— Дочка, ну дай ему покушать! Стыдно так себя вести!
— Мам, ну мы же с тобой сколько раз говорили! В следующем году поженимся…
— Да разве я против? Ваня парень хороший, но тебе еще школу закончить, тебе еще…
Иван не слышал, что говорила Софья Александровна. Он набил себе рот самой вкусной едой на свете и зажмурился, словно кот. Хорошо! Кажется, будущая теща говорила, что лучше бы им жить здесь, в райцентре. Ну конечно, так и будет, сразу после свадьбы. Продать комнату в поселке, наверное, не удастся… Пусть. Будет работа, будет семья, все будет.
— …вот летом и осенью грибы да ягоды только и выручают, — когда Света на минуту выскочила с кухни, Иван будто очнулся. — И места теперь знаем, свои, можно сказать, охотничьи угодья. Сейчас к нам даже издалека приезжают, специально на рынок. А можно еще на трассе встать, но там страшно, мало ли какие люди попадутся? Заберут и спасибо не скажут… Сегодня тоже в лес идти собирались, да меня радикулит, видишь, прихватил. Ну что ж, дома посидим, твой приезд попразднуем!
— Дома?.. — Ивану не хотелось тут оставаться. Погода хорошая, а на улице вместе со Светкой — это почти наедине. — А может, мы…
— Мы без тебя сходим! — Света вернулась, встала за спиной Ивана, положив руки ему на плечи. — Даже быстрее обернемся. Да, Ваня? Сходим в лес или ты устал?
— Я… Нет! — в лес со Светкой — да что может быть лучше? Конечно, ни к чему им эти улицы, кафе-мороженое с заляпанными столиками. — Нет, не устал! Идем!
— Подожди, надо маме помочь…
— Идите, я вымою потихоньку… — Софья Александровна с кряхтением поднялась. — Только осторожнее там, Ванечка. Сейчас такие времена, что…
— Что в лес только стар да млад ходит! — засмеялась Света. — Мы все лето бродили, на грибы охотились — там спокойнее, чем в городе! Ну, пока, мамулечка, мы быстро… Ой, Ваня, а сапог-то у тебя нет! Позавчера ливень прошел, до сих пор в низинках грязно.
— Да ладно… — Иван уже натягивал китель. — Пустяки.
3
До леса дошагали быстро, Света жила на окраине. Она уверенно повела его какими-то тропками, все время без перерыва болтая. Рассказывала, и как они с матерью зимой старые вещи перешивали, и как в школе умудрилась по истории пару схватить, и как ее с подругой у ресторана за проституток приняли — про все подряд. Иван сперва пытался слушать, потом махнул рукой, пошел сзади. Свежее дыхание леса быстро выдуло алкоголь, подарило свое особое опьянение. Светка часто потряхивала головой, эта привычка у нее сохранилась с самого детства, и светлые волосы вновь и вновь разлетались по плечам. Она была той же, но и немного изменилась, будто дозрела, налилась… Тоненькая, хрупкая, но женщина. Руки тянулись к ней, но Иван все оттягивал момент объятия, усмехался своим чувствам.
— Вот, — Света наконец остановилась, обвела руками вокруг: — Вот это наша первая полянка. Здесь грибное место, а дальше в низинке ягодники начинаются. Здесь и будем собирать. Благо тут, похоже, никого не было.
— А тропинки? — Иван опустил глаза и понял, что с тропы они уже давно свернули.
— Ты смешной! — покачала головой Светка. — Ваня, ты меня прости, но и правда надо набрать ягод… Денег нет совсем, честно. Завтра бы мама продала, пока я в школе, вот и…
— Ну конечно, наберем! Что ты? Я же все понимаю!
— Да?! — Света улыбнулась, будто солнышко выглянуло из облаков, и одновременно немного лукаво. — Тогда ты обходи поляну с той стороны, а я с этой. Кто первым до того дуба доберется, тот и победил! Только чур не жульничать, чтобы полная корзина или полный туесок набрался!
— Так уж и полные?.. — Иван, по грибам да ягодам специалист невеликий, с сомнением поглядел на свою корзину и лежащий в ней с виду небольшой, но весьма вместительный, как он помнил с детства, туесок. — Постараюсь.
— Не ленись!
Света скрылась в зарослях малины. Иван, вздохнув, повернулся к ней спиной и тоже занялся делом. В голове всплыла детская песенка: одну ягодку беру, на вторую смотрю, третью примечаю… Нет, как-то не так… В кителе было не слишком-то удобно, того гляди раздерешь об ветки, да еще эти значки звякают. Хорошо хоть комаров не было — видно, очередная «волна» этих тварей уже передохла, а новая еще не вылупилась из яиц.
Время от времени Иван аукал Светлане, просто так — чтобы услышать ее. Обычно в ответ долетало какое-нибудь поддразнивание: «Работай, солнце еще высоко!» или «Как ты далеко-то еще!» Он почти обогнул поляну, уже вот-вот должен бы выйти на «финишную прямую», повернуться лицом к дубу, и вдруг понял, что увлекся, давно не звал Свету.
— Э-гей!
Тишина. Иван сорвал еще несколько ягод, позвал опять, потом громче. И тут услышал далекий, будто приглушенный чем-то крик. Корзина вывалилась из рук, еще не соображая толком, что делать, Иван рванулся сквозь заросли. Кителя он не жалел, что-то подсказывало, что случилась беда. Но Света не должна была оказаться так далеко!
Под ногами оказалась другая корзина, поменьше. Почему Света ушла? Куда? Он опять услышал крик.
— Стоять!! — взревел Иван, обращаясь к неведомому врагу. — Убью!
Он бежал по лесу, время от времени останавливаясь, чтобы снова услышать Свету, но она молчала. Только бы не медведь! Да пусть и медведь, была бы жива — Иван был готов броситься и на медведя с голыми руками. Треск ветвей слева и сзади, какое-то будто рычание — он развернулся, в три прыжка вылетел к поваленному дереву. Здесь, у вывороченных давней бурей корней, он и увидел Свету.
Она не кричала, хотя навалившееся сверху существо не зажимало ей рот. Видимо, и раньше она вскрикивала чуть слышно, потому и казалось, что звуки долетают издалека. Света просто лежала и смотрела наполненными запредельным ужасом глазами то ли в лицо, то ли в морду того, кто ворочался между ее ногами. Ивану бросилось в глаза разодранное платье, а потом он видел только поросшую каким-то серым мехом широкую спину.
Почувствовав удар, оборотень выпрямился, рыкнул и вслепую ударил, скорее даже отмахнулся длинной мощной лапой. Он слышал крики Ивана, знал, что кто-то появится, но уж очень сладкая попалась жертва. Нет, не красота девушки его привлекла, а ее способность ужасаться, падать в пучины страха. Именно поэтому оборотень захотел ее, не убил сразу. Простейшее заклинание, вызывающее ужас, сразу парализовало волю Светланы. Сладко, сладко…
Оборотень снова взревел, с наслаждением провел когтями по груди, животу жертвы, снова прижался к ней, насаживая поглубже. Запах крови, пьянящий, и недоступный восприятию людишек запах ужаса, доводящий до исступления, — изысканный коктейль. Много еды, ведь кроме девушки есть еще и ее друг… Он почему-то не умер, хотя оборотень не просто отмахнулся от него, к удару, способному свалить буйвола, добавилось «заклинание смерти» третьего уровня. А теперь оборотень слышал шорох, будто парень снова вставал на ноги. Странно… Хрустнул под весом насильника бедренный сустав, Света опять застонала.
Иван, почти ничего не видя, опять бросился на проклятую спину, но врага на месте не оказалось. Оборотень понял, что произошло нечто непредвиденное, и мгновенно заставил себя отрезветь. Он отскочил с такой легкостью и скоростью, что Иван почти упал на растерзанную Свету, увидел свое отражение в ее затуманенных, расширенных зрачках. Он повернул голову и успел заметить окончание превращения — оборотень полностью принял вид медведя, серый мех сменился на бурый, последние человеческие черты исчезли со звериной морды. Привиделось?..
Иван успел вскинуть руки, защищая голову, но удар был слишком страшен. В шее что-то хрустнуло, вокруг затрещали кусты — перелетев через поваленное бурей дерево, Иван, почти потерявший сознание, ударился о землю. Оборотень вскочил на толстый ствол, навис над ним и добил необычайно живучего человека — это не было обычным ударом, лишь дернулись в сторону жертвы когтистые лапы. Можно сказать, оказал челове-чишке честь — применил к нему заклинание «вырванного сердца». Обычно оборотни убивали так соперников только своей расы или других магов. Если противник не успел защититься магией — редко выживет даже сильнейший боец-оборотень или вампир, гораздо более живучие, чем человек.
Света опять застонала, и медведь опустился на четыре лапы, подошел к ней. Как самка она его больше не интересовала. Пища… Иван не слышал, как хрустели косточки заживо пожираемой, все еще парализованной страхом девушки под зубами твари. Она была вкусна, напоенное ужасом мясо таяло во рту. Когда остались лишь самые крупные кости, медведь вылизал длинным языком траву, подбирая капли крови, и побрел прочь. Он был сыт, пусть второго человека едят муравьи.
Иван очнулся ночью, содрогнулся от холода. Попробовал встать и со стоном повалился — вывихнутая в щиколотке нога безобразно распухла. С трудом восстановив в памяти произошедшее, он стал звать Свету, срывая голос, но ответа не дождался. Завывая от отчаяния, Иван перевалился через дерево и увидел в свете луны почти голый череп, клочки платья, прядь волос, рассыпавшиеся бусы… Это было слишком ужасно, чтобы быть правдой. Так не бывает!
— Что же это, что же это?! — Почти сходя с ума, Иван зачем-то стал складывать поближе все, что осталось от его любимой. — Как же это так, Светочка?
Постепенно разум возвращался к нему. Лучше поменьше трогать здесь, хотя уже поздно… Да и какая разница — страшное существо не было обычным преступником! Не было человеком! И еще оно било Ивана чем-то кроме лап, било прямо в сердце… Вот только что-то, ранее лишь иногда едва ощущаемое Иваном во время самых сложных рейдов в горах, на этот раз во всю мощь пробудилось в его теле и разуме и словно рассеяло непонятную силу оборотня.
Он выломал подходящую палку, оперся на нее, захромал почти наобум. В кармане изодранного, окровавленного кителя осталась горсть бусинок — он должен был взять с собой хоть что-то… Впереди, между елок, замелькали вдруг огни фонариков, послышались голоса.

Утолин Константин - Операция «Немезида» => читать книгу далее


Надеемся, что книга Операция «Немезида» автора Утолин Константин вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Операция «Немезида» своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Утолин Константин - Операция «Немезида».
Ключевые слова страницы: Операция «Немезида»; Утолин Константин, скачать, читать, книга и бесплатно